Сказка о Правде и Кривде. В некотором царстве, в некотором государстве. Дворянская. Сказка!!

.....
Весь проект. 3 Части.
1 Ч. Русские сказки.
…..
Сказка о Правде и Кривде. В некотором царстве, в некотором государстве. Дворянская. Сказка!!
-----
Сказка о Правде и Кривде. В некотором царстве, в некотором государстве. Дворянская. Сказка. Оригинал. Время:14:22
Сказка о Правде и Кривде. В некотором царстве, в некотором государстве. Дворянская. Сказка. Эхо. Время: 14:21
+++++++
В некотором царстве, в некотором государстве жили-были две между собою великие неприятельницы − Кривда с Правдою, из которых одна своими пронырствами вкрадывалась в любовь к народу, а другая честным образом снискивала себе благосклонность у оного.
В одно время две сии соперницы сошлись на дороге, и по взаимном поздравлении Кривда спросила Правду:
— Куда ты, сестрица, идёшь?
— Я иду в Каржатское государство, − отвечала Правда ей.
— Ах, сколько я рада, − подхватила Кривда, − что нам вместе с тобою идти. И я туда приняла путь-дорогу за некоторым делом, весьма важным.
— Очень хорошо, − сказала Правда, − я весьма довольна буду твоим сотовариществом.
И как они шли несколько времени и наступила пора им обедать, то Кривда предложила Правде, чтобы сперва есть в дороге её хлеб, а как оный съедят, тогда уже примутся и за кривдин.
Правда не могла догадаться, что её Кривда обманывает, и согласилась на её предложение.
И так они несколько дней ели вместе хлеб правдин, который как съели, то Кривда и не стала давать ей своего, отговариваясь что ей самой мало на дорогу.
Правда несколько дней не пила, не ела и столько изнурилась от голода, что насилу могла идти.
Напоследок, вышед из терпения и сил, с покорностию просила Кривду, чтоб она хотя мало-мальски подкрепила её силы.
— Очень хорошо, сестрица, − говорила Кривда, − я соглашусь тебе дать хлеба и накормлю тебя досыта, только с тем условием: Дай я выколю тебе один глаз.
Хотя сие и не очень нравилось Правде, однако голод не тётка. И, подумав довольное время, согласилась позволить Кривде выколоть у себя один глаз.
Как скоро сие Кривда исполнила, то накормила Правду досыта, и она дня три ещё могла без нужды пробыть в пути, после которого времени опять пришла в чрезмерную слабость и изнурение, почему начала просить Кривду, чтобы, сжалясь над нею, накормила её.
Кривда отговаривалась, что сама имеет великую нужду в хлебе, наконец согласилась её накормить с таковым же условием, чтобы позволила себе выколоть и другой глаз.
— Как же мне быть слепою, − говорила Правда, − я и пуще могу с голоду умереть.
— Ах матка-сестрица, − сказала Кривда, − я тебя не оставлю, но доведу до того королевства, куда мы идём.
— Хорошо, − сказала Правда, − на, коли мне и другой глаз, когда тебе угодно, только не обмани меня и не умори с голоду.
Кривда с клятвою обещалась её не оставить.
Потом выколола ей другой глаз и дала довольный укруг хлеба и, отдохнув несколько, взяла её за руку и повела.
Напоследок привела в лес и, поставя её у берёзы, сказала:
— Посиди тут немного, сестрица, а я пойду искуплю харчу и к тебе скоро возвращусь.
По сем пошла от неё и уже более не возвращалась.
Правда дожидалась её целый день, но видя, что обманута она Кривдою, и опасаясь, дабы не растерзана была от диких зверей, влезла на дерево и сидела там во всю ночь.
На другой день пришли в сию рощу красные девицы повеселиться и принесли с собою вина, пива, блинов, пирогов и прочего кушанья.
И как они довольно поразвеселились, то пели песни и плясали, а после сего сели и разговаривали о разных вещах.
Между прочими разговорами сказала одна:
— Известно вам, сестрицы, сколько времени король наш страждет от глаз и уже давно он ничего не видит, доктора и лекари отказались излечить его болезнь, но пособить оному весьма легко можно и не стоит большого труда.
Взять только должно с сего дерева, − указывая на то, на котором сидела ослеплённая Правда, − утренней росы в скляночку и помазать оною раза три больные глаза, то на другой же день не будет чувствовать никакой боли и начнёт по-прежнему ими смотреть.
По окончании своих разговоров встали они со своего места и пошли по своим дворам, оставя под деревом все то, что с собою ни принесли.
Правда с крайним вниманием слушала их разговоры и с нетерпеливостью дожидалась следующего дня.
Как скоро окончилась ночь, и багряная заря начала восходить, то Правда, росою помазав свои глаза, начала несколько видеть. Потом, помазав ещё более, по-прежнему все увидела. Наконец сошла она с дерева, выпила оставшееся после девок вино и пиво и утолила свой голод оставленным ими кушаньем и вознамерилась ещё переночевать в сей роще для того, чтобы утренней росы с сего дерева набрать в пузырёк.
На другой же день поутру, набрав росы в скляночку, пошла в то государство, в котором король болен был глазами.
Долго ли, коротко ли, близко ли, далёко ли шла Правда путём-дорогою, наконец благополучно пришла в то королевство.
Как скоро она подходила ко дворцу, то придворные служители спрашивали её, куда она идёт и зачем.
— Я услышала, − говорила Правда, − что ваш король давно уже болен глазами, почему я знаю такое средство, чем оные могу вылечить, и он по-прежнему будет здоров глазами до самой своей кончины, не чувствуя ни малейшей боли.
Как скоро о сем донесли королю, то он с великою нетерпеливостью приказал представить к себе такого человека, который обещается излечить его болезнь.
Она взошла в покои короля и, отдав почтение, приступила к лечению.
Вынув склянку с росою, помазала оною глаза королю, который немного стал видеть и чрез частое повторение совсем король излечился и, благодаря лекарку, спросил её, что ей потребно за труды.
Правда ответствовала, что ей ничего не надобно, и она довольною себя почитает тем, что имела счастие получить таковой успех в восстановлении ему здоровья.
— Если угодно будет вашему величеству, то я покорнейше прошу вас позволить мне несколько жить при вашем дворе.
Король с охотою исполнить обещался её просьбу.
Правда, пожив несколько времени в сем королевстве, вознамерилась путь свой продолжать далее в Каржатское королевство и, поблагодаря короля за все его к ней оказываемые милости и благодеяния, пошла вон из королевства.
Шла она несколько путём-дорогою, наконец у лесочка пристигла её тёмная ночь, и она вознамерилась ночевать в оном и взлезла на высокое дерево, на котором сидя, благополучно окончила ночь.
В следующий день лишь только она хотела слезть с дерева, как увидела, что к тому дереву подошли красные девицы и сев под оное, начали разговаривать:
— Я тебе давича говорила, сестрица, о болезни королевны. Она сделалась больною почти от ничего. В одно время ела она белый хлеб и уронила из рук крошку под пол, которую подхватила лягушка и съела.
— С тех самых пор королевна начала сохнуть и чахнуть, а лягушка, напротив, толстеет. Но если бы догадался кто из придворных, то вылечить королевну стоит небольшого труда.
— Надлежит поднять половицу и убить лягушку, и вынуть из неё крошку, которую, обмыв чисто-начисто, отдать поутру королевне оную съесть, от чего она по-прежнему поправится в своём здоровье.
Окончив сей разговор, рассуждали и о прочих материях, после чего пошли далее в лес.
Правда, проводя их из глаз своих, слезла с дерева и поспешала в то королевство, в котором чахнула королевна.
Не долго она медлила в пути и, наконец достигла оного королевства и, пришед во дворец, объявила о себе, что она пришла пользовать от болезни королевну.
Донесли о сем королевне, которая приказала тот же час представить к себе того человека, который обещается возвратить ей прежнее здравие.
Служители ввели Правду в покои, в которых она увидела стоящую Кривду.
Она, увидя Правду, с восхищением говорила:
— Ах любезная моя сестрица! Живую ли тебя видеть? Я в своих хлопотах не чаяла уже тебе быть живой.
Правда, на сие ничего не отвечая, пошла далее в покои к королевне и, пришед, с почтением донесла королевне, чтобы она приказала поднять половицу и убить там сидящую лягушку, из которой вынуть крошку уроненного белого хлеба и, обмыв её чисто-начисто, самой съесть, от чего в ту же самую минуту почувствует лёгкость и здоровье.
Королевна тотчас приказала сие исполнить. И как скоро принесли ей уже обмытую крошку, то она съела её и почувствовала здравие.
После чего королевна благодарила Правду и спрашивала, что ей потребно за труды.
— Ничего мне не надобно, − отвечала Правда, − как только чтобы позволили жить всегда в вашем королевстве и, − указывая на Кривду, − чтоб расстреляли сию женщину на воротах, которая мне столько причинила обиды, что я по смерть свою не могу забыть оной.
Потом рассказала королевне о всем том обстоятельно, как с нею поступила Кривда в пути.
Королевна выслушав обиду Правды, тотчас приказала Кривду расстрелять на воротах, а Правда осталась жить благополучно в том королевстве и до самой своей смерти была в великой милости как у королевны, так и у всего народа.
===============