«Я умираю раньше времени, убитый английской олигархией и её наёмником», — эти слова, написанные за три недели до смерти, последовавшей 5 мая 1821 года, Наполеон Бонапарт включил в своё завещание. Некогда самый могущественный правитель Европы закончил свои дни в изгнании на острове в южной Атлантике, убеждённый в том, что его жизнь оборвали те, кто взял его в плен, — ненавистные англичане. Но так ли это на самом деле?
Дорогие друзья, приветствую Вас на моём канале «Тайны прошлого и Таро»! Здесь я рассказываю об увлекательных загадках минувших эпох и приглашаю вас окунуться в мир поиска ответов на эти загадки с помощью удивительного инструмента — карт Таро.
За несколько столетий до появления на свет знаменитого Наполеона Бонапарта, Мишель Нострадамус, провидец и предсказатель, предрёк, что в начале XIX века могущественный император Франции захватит Англию и будет править ею долго и безмятежно. К сожалению или к счастью, этому не суждено было случиться. Император был низложен.
После поражения при Ватерлоо, произошедшего 18 июня 1815 года, для некогда великого императора Наполеона Бонапарта настали черные дни. Он надеялся найти убежище в Англии, но вместо этого оказался в плену у британцев. На военном корабле Наполеона доставили к острову Святой Елены — небольшому участку суши площадью 222 квадратных километра, остаток потухшего вулкана у западного побережья Африки. В день своего первого знакомства с этим островом, 15 октября, английский врач, находившийся на борту того же корабля, что и Наполеон, сделал следующую запись: «Я увидел самую отвратительную и мрачную скалу из всех возможных, возвышающуюся над гладью пучины, словно огромный чёрный нарост».
Вдали от порта Святой Елены, на горном плато возвышался сумрачный Лонгвуд — место, которое должно было стать последним пристанищем Наполеона. Стены здания, покрытые зелёной плесенью, придавали ему зловещий вид, а внутри обитали полчища крыс. Прошло немало времени, прежде чем здание стало пригодным для жизни. Наполеону было позволено взять с собой в изгнание небольшую группу приближённых и слуг. Среди них были Анри Гратьен Бертран, некогда исполнявший обязанности церемониймейстера, и граф Шарль Тристан де Монтолон, один из недавних сторонников императора, успевший прежде не один раз сменить сторону. Шарль де Монтолон прибыл на остров в сопровождении своей очаровательной молоденькой супруги. Знаки внимания, которые она оказывала Наполеону, и её постоянные полуночные визиты в его комнату вскоре стали предметом пересудов на острове.
Дневной распорядок также не отличался разнообразием. Большую часть времени Наполеон проводил за диктовкой мемуаров или вспоминая военные подвиги, восстанавливая ход событий по картам и глобусам. После обеда изгнанники играли в карты и шахматы или слушали, как император читал им вслух. Кто-то и свиты охарактеризовала будни как «Скуку с понедельника до субботы, а в воскресенье Великую скуку…»
Генерал-майор сэр Хадсон Лоу, назначенный на должность генерал-губернатора острова Святой Елены, прибыл на остров 14 апреля 1816 года. С первого же момента своего пребывания на острове он стал фактическим тюремщиком Наполеона. Бывший император сразу же невзлюбил Лоу, охарактеризовав его как человека с «гнуснейшей физиономией». Со своей стороны, Лоу, казалось, панически боялся побега знаменитого пленника, и поэтому он установил жёсткие ограничения на свободу передвижения Наполеона. Решал, стоит ли допускать посетителей, просматривал почту и газеты, а также начал значительно урезать расходы на содержание Лонгвуда.
Во время весьма бурной и ожесточённой дискуссии, которая состоялась 18 августа, Наполеон заявил Лоу:
«Что ж, если бы вам приказали убить меня, вы бы тоже послушались?» — спросил Наполеон.
«Нет, англичане не становятся наёмными убийцами», — раздражённо ответил его собеседник.
Больше они никогда не встречались, и все дальнейшие переговоры между пленниками велись через посредников. Преданный Наполеону Анри Гратьен пытался защитить его интересы перед губернатором, но безрезультатно.
