Ну что же, маленького бедного котика транспортировали к тёте доктору. Забегая вперед, скажу, что осмотр показал — кот здоров. Весит шесть кило триста восемьдесят грамм. Спортивен, бодр, и всё также изобретателен. О да, ещё как изобретателен!
Началось все ещё дома. Мы проснулись, позавтракали, дождались, пока Скизи тоже перекусит, перед этим поточит когти, а перед ними посетит лоток. Когда все ритуалы были соблюдены, и кот залёг на диване, мы с Сашкой приготовились.
-Хватай мелкого, я принесу штуку. — максимально беспечно сообщила я.
-Угу. — согласился Сашка и направился к коту.
Но кот знал. Каким-то своим чудесным восьмидесятым чувством он догадался, что что-то готовится, и исчез раньше, чем я принесла переноску. Конечно, я не стала входить на кухню, размахивая переноской. Я затаилась за углом.
-Ну, что, готов? — спросила у мужа.
-Нет.
Послышались звуки борьбы, потом мат и цокот лапок. Я поняла, что мой блестящий план провалился. Пришлось бежать на помощь мужу.
Кот сначала долго улепётывал от нас, потом запрыгнул в коробку и попытался отстреливаться зайцами. Потом пытался слиться с этой коробкой. Ну или на крайний случай затащить ее в переноску вместе с собой. Это было ужасно, но мы справились.
В лифте кот орал, в машине бубнил, в очереди обругал какого-то мопса и овчарку. Мопс в ответ пукнул, а овчарка хранила молчание. Кот прошёлся и по их хозяевам. Стоило кому-то что-то сказать, неважно по какому вопросу, Скизи начинал орал, и скоро в приёмной воцарилась молчание. Под гнетущими взглядами очереди мы прошли в кабинет.
-Запугал всю очередь! — пожурила его тётя доктор. В ответ кот зашипел и на неё.
-Какой свирепый зверь!— сказала её помощница.
Потом кот всё это подтвердил, пока Сашка полчаса пытался вытряхнуть его из переноски. Кот орал и отбивался, и сомнений в его свирепости не было. Но потом, когда все окончательно запыхались и рