— Ты как к спорту относишься? — заговорщически переспросил Иоган, наклоняя голову, как охотничий пес.
— Ты серьезно? — возмутился Малфой. — Самое время поговорить о спорте. Ты бы еще спросил, нравится ли мне балет.
— Не, у нас такого не показывают. Так что как насчет спорта?
Драко Малфой осознал, что не сможет избежать ответа, и выдавил из себя:
— Ну, в школе играл за сборную Слизерина, а что?
— А про борьбу без правил слышал? — с хитрым прищуром спросил Иоган.
— Допустим, — неуверенно ответил Драко, подозревая, что его сейчас втянут в нечто весьма неприятное.
— Тогда, уважаемые леди и джентльмены, прошу совершить променад в наш пятый круг ада, где обитают грешники, склонные к гневу, лени и унынию, — с сияющей улыбкой сообщил Иоган. — Поехали на лифте!
В стене напротив двери «ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА» вдруг распахнулись двери лифта, как будто специально для этого шоу, и стали являть всем желающим полный набор диско-класса 1985 года. Внутри был лифт, как из лучших кошмаров, а младенец нажал на кнопку «СПОРТЗАЛ», и лифт, поскрипывая, начал движение. В салоне заиграла приятная музыка, как в дешевых саунах, и Драко почувствовал, как неуверенность начинает перерастать в настоящий страх.
— Только если предложат делать ставки, не ведись, — с ухмылкой предупредил Иоган. — Они тут жулики еще те.
— У меня только магические деньги, — скромно намекнул Малфой, не особо переживая о возможности сделать ставку. Если что, у него даже магия могла не прокачаться.
— Мужик, ты что, серьезно? — усмехнулся младенец. — Здесь в аду принимают любую валюту. У нас даже собачьи чеки подходят.
Лифт с неприятным звоном объявил, что прибыл, и двери распахнулись, впуская в нос странный запах болота, хотя самого болота было не видно. Вместо этого они оказались в месте, которое выглядело скорее, как склад, где забытые коробки и замшелые артефакты устраивали шумный танцевальный вечер.
— Это Флегием, — сказал Иоган, ведя Малфоя через лабиринт коробок. — Он тут хозяин. Между прочим, уважаемая личность, сын бога войны Ареса.
Малфой едва сдержал недовольный взгляд, когда проводник привел его к тому, что скорее напоминало свалку с выходом на арену. Болото было обтянуто канатами и походило на ринг, но пустовало.
— Флегием, прошу, знакомься, — сказал Иоган, указывая на гигантского детину с нахмуренным лицом.
Тот протянул свою мощную руку с таким рвением, что Малфой подумал, что его ладонь точно испарится, если он не выдавит из себя улыбку.
— Турист, говоришь? — проговорил Флегием. — Ну, здравствуй, турист.
Малфой схватил его руку, пытаясь не выть от боли, и попытался сделать как можно более милую улыбку, но успех был минимальным. Иоган тут же хлопнул Флегиема по плечу своей младенческой рукой, что выглядело как вмешательство взрослого в спор детей.
— Флег, сбавь обороты, нам его еще живым вытащить надо. А то я прямо чувствую, как ты ему сейчас пальцы на коктейль растерзаешь.
Флегием с недовольным взглядом отпустил Малфоя, который, корчась, попытался восстановить свою гордость.
— Ну что, будем смотреть бой отсюда, с комментаторской лоджии, — заявил Флегием. — Сегодня дерутся Беллатрисса Лестрейндж и Дарья Салтыкова.
Малфой прикрыл лицо рукой. Он не мог поверить, что оказался в аду и теперь будет смотреть бой, в котором его тетка сразится с какой-то помещицей, явно не из лучших. Ужас! Он думал, что его ждут страшные монстры, а вместо этого — семейные разборки на высоком уровне.
— Иоган, — окликнул он младенца, не в силах сдержать растерянность. — Я, конечно, не уверен, но мне кажется, эти дамы не должны быть здесь.
— Ты их знаешь? — удивился Иоган, поднимая брови.
— К сожалению, — сказал Драко, хотя и не был уверен, что это нужно было говорить.
— Люцик просто ввел послабления, — вздохнул Иоган, качая головой. — Если устраивать бои между убийцами и прочими бездельниками, казна пополняется. А что, не знал? Так откуда ты их знаешь, этих девиц?
Драко Малфой не успел и рта раскрыть, как Флегием уже скомандовал начало поединка:
— Леди и джентльмены, грешники и грешницы, сегодня на нашей чудесной арене вы увидите бой, который, возможно, забудется только после второй попытки! В правом углу ринга — Беллатрисса Лестрейндж, а в левом — Дарья Николаевна Салтыкова! Обе дамы прошли через процедуру омоложения, так что от них можно ожидать не только силы, но и отменную гибкость... в пределах разумного, конечно.
Из мрака вышли два красных демона в шортах бойскаутов, держащие за руки женщин. Беллатрисса выглядела как обыкновенная жертва модного кризиса в смирительной рубашке. Дарья же была закована в намордник, что явно не мешало ей сохранять весь необходимый стиль, в отличие от своей оппонентки.
Как только смирительные атрибуты были сняты, обе дамы сразу же приземлились в болото. И тут начался спектакль. Дарья, выпрямившись, моментально вытащила ножи из рукавов и начала размахивать ими с таким мастерством, что можно было подумать, что она не убивает, а танцует какой-то кровавый вальс. Беллатрисса же, не растерявшись, поклонилась, как на премьере на Поттеровском балу, и...
Драко прищурился, заметив, как Беллатрисса из-за непонятных обстоятельств вытащила палочку из грязи. Он еще не успел поразмышлять, как она собирается сражаться с палочкой, когда при жизни использовала только три заклинания и всё. Но в аду правила не действуют.
Тем временем, Дарья с грацией танцовщицы оборвала себе подол платья, как будто это был момент истинного освобождения. Беллатрисса же, опираясь на всю мощь своего искривленного разума, просто прокричала "Остолбеней", и, на удивление, Дарья увернулась.
Резко воскликнув, Дарья бросилась на свою противницу с яростью обезумевшей амазонки, но Беллатрисса, как настоящий мстительный рестлер, просто вытянула ногу из грязи и пнула Салтыкову в грудь. Её полет оказался таким эффектным, что даже Драко едва не потерял дыхание от удивления.
— Вот это да! — прошептал он, пораженный её невероятной способностью использовать собственные конечности. Беллатрисса шагнула к упавшей Дарье и, в лучших традициях безумных теток, наступила ей на грудь, при этом наслаждаясь каждым моментом. Салтыкова начала барахтаться, пузыри срывались с её рта, и было ясно: в болоте ей дышать совершенно нечем.
Беллатрисса победно вскинула кулак, как истинный победитель всех времен и народов, и радостно, хоть и безумно, улыбнулась в толпу. Потом она обернулась к Флегиему с запросом на свою заслуженную награду, но её взгляд неожиданно зацепил знакомое белобрысое лицо.
— Драко? — сказала она, расплываясь в искреннем недоумении.
Но не успела она додумать, как нож оказался у неё под коленом, а через секунду её обезглавленное тело с глухим плюхом упало в болото. Дарья Салтыкова тут же завопила, как дикая зверушка, разрывая тишину на миллионы криков.
— Беллатрисса! — крикнул Драко, протягивая к рингу свою руку, как неудавшийся герой.
— Кто она тебе? — с любопытством спросил Иоган, парящий рядом, как младенец в подгузниках.
— Моя тетя, — с сожалением ответил Драко, не в силах скрыть разочарование.
— Так ты... Драко Малфой? — Иоган печально посмотрел на него. — Мужик, ты бы мог сказать это раньше! Тут все в аду знают, из-за кого Люцик помешался на своих настойках. Так что будь добр, оставайся "Туристом", если не хочешь, чтобы тебе припомнили за этот рецепт.
Малфой только махнул рукой и тихо покачал головой.
Вскоре младенец поблагодарил Флегиема за незабываемое зрелище и начал вести Драко в сторону выхода. Конечно, Драко догадывался, что улиц тут быть не может, ибо они находятся глубоко под землей, и, судя по всему, эта прогулка обещает продолжение в виде дальнейших сюрпризов.
— Подожди, мне кое-что нужно сделать, — сказал Иоган, и, просунув руку сквозь стену, вытащил детские розовые ползунки.
— Мда, — буркнул он. — Мужик, не отвернешься, я тут стесняюсь.
Малфой фыркнул и отвернулся, не зная, что именно его больше удивляет: младенец в подгузниках или тот факт, что у Иогана есть чувство стыда.
Через пару минут Иоган обернулся.
— Ну как? — спросил он, подняв брови, словно был главной моделью на показе мод. Своей походкой манекенщицы он грациозно прошел вперед.
Драко не сдержался и разразился смехом, от которого весь ад, казалось, вздрогнул.
— Sweet Baby? — задыхаясь от смеха, выдавил Драко.
— Я что, к тебе с душой, а ты ещё и смеёшься? — обиделся Иоган, скрещивая маленькие пухлые руки.
— Мы в аду, откуда у тебя душа, Иоган? — напомнил ему Малфой с лёгкой улыбкой, добавляя нотку сарказма.
— Слушай, умник, натягивай пиджак, у нас тут не май месяц! — ответил младенец с видом метеоролога, только что посоветовавшего не выходить на улицу без парашюта.
Иоган распахнул дверь, и перед глазами Драко открылась снежная гора, спуск с которой вёл прямиком к стенам огромного города.
— Следующая точка нашего маршрута — город Аида Дит, которым управляют две сварливые фурии: Макария и Мелиноя, дочери самого Аида. На самом деле город населен призраками лжеучителей и еретиков. Такой себе сплошной факультет магистров по магии "Как не быть тем, кем ты есть".
— Это, конечно, весьма интересно, но как мы туда спустимся? — задал вполне разумный вопрос Драко, застегивая пиджак, чтобы не замерзнуть на этом абсурдном маршруте.
Иоган посмотрел на него, как на того, кто прикинулся идиотом.
— Ты маг, ты и придумывай. Я-то могу спуститься и так, а вот ты, боюсь, ещё и шею сломаешь.
Драко осмотрелся. Всё, что попадалось на глаза, выглядело, как элементы декора для страшного фильма: ноль функциональности. Но спускаться было нужно.
— Иоган, тут есть метлы?
— На кой тебе метла, окаянный? — Иоган покосился на него, будто тот предложил использовать таракана для путешествий.
— Так есть или нет?
— Ты что, хочешь прочистить себе дорожку к Диту?
— Акцио метла, — без лишних слов произнес Драко, решив, что разговор с младенцем бессмыслен.
Что-то зазвенело, и из темных глубин подземного царства вылетела потрёпанная метла, выглядевшая, как старая бабушкина сумка, пережившая все модные кризисы.
Драко тяжело вздохнул, но выбора не было. Вспоминая уроки мадам Хутч, он принялся уговаривать метлу. И тут, конечно, настал момент для смеха Иогана.
— Милейший, вы что, с ума сошли? Вы не можете даже эту палку с прутиками поднять?
Малфой, не отвечая, продолжал свою духовную беседу с метлой.
— Ну сколько можно? — скучно произнёс Иоган. — Ад подождёт, а вот ты с каждым мгновением стареешь.
— Знаешь, Иоган, я пока до дна доберусь, уже и седым буду, и косточки поломаю. У вас тут слишком адово... — пробормотал Драко, сосредоточенно продолжая свой диалог с метлой.
— Стараемся, сударь, — изобразил Иоган обиженного святого. — Во имя нашего господина Люцифера, он же Дьявол! Правда, Кассий немного сдал по части активизма.
В этот момент метла с диким свистом влетела в руку Драко, отбив ладонь так, что он не сразу понял, что произошло.
— Всё время забываю, что вы, маги, на этих штуках летаете, — пробурчал Иоган, весело врываясь в метель, как если бы был первым пассажиром в рейсе по аду.
Драко уже оседлал метлу и направил её к стенам города. Без магии и дополнительных улучшений старый агрегат был довольно упрямым и неудобным, особенно в метель.
— Они уже знают, что мы идём в Дит! — попытался перекричать ветер Иоган, как бы извиняясь за несусветный холод.
Драко, пытаясь услышать его, отвлёкся от управления метлой и тут же врезался в городские ворота, оставив от них, собственно, только воспоминания.
— Мужик, ну ты точно станешь первым, кто разрушит ад, — сказал Иоган, как будто Малфой был туристом, случайно вломившимся в совершенно не ту эпоху.
Драко откопал себя из-под снега и, с отчаянием оглянувшись на осколки метлы, мрачно кивнул.
Из замка в центре города донесся визг какой-то твари.
— Макария беснуется, — с лёгким раздражением сказал Иоган. — Эти дамочки мне не нравятся. Если получится, обойдём их замок стороной. Впрочем, если не получится — ну, что ж, войдём в историю.
Драко осмотрелся. Место напоминало кладбище с гигантским дьявольским храмом в самом центре.
— Добро пожаловать в великолепный город Дит, — с размахом заявил Иоган, разводя руками, как не слишком успешный туристический гид, не особо интересующийся тем, что думают его «путешественники».
В этот момент от "великолепия" (которое больше походило на тяжелую ржавую старушку, пытающуюся вспомнить, где она оставила свои зубы) арка, которая ещё пару минут назад держала ворота, с грохотом рухнула, едва не погребя под собой остатки исторического наследия города.
Драко и Иоган молниеносно обернулись. Молодой человек лишь сдержанно поджал губы и вытер нос рукавом пиджака, смахнув с него падающий ледяной снег.
— Нет, знаешь, они стояли тут несколько тысяч лет, и никому не мешали... — как-то раздражённо произнес Иоган, чуть ли не со слезами на глазах. — Никогда не жалел Люцика, но вот чувствую, что его больная селезенка не выдержит.
Драко взглядом дал понять, что ему абсолютно плевать, что будет с Люцифером, Аидом и их несчастными внутренними органами. Он был больше занят планами, как выбраться отсюда, не переварив всю эту чертовщину.
Карапуз снова оглядел обрушившиеся ворота и, не моргнув глазом, поплыл в сторону замка.
— Прошу следовать за мной, — с торжественным видом сказал он. — Уважаемые гости города Дит, оглянитесь вокруг и оцените колорит местной архитектуры: могилы, могильные плиты, и прочие прелести. Здесь обитают лжеучители и еретики, которые обречены проводить вечность в своих раскалённых могилах, маясь в страхе и боли.
Драко шел за Иоганом, глаза скользили по могилам и их содержимому. И действительно, там обитали духи, с огоньками в глазах и жуткими кривыми улыбками. Они кричали о всевозможных теориях: что люди произошли от свиней, что, может быть, в нас есть что-то от бананов, или что самолёты летают на магии. Последняя теория особенно впечатлила, и Драко едва удержал смешок. Каждый раз, как кто-то выкрикивал новую чушь, духи воспламенялись и начинали визжать от боли, пытаясь вырваться из своих могил, но стражи-бесы немедленно заталкивали их обратно. Драко только виновато отводил глаза.
— Что, неприятная картинка? — спросил Иоган, невозмутимо шагая вперёд. — Таков уж Ад. У Господа Бога и Люцифера фантазии хватает, чтобы всех наказать по заслугам.
Драко задумался, что, действительно, каждый может быть лжеучителем. Все мы верим в свои теории и пытаемся донести свою истину, даже не подозревая, что иногда сами же становимся частью невообразимой абсурдности. Но где же настоящая истина? И кто её вообще создал? И что, если она просто всегда была? Эти вопросы кружились в голове у Драко, пока он не заметил, что к ним подбежали два беса-охранника в кожаных костюмах, которые выглядели так, будто только что прибыли с вечеринки в клубе "Адовый Шик".
— Госпожа Мелиноя и госпожа Макария ожидают вас, — сказал один из стражей, не удосужившись даже посмотреть на Малфоя. — Нам велено проводить вас в замок.
— Привет, ребята, — с широкой, лучезарной улыбкой сказал Иоган. — Мы с господином Туристом просто осматриваем окрестности, может, как-то минуем ваш замок?
— Нет, — сказал второй бес, не дрогнув ни одним мускулом.
— Да ладно, парни, ну что вы в самом деле! Мы просто прогуляемся по Диту и уйдем, будто нас здесь и не было.
— Нет.
Иоган скорчил гримасу и тихо пробурчал:
— Идиоты в латексных комбезах.
Но слух у стражников был отменный, особенно когда разговор заходил о музах и мегерах.
— Твои дебильные розовые ползунки, конечно, говорят о том, что ты мудрый человек, — расхохотался один из бесов.
— Да вы хоть знаете, с кем разговариваете? — заорал Иоган, глаза которого уже вспыхнули небольшими злыми огоньками.
— В том-то и дело, что тебя не знать невозможно! — продолжал смеяться бес. — Бери своего туриста и идите, а то у нас тут ещё есть парочка дел с Томасом.
— Томасом? — удивился Драко. — Почему вашего коллегу зовут, как кота?
— Потому что он был котом в моей земной жизни, — сдавленно произнёс бес, вероятно, открыв для себя новое, доселе неизведанное измерение разговорного искусства.
— Он не особо любит вспоминать свою земную жизнь, — сказал его коллега, жалостливо глядя на Томаса. — Всё дело в мыши.
Томас взвизгнул, как будто его кто-то за ногу укусил, и прикусил губу, чтобы не разреветься. Ну, или чтобы не выйти из себя и не начать сыпать комментарии на тему своих глубоких моральных страданий. Но с этим все решили не заморачиваться и двинулись дальше — к замку. Там, очевидно, было не менее весело, чем на сеансе у психотерапевта.
Чем дальше они шли, тем масштабнее становился замок — такой огромный, что Малфой с Иоганом почувствовали себя микроорганизмами в пробирке. Оказавшись возле его стен, они уже не ощущали себя людьми, а скорее какими-то насекомыми на пикнике у великанш. Стражники, не переставая усмехаться, провели их через коридоры, которые казались бесконечными, и остановились у дверей, которые выглядели так, будто их размер был спроектирован для титанов и парочки динозавров.
— Ах да, забыл сказать, — сказал стражник, не удосужившийся даже взглянуть на них. — Госпожи готовят концерт по случаю дня рождения их папеньки Аида.
— День рождения Люцифера? — усмехнулся Малфой, не зная, что это уже было не смешно. Ну, почти.
— Позор тебе, мужик, — ответил стражник, будто бы отшил его, как старую кофту. — Это Аид, брат Люцика, великий обманщик и непревзойденный плут. И кстати, его прозвище — Плутон.
— Но разве Аид не хозяин подземного мира? — вспомнил Драко уроки по магии.
— Формально он кое-что контролирует, но на деле всем заправляет Люцифер. Счета за электричество, налог на крыши и все бухгалтерские вопросы — это его забота. А Аид только языком молотит да козни строит. — В этот момент у Иогана загорелись волосы, но он тут же их потушил, видимо, решив, что еще и жареного только не хватает. — Как божество он, конечно, интересная личность, но это не повод делать из него своего лучшего друга, — добавил младенец, осматриваясь, как опытный участник апокалипсиса.
И тут — визг. Раздирающий, душераздирающий, как если бы кто-то в аду случайно наступил на игрушечную машинку. Из дверей вылетела чья-то душа, и стража сразу же схватила её, как хороший портфель. Драко, естественно, заглянул внутрь, потому что в такие моменты даже он не мог удержаться от любопытства. Зал был похож на помойку, украшенную колоннами и безобразным светом. На сцене стоял Сводный Душный Хор, а рядом — Душная Музыкальная Труппа, с такими темпами развала, что и антикварные магазины позавидуют.
И вот — женщины. Их было две, и они были как отголоски чего-то жуткого и угрожающего. Малфой сразу понял, что это не просто две тетки, а целые титанши, готовые разорвать все на своем пути. Одна орала, как будто ей не понравилось, что ей не дали вторую порцию гарнира, а другая вообще была такая зловещая, что даже коты шарахались.
