Следователь Гончаренко проработал в органах более 25 лет. Застал советское время, поработал во время становления молодой России. В том числе, в Краснодаре, Майкопе, Ставрополе и городе Кисловодске. Основной профиль – организованная преступность.
Вы начали ещё в советское время. Чем отличалась работа следователя при Союзе и уже при России?
– Честно говоря, практически ничем. Дело в том, что я начал в 1987 году. Это был уже закат той великой страны. Уже был бардак. В том числе, и в органах. Точнее, начался период перехода на новые рельсы. Разница только в том, что до 1991 года над нами довлели все эти чиновники с горкома и райкома. Довлело руководство по партийной линии. Хотя, всем на тот момент было уже плевать на всю эту партийную линию. Я туда не стремился, но для роста на работе это было необходимо. Сначала верил во всё это, но быстро разочаровался. Утром зам главы райкома приехал на планерку, рассказал, как партия на нас рассчитывает. А вечером я его вижу в ресторане, жрущим водку и лапающим девок-комсомолок за ляжки. Откуда после этого у меня должно быть уважение к этой партии, когда там такие люди занимают высочайшие посты? И он же меня потом отчитывать за что-то будет, исключить из партии имеет право. Вот это вот… наглое существо.
В России было не лучше. Партия закончилась, пришли нищета и беззащитность. Стало гораздо хуже для обычного человека, который привык, что государство – это гарант. У нас тоже было очень сложно. Как там в том старом анекдоте говорилось, выдали пистолет, и крутись как хочешь. Только нам и пистолеты не выдавали. Начались внутренние войны между операми, следователями, прокурорскими, судейскими и так далее. У каждого появились свои интересы и «подопечные» в криминале.
Как Вы думаете, почему так быстро всё изменилось. Не могли же люди так резко измениться?
– Они резко и не менялись. Всё это рушилось лет 15 примерно. За это время из органов и из верхушки убрали почти всех «правильных», и заменили на «нужных». Правильный следак никому не нужен. Сидит там кодекс свой вонючий блюдёт. Следователь должен быть нужным. Чтобы кого-то там отмазать, помочь, прикрыть. Вот такой стал нужен. Кто упирался, не хотел уходить, подождали – и отправили на пенсию или в какие-нибудь дальние уголки перевели, чтобы под ногами не мешались.
Вы почувствовали на себе?
– Конечно. Я с Краснодара вылетел пинком под зад в Майкоп, а потом – в Ставрополь. Кубань – богатый регион, тут есть много вариантов делить, пилить, воровать. Тут мешаться не нужно. Или ты играешь в эту игру, или едешь в район, где будешь расследовать дело нападения бомжа на козу Нюрку в кабинете районного ДК, где капает вода с прохудившегося потолка из дранки и соломы. Зато – всё по закону.
Вернемся в Краснодар. Конец 80-х и начало 90-х тут было горячо в плане криминала?
– У нас тут была интересная обстановка. Крупных ОПГ тут никогда не было. Хотя, кто-то может со мной поспорить. Но я уверенно могу сказать – не было, и точка. По сравнению со Свердловском, с Питером или Казанью, Краснодар – это был город вполне нормальный. Мелкие группировки, одиночки и залётные. Крупные банды наши органы создавать не давали, пресекали в стадии зародыша, а мелкие – это небольшая проблема. Ну, и город не совсем интересен был. Сочи или порт Новоросса – оно понятно. А Краснодар на тот момент – большая станица.
У вас специализации – ОПГ. То есть, работы немного было?
– У меня не ОПГ, а организованная преступность. Это в ту степь, но более обобщенное понятие. Дел было немало, но прям уж чего-то громкого не было. Точнее, всё это рано или поздно уходило «важнякам». Было дело с одним очень авторитетным гражданином. Мы его уже припёрли, всё нормально. А у нас его забирают. Более того, ещё и отпускают, развалив дело. Не буду фамилий называть, но оказалось, что некоторым корона не мешает работать на структуры. Человека нет уже, но уверен, что он не один такой «казачок».
Очень много было молодёжи. Садились на десятки лет, почём зря. За какие-то мелочи, за копейки людей убивали. Или вообще за слова. Вообще бред какой-то. А потом общаешься с ним, а он ещё и гордится – «да, я его грохнул, не жалею».
А можете какой-нибудь случай рассказать?
– Уже под закат работы в Краснодаре было. Передали мне дело. Там автомобиль расстреляли с двумя трупами и одним раненым. Приезжаю в больницу, опрашиваю пострадавшего, а он – в отказ. Чуть ли не «никого не знаю, не видел, на пулю сам упал, споткнулся». Выяснил, что был у тех ребят конфликт с соседями по бизнесу. Завод небольшой они держали под собой, а конкуренты хотели выкупить этот актив. Встретились, но не договорились. Через три дня их расстреляли в машине, а этот – чудом выжил.
