На углу Спиридоновки и Большого Патриаршего переулка большой тяжеловесный, несмотря на два этажа, дом (№30).
Мрачноватый.
Дом построил богатый купец Гавриил Асланович Тарасов. Один из совладельцев «Товарищества мануфактур братьев Тарасовых».
Братьев- армян было пятеро. Изначально фамилию Торосян носили. И свое товарищество они в Армавире основали.
Но в 1903 году вдруг все разом решили в Москву перебраться. На ПМЖ.
И стали обосновываться. Кто как может.
Гавриил Асланович выбрал себе местечко на Спиридоновке.
Пригласил тогда уже достаточно известного архитектора И.В. Жолтовского. В двадцать лет решил посвятить себя архитектуре. Поступил Императорскую Академию искусств в Санкт-Петербурге.
Учился упорно. Но долго. На второй год оставался. Отчислялся. За неуспеваемость. Так что не второгодником. Шестигодником был. 11 лет учился. В конце- концов выпускную работу защитил. В 1898 году. Однако диплома так и не получил. Многочисленные «хвосты» по техническим дисциплинам так и не подчистил.
Не то что бестолковый был. Потомок обедневших польских шляхтичей вынужден постоянно практическими проектами подрабатывать. При этом все в провинции. Так что часто выезжать приходилось.
Зато опыта набирался. По Европе много путешествовал. Особенно Италию любил. Двадцать шесть раз бывал. Изучал работы мастеров. Даже перевел и издал «Четыре книги об архитектуре" Андреа Палладио.
Дом, который построил Иван (Ян) Владиславович некоторые считаю точной копией палаццо Тьене. Построенное в Виченце в середине 16 века как рах этим самым Палладио.
- Так это же плагиат- скажет читатель.
Ну что- то Жолтовской изменил. Переосмыслил. Но что-то общее есть.
Хоть дом числится по Спиридоновке, парадный фасад Большой Патриарший переулок выходит.
Жолтовский его понарядней сделал. В центре фасада была арка во внутренний двор. Как в настоящем палаццо положено. Над аркой- открытая терраса.
Сейчас вместо арки- большую дверь сделали. Террасу заложили.
Подпортили итальянский антураж. Который сразу после постройки дома ежегодник «Московский архитектурный мир» назвал «сказкой былых времен».
Заказчик в творческие замыслы архитектора не вмешивался. Только два требования.
Коммунальные удобства: электричество, санузлы, грузовой лифт.
И еще велел по фасаду себя увековечить.
И сейчас читаются затертые буквы: GABRIELUS TARASSOF FECIT…
«Гавриил Тарасов – сделал это..». Дальше должна быть дата. Когда именно GABRIELUS TARASSOF это сделал.
Только вот умер GABRIELUS TARASSOF. В 1911 году. А палаццо только в 1912-м достроили.
Наследникам- сыновьям Георгию и Саркису- было не до того было, чтобы какие-то цифирки дописывать. Долгую тяжбу с городскими властями вели. Те выкатили братьям огромный налог. Мол, предмет роскоши.
Напрасно братья пытались доказать. Мол, самый скромный домик. И материалы самые простые, дешевые. Мол, новатор Жолтовский бетон использовали.
- А как де мнение специалистов? – аргументировали свою позицию чиновники – Статья в «Московском архитектурном мире»? «Сказка былых времен»!
Короче, пришлось братьям раскошелиться.
Но не обидно. Все-таки памятник архитектуры.
После революции братья свалили во Францию. Как и почти все московские Торосяны. Внучатый племянник Гавриила Аслановича- Левон Тарасов, кстати, стал знаменитым французским писателем. Анри Труайя.
А вот Жолтовский остался. Стал классиком советской архитектуры.
В 1918 году Луначарский писал тов. Ленину: «Горячо рекомендую Вам едва ли не самого выдающегося русского архитектора, приобретшего всероссийское и европейское имя — гражданина Жолтовского».
Умер Иван Владиславович в 1959 году. В 92 года. В почете и достатке. В собственном особняке. Который ему советская власть подарила. За заслуги.