— Вы все ничтожные твари! Вами, да вашими голосами только трубы чистить и то, труба развалится, а сажа будет стоять! — орала первая, швыряя души как мешки с картошкой.
— Идите, — приказал стражник, буквально вталкивая их в зал, как если бы они были мудаками, которые должны были сдать экзамен на выживание.
Малфой, естественно, испуганно улыбнулся, но его маленький спутник, младенец, пошел вперед, словно знал, что от этого момента все уже не имеет значения.
— Здравствуйте, дамы! — сказал Драко, как если бы он точно знал, что сейчас будет: или это начало конца, или начало его карьеры в лучшем театре ада.
Женщины повернулись, и на их лицах расплылись улыбки, которые явно не сулили ничего хорошего.
— Мелиноя, он симпатичный, — сказала одна, с выражением лица, как у того, кто в последний раз посмотрел на свою кредитную карту.
— Макария, закатай губу, — ответила вторая, изобразив что-то похожее на разочарование. — Я ждала этого смертного, чтобы вернуть свою репутацию.
— Ммм, сестра, — прошипела Макария, как неудачный кот, который всегда пытался взять реванш. — Давай не будем ссориться и пригласим его за наш стол.
— Дамы, прошу прощения, у господина Туриста нет времени на ужин, — вмешался Иоган, который обычно не упускал шанса на циничный комментарий.
Мелиноя на это никак не отреагировала, а Макария просто на него посмотрела так, что от такого взгляда все живое могло бы испариться.
— Что ты тут делаешь? Исчезни! — прошипела она, как злой рептилоид, только что переживший неудачный вечер.
Иоган прижался к своим ползункам, чувствуя, что даже они начинают танцевать танец страха.
Тем временем женщины начали кружить вокруг Драко, и одна из них, осматривая его как товар на распродаже, решила начать разговор.
— Мистер Турист, как вы тут оказались?
Драко замялся, словно просыпаясь после десяти лет похмелья, а затем пробормотал:
— Сказал Люциферу, что не буду пить настойку из душ праведников.
Мелиноя махнула руками, как дирижер на последнем концерте, а Макария готова была взорвать всю залу своим взглядом.
— Бедный мальчик, ну-ка, давай за стол, расскажешь нам свою грустную историю, — сказала женщина, и, как будто сцена была вырезана из какого-то отвратительного фильма, она пошла в сторону, где красовался стол, накрытый едой, похожей на невообразимый кошмар.
К Драко подошла Макария. Она подхватила его, как куклу, и потащила к столу. Он даже не успел понять, что произошло, как она насильно усадила его на стул. На противоположной стороне стола уже сидела Мелиноя, изучающе разглядывая его, как дикий зверь, ждущий, когда кто-то войдет в его клетку.
Макария не торопилась садиться. Она каким-то образом привлекла внимание кого-то с другого конца зала. Этот кто-то шлёпнул по полу своими большими ногами, и когда его лицо стало различимо, Драко не смог удержаться от удивленного вопля:
— Барти Крауч младший?!
— Так он из ваших? — послышался тихий шепот из-под стола.
Малфой опустил взгляд и заметил, что у его ног сидел Иоган, который, кажется, принял участие в какой-то игре на выживание.
— Ты чего, мужик, не пали меня, — прошипел младенец, пнув его по коленке, а затем продолжил, будто ничего не было. — Ну да, странно, что он тут, но его тик многое объясняет.
Тем временем Макария прошептала что-то Барти Краучу, и тот, похоже, не знал, что с этим делать, но кивнул и удалился к оркестру, видимо, решив, что здесь у него точно есть шанс на повышение.
Зазвучала музыка. Она была настолько медленной и душной, что могла бы быть сопровождением для того, кто умирает от скуки. Хор застонал в унисон, как будто кто-то пытался их утопить в чашке холодного чая. На тарелках перед женщинами и Малфоем появилась еда, но если это можно было назвать едой, то, очевидно, не для людей.
