Алексей Калашников
Зима все-таки закончилась, наступила весна, а с ней долгожданный и тревожный день выставки. Я благополучно приехал в аэропорт, встретил Джека и препроводил его в гостиницу "Бега", благо она располагается на Ленинградском проспекте. Мы договорились встретиться утром.
Весь день мною был тщательно спланирован так, чтобы было не скучно, а местами даже увлекательно и весело. Больше всего я боялся скуки, но ее, к счастью, не было. Поэтому сразу на всякий случай исключили балет в Большом театре. Оставили выставку, прогулку на теплоходе и в заключение – банкет. В качестве затравки использовали "Птичий рынок", который тогда располагался на Калитниковской улице. Этот поход был предпринят по инициативе эксперта из Франции, который к нам присоединился, но, как и большинство французов, понимал только свой родной язык. Поэтому в команду включили даму, знакомую с этим языком и тронулись в путь, благо тогда по городу еще было возможным проехать.
Через полчаса мы были на рынке, самом оживленном месте Москвы в прямом смысле этого слова. Люди старшего поколения меня поймут. Предположим, вы познакомились с девушкой. Такое случается. И вам хочется ее порадовать и удивить. Театр, если не рассматривать уголок дедушки Дурова, – это банально, кино – еще хуже. Остается зоопарк, но, поверьте, интереснее поход на "Птичий рынок" (в народе принято более нежное название "Птичка"). Здесь животных можно не только рассмотреть, но и купить. Опять же своего рода проверка: если ваша избранница не любит животных – рынок ей не интересен – значит ваш выбор неверный. Не та эта девушка, не добрая она. Нужно искать другую.
На "Птичке" было все, о чем может мечтать любой любитель животных, больше того, просто культурный человек. При входе в качестве увертюры вас встречали старушки, у которых из-за пазухи выглядывали щенки и котята. Дальше располагались ряды с аквариумами. Затем шел ряд задумчивых филателистов, которые, судя по названию своего увлечения, должны любить животных, и нумизматов, вперемешку с продавцами циклопов и кактусов. Их бизнес (продавцов циклопов) следует считать самым остроумным, так как они добывали свой товар в близлежащем пруду. Этот ряд плавно перетекал в куда более по человечески понятное и веселое место с грызунами. Особняком стояли любители птиц, мистическим образом отгораживаясь от собратьев, торгующих живым товаром. Самая большая часть рынка принадлежала сильнейшим, то есть владельцам собак, которые скрепя сердце отвели небольшой уголок любителям кошек. На этом рынок заканчивался и остается добавить, что "Садовод" так и остается лишь бледной тенью былого величия.
День, когда мы оказались на рынке, был безмятежно солнечным и таким же настроение продавцов, большинство из которых находилось под заметным градусом, и это обстоятельство лишь способствовало их доброжелательности. Они любили всех, своих питомцев, даже если это были гады, соседей по прилавку и, разумеется, покупателей. Настроение праздника передалось и нашей группе. Глаза моих гостей загорелись, а мне оставалось наполняться гордостью за мой родной город, в котором есть такое замечательное, праздничное место.
Сначала мы оказались в рядах аквариумных рыбок: как уже было сказано выше, они занимали все пространство за воротами. Очень разные и очень шустрые рыбки сновали в аквариумах. Внимание француза сразу привлек один из аквариумов, но не содержимым, а способом подачи воздуха из огромных презервативов. Он сразу признался, что в своих самых смелых фантазиях не мог представить себе такого их использования. А в аквариуме тем временем плавали милые рыбки с голубой в отраженном свете чешуей. В очередном приступе гордости я сделал двусмысленное замечание:
– Смотрите-ка, у нас в Москве есть все, даже рыбки голубые.
Наша переводчица посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на гостя из Франции. При этом она не совсем тактично поднесла ладонь к виску. В который уж раз я убедился, что женщины гораздо наблюдательнее мужчин и куда лучше разбираются в некоторых вопросах. Только теперь я заметил и шейный платок, и большие, покрытые золотой краской часы, и аккуратную прическу, и перстень, и яркий голубой пиджак, и зеленые брюки, собранные в гармошку у щиколоток. Здесь любой бы понял свою ошибку, а мне оставалось лишь прикусить язык и быть осторожнее в своих комментариях.