Шли дни и Наполеон всё более укреплялся в убеждении, что его ожидает медленная и мучительная смерть. Он сообщал о своих жалобах на здоровье своему врачу Барри О’Мире. Подагра мешала ему заниматься физическими упражнениями, он постоянно мёрз, но на солнце испытывал головную боль. Его дёсны при малейшем прикосновении воспалялись и кровоточили. О’Мире, охваченный нешуточным беспокойством, отправил несколько секретных посланий в Англию. Когда об этом стало известно Хадсону, тот пришёл в ярость и незамедлительно уволил О’Мире. Вернувшись домой, О’Мире сообщил, что губернатор открыто говорил ему о том, какую пользу принесёт Европе смерть Наполеона.
15 августа 1819 года Наполеону исполнилось 50 лет, но никакого празднования по этому поводу не было. Круг приближённых сужался, среди перебежчиков была и жена графа де Монтолона, уехавшая в Европу с тремя детьми, младшая из которых, девочка по имени Наполеона, родилась на острове и, по слухам, была дочерью экс-императора. Изгнанник стал вялым и впал в депрессию, он говорил своему слуге Маршану, что скоро ему придет конец. 19 сентября 1819 года, вместе с двумя священниками, приехал молодой корсиканский врач Франческо Антомарки. Наполеон рассказал ему, что его отец умер от рака, и спросил, не передаётся ли это по наследству. Пытаясь заглушить опасения пациента, врач посоветовала ему в качестве физических упражнений работать в саду. Состояние здоровья изгнанника улучшилось на некоторое время. Однако 19 июля появились симптомы болезни: лихорадка, головная боль, тошнота, сухой и частый кашель, рвота с признаками желчи. Эти симптомы были сигналами болезни, которая через 10 месяцев привела к смерти.
В мемуарах, опубликованных Маршаном, было скрупулёзно зафиксировано роковое течение болезни Наполеона. В 1955 году шведский врач Свен Форсхвуд, внимательно изучив эти мемуары, пришёл к выводу, что они служит явным доказательством отравления мышьяком. В период с марта по май 1820 года Наполеону давали рвотный камень, который, вероятно, ослабил его желудок. Затем ему давали напиток с добавками из горького миндаля, а также большие дозы некого препарата, который пагубно реагировал на горький миндаль. Это было прелюдией. Форсхвуд утверждал, что это был классический метод отравления, не оставляющий следов мышьяка.
Наполеон перед смертью попросил передать его сердце жене Марии Луизе, а также раздать пряди волос его приближенным. Губернатор Лоу отказался выполнить первую его просьбу, но локоны были переданы нескольким семьям. В 1860 году было проведено исследование образцов волос, в ходе которого было выявлено наличие значительного количества мышьяка, что вызвало оживлённую дискуссию. Некоторые учёные связывают это с ярко-зелеными обоями, которые могли содержать мышьяк, вступающий в реакцию с грибком и вызывающий фатальное испарение. Однако у Форсхвуда была своя точка зрения, он был убежден что тут не обошлось без чьего-то участия. Он был уверен, что убийцей был граф де Монтолон, который действовал в интересах Бурбонов. Именно он заведовал личным винным погребом Наполеона. Существуют свидетельства, что, когда вином случайно напоили других людей вместо Наполеона, они заболели.
После низложения династии Бурбонов в 1840 году во Франции было принято решение о торжественном перезахоронении останков Наполеона в Париже. В ходе этой процедуры обнаружилось, что несмотря на то, что от одежды почти ничего не осталось, тело императора сохранилось очень хорошо. Многие были убеждены, что именно мышьяк мог оказать влияние на сохранность его останков. Так ли это на самом деле?
Дорогие читатели, а какое ваше мнение о том, от чего же наступила смерть Наполеона?
Кто виноват: Хадсон Лоу или граф Тристан де Монтелон?
А может быть, ядовитая краска в обоях?
Или же всё это стало совпадением, и смерть Наполеона была естественной?