Что остается, когда человек уходит? Захлопывает дверь в комнату, выключает телефон. Или в черном качающемся мешке в руках двух незнакомых мужчин – уплывает все дальше от тебя к заснеженной «Газели». Ничего не остается, пустота и одновременно целая вселенная, которая распахивается, ослепляя, сжигая, когда натыкаешься на синюю майку, на завалившийся в полке холодильника шприц с «морфином».
Что происходит, когда будущее вдруг, сделав бросок-сэойнагэ, превращает твою жизнь в прошлое? Вот тогда всерьез, без шуток, понимаешь тораджи – народ в Индонезии, живущий в горных районах острова Сулавеси. Они верят, что жизнь человека не заканчивается со смертью тела. И заботятся о телах близких долгие годы после смерти, хранят их в комнатах, носят своим остывшим любимым горячий чай.
Стоя перед пустотой, понимаешь, что никакие тораджи не дураки-аборигены. Нет, на самом деле, никакой логики, нет трезвости ума, нет адекватности. Мумифицировать, бальзамировать, сохранить. Построить храм и носить туда чай с малиной каждое утро. Ненавидеть, стрелять из лука во всех людей, которые думают, что без тебя можно просто жить дальше.