Ряды нумизматов, циклопов и грызунов по взаимному согласию мы осмотрели бегло и естественным образом оказались в зоне собак и кошек. Здесь на Джека сильное впечатление произвели кавказские овчарки, которые находились под патронажем некрупной, но очень решительной дамы, рядом с которой находилась такая же решительная, но уже крупная мохнатая овчарка, угрюмо смотревшая на моих заморских гостей. При виде пушистых щеночков в свою очередь загорелись глаза Джека, и у него возникло острое желание приобрести одного из них. Я спросил о возрасте малышей. Оказалось два месяца. Сразу прикинул в голове: если – два, еще 6 месяцев английского карантина. Получается почти взрослый "кавказец" со сменившимися зубами. После этих несложных расчетов сказал:
– Конечно, Англия – большая страна, в которой живет много Джеков. Одним больше, одним меньше...
Нельзя сказать, что эта реплика понравилась, но, очевидно, была услышана. Мы благополучно сели в машину и поехали на выставку. Там я проводил Джека и француза до судейской комнаты и попытался туда проникнуть под видом переводчика, но потерпел неудачу. Корпулентная дама в обесцвеченных кудрях и чем-то напоминающая гигантского жука, решительно воспрепятствовала мне, полностью перекрыв своим телом дверной проем. Я еще раньше заметил, что среди активистов любого клуба корпулентные дамы совсем не редкость. Даже зародилось подозрение: не объедают ли они своих питомцев? Здесь мои мысли были прерваны появлением крайне возбужденного Джека. Раньше я никогда его таким не видел: неизменно спокойный и сдержанный человек, сейчас у него даже остатки волос стояли дыбом.
– В чем дело, Джек?
– Понимаешь, мне указали на хендлера в моем ринге, который непременно должен стать победителем.
– Какие аргументы?
– Мы вас пригласили, поим, кормим и даже какие-то деньги даем...
– Если деньги – приличные, соглашайся! Это Россия...
– И ты туда же! Куда я попал?
А выставка шла своим чередом. Здесь надо заметить, что руководители клубов – отличные психологи, мастерски используют в своей деятельности честолюбие, свойственное владельцам домашних животных. Мол, мой хомяк, кот, канарейка, не говоря уж о собаках, самые лучшие, самые красивые. Выставки уже давно стали наградой президентам клубов за их нелегкий, а порой опасный труд. Так было и на этот раз. В какой-то момент по громкой связи было объявлено, что деньги, собранные для проведения выставки, предназначены бездомным собакам. Я не мог не среагировать на эту фразу:
– Первый раз слышу, чтобы нашего председателя клуба называли "бездомной собакой".
На мою беду он (председатель) находился в непосредственной близости от меня, аккурат за моей спиной. А выставка была в самом разгаре, но в ринге спаниелей, очевидно, назревал небольшой скандал. Нужного чемпиона Джек однозначно забраковал. Главный судья с грустью наблюдал этой действо, а про себя, наверное, думал:
– Приедешь ты у меня еще раз... Даже не мечтай!
Если же подводить итоги этого выставочного дня, то для меня и Джека они были неутешительными. Причины этого были разные, но результат схожий: для нас выставки этого клуба были навсегда закрыты.
Тем не менее, самое интересное случилось в конце мероприятия. На выставку прибыл второй владелец вышеупомянутого, забракованного спаниеля. Это был энергичный, уверенный в себе молодой человек в спортивном костюме. Первым делом он разыскал владельца номер 1, то есть свою жену: высокую худощавую блондинку, того типа, который умеет вить веревки из собственных мужей, а при случае скручивать их в бараний рог. Но в тот момент ей было не до семейных разборок (муж был явно не виноват), она страдала и тихо всхлипывала, поглаживая своего ненаглядного питомца.
Молодой человек сразу понял, что престижу семьи нанесена серьезная обида.
– Что случилось? – с тревогой спросил он.
– Мог бы и догадаться. Представляешь, он стал только вторым, – всхлипнула она в очередной раз.
– Вторым, – эхом откликнулся обладатель спортивного костюма, – это уже совсем беспредел: животными людей обижать, – но затем собрался и задал по-джентльменски верный вопрос:
– Покажи мне ту тварь, которая посмела это сделать?
Часть 2: Продолжение следует