Устроил я ему подставу. Запустил пацана нашего оперативника ночью в его палату в маске. Резко включаем свет, шум, гам, и его на пол кладут. Этот в койке лежит, глаза выпучил от страха. Такой вот спектакль. А утром прихожу, и говорю, что на него покушение предотвратили. Что добить его хотят. Пока мы следим за палатой, но терпение не безгранично, снимаем наблюдение. И всё выложил наш больной. Показания есть. Вплоть до номеров тачки нападавших и их примет.
Поехали омоновцы брать нападавших. Те сбежать попытались. Там перестрелка на месте случилась. В общем, троих взяли, ещё троих положили. Вот такие разборки были. Как бы это ни звучало страшно и громко, но это тоже – чисто мелкие местечковые разборки.
Авторитетные люди мешали работать?
– Я бы сказал, что наоборот. Но не буду. Я их не застал особо по работе. Если вы имеете в виду высшие ступени иерархии, то были тут все эти Волчки, Хасаны, Слоны и Вадики. Но при них особо беспредела не было. Наоборот – беспредельщики жестко пресекались. Были проблемы чисто локальные с одним из них. Но и то, быстро потом всё это закончилось. Им самим было выгодно, чтобы лишний раз не отсвечивать. Выгодно, чтобы никто сильно не безобразничал на их территориях. Но, повторюсь, с ними лично я не пересекался. С какими-то бойцами – это возможно. Но явно – не близкими. А то познакомился бы.
Вообще, как к таким людям относитесь? Давайте напрямую – к авторитетам криминального мира. Многие говорят, что с ними порядка больше.
– Ерунда это всё. Ничего не больше. С ними порядка больше только тогда, когда вокруг бардак. А когда в государстве порядок, то такие граждане отдыхают в специальных для этого учреждениях – «санаториях». Ну, вы поняли. С другой стороны, многие из них – это вполне образованные грамотные люди. Кто-то даже учёные степени имеет. Просто в определенное сложное время нормальные люди пахали за копейки, а они решили брать от жизни всё любыми способами. Для этого тоже нужны мозги и решительность в действиях.
Был же случай у меня, когда в Кисловодске отдыхал такой гражданин. Весь синий в партаках. Я к нему пришёл, пообщался там по делу одному. А он сидит под навесом, выпивает с каким-то мужчиной. Как оказалось, они в начале 80-х годов в НИИ работали в одном и том же, диссертации писали. Один остался, другой – ушёл в криминал. Прошло 15 лет, и встретились в санатории. Один – по путёвке от института, бедняга научный сотрудник. А другой – авторитетный человек в криминальном мире, подлечиться после очередной ходки приехал в тот же санаторий. А начинали одинаково: учились в школе хорошо, институт закончили, в НИИ работали.
Березовский тоже с науки начинал. И Мавроди…
– Вот, я именно об этом и говорю. Те, кто о них думает в уничижительной форме – сами глупцы. Сидят, смотрят телевизор и хают березовского и Чубайса. А там люди очень грамотные и невероятно умные. У них хватило мозгов страну грабить, а у вас хватило только для того, чтобы на телевизор орать. И кто после этого… ладно. Не буду заводиться. Я сам такой же. Просто я хотел сказать о том, что мы все начинаем с более или менее одинаковых исходных позиций. А уже потом – кто во что горазд.
Криминал тоже разный бывает. Много отморозков, немало и вполне адекватных.
– Я не буду называть сейчас имён, но обращался я с таким человеком, из высшей иерархии. Грамотный, умный, просчитывает на много ходов вперёд. Кстати, КМС по шахматам был в своё время. С ним было интересно общаться. Пересекался несколько раз. С такими решать проблемы проще. Но могу сказать по опыту, что основной контингент там – наглые, беспринципные, жестокие волки. Съедят, разорвут и не посмотрят, кто ты там. Они с детства живут по принципу, «если не ты, то – тебя». Вот и весь ответ, и вся причина. Но тут же добавлю – я их не отмазываю. Вор должен сидеть в тюрьме, как говорил классик. Хороший он или плохой, это – не важно.
Мы разбили этот разговор на две части. Уж очень он получился длинным. Вторую опубликуем уже завтра. Рассказы из сборника «Бандитский Краснодар» читайте по ссылке.
Автор: писатель, журналист, главный редактор «КубаньPress» и руководитель агентства журналистских расследований Евгений Мельченко. Все совпадения с реальными людьми и событиями – случайны.