— Почему не едите, господин Турист? — поинтересовалась Макария, делая паузу, чтобы засосать, как макаронину, ленточного червя. Это было так отвратительно, что Малфой едва не отложил свои мысли о цивилизованных вечерах за столом.
— Я не очень голоден, — сказал Драко, нервно сглатывая, наблюдая за тем, как мегеры поглощают все, что попадает в их пасти.
Иоган под столом тихо хихикал, кажется, уже видя, чем всё это кончится.
— Ну раз не голодны, — подхватила Мелиноя, не переставая кусать какую-то зловещую субстанцию с тарелки. — Тогда, может, потанцуем?
— Я не... — начал было Драко, но тут мощная рука Макарии буквально вытащила его из-за стола. Она заставила Малфоя двигаться так быстро, что, казалось, половина его костей была готова сломаться, пока он не оказался прижат к её бурной груди, как несчастная жертва в лапах гигантского паука.
И вот заиграла музыка. Звуки танго будто бы пытались вытрясти у Малфоя последние капли достоинства. Он танцевал, чувствуя себя, как кукла, чьи ниточки вот-вот порвутся, а тело окажется в клочьях. Когда Мелиноя закружила его в последний раз, Драко исполнил эту программу так плохо, что ему казалось, будто он участвует в какой-то безумной шоу-программе для ужасных танцоров.
— Хотите, я вам спою? — вдруг поинтересовалась она, хотя на самом деле в ответе и не нуждалась. Музыка продолжала звучать, и Мелиноя начала петь, будто её голос — это нечто более страшное, чем его попытки сбежать:
В багровых сумерках,
Под пылью, мусором,
Средь мерзких грешников
Томится муха.
Пригрей меня скорей,
Мой грешный Прометей,
И забери отсюда..
Женщина подкидывала его, крутила и как будто наслаждалась каждым его беспомощным движением. Малфой всё ещё знал, как танцевать танго, но здесь, в этих объятиях, его ум не мог разобраться, что страшнее — танец или то, что с ним творится.
Когда танго переросло в нечто ещё более странное, и Макария приняла его в свои руки, Драко понял, что оно точно превратилось в что-то жуткое и необратимое. Всё уже было не просто неудобно — это было катастрофично.
— Не верь её словам,
Мой грешный Прометей,
Жить рядом с ней такая мука,
Возьми меня скорей,
Забудь совсем о ней,
Мой паучок,
Я буду для тебя
Послушной мухой.
И вот, пока две женщины пытались буквально разорвать его на части, Драко начинал осознавать: в этих местах ты либо танцуешь с демонами, либо становишься их обедом.
Безусловно, он пытался вырваться. Бедный Драко смахивал пот с лба, как умудренный старик, но гигантские руки титанш сжимали его с такой силой, что он уже думал, что останется здесь на вечные муки. Однако вдруг его ум осенило — это был тот момент, когда всё на свете становилось возможным! Вдохнув, как последний человек на Земле, он вытащил палочку из кармана (с каким-то неудобным хрустом, как будто в ней сидел старый гном) и шепнул заклинание:
— Флиппендо Трио!
В ту же секунду с палочки вырвался мини-ураган, который начал набирать скорость, снося всё на своём пути. Пух! Стены замка дрогнули, будто кто-то изнутри играл на гигантской флейте смерти. Титанши полетели в разные стороны зала, как два слона в прыжке на батуте, и всё зашло в тупик.
— Это, конечно, замечательно, что ты нашёл способ сбежать, но, возможно, ты не заметил, что всё это сейчас рухнет к чертям собачьим! — заорал Иоган, как будто только что выпрыгнул из-под пресса атомной бомбы.
Карапуз, не теряя времени, схватил Малфоя за руку, и они рванули к ближайшей двери. Драко мчался, как торпеда, только без трёх морских миль под килограмм на метр — ноги заплетались, дыхание перехватывало.
— Надеюсь, у тебя есть достаточно сил, потому что теперь бежать придётся долго! — проорал Иоган, и даже если Малфой не слышал его, он точно чувствовал, что в его голосе скрыта некая зловещая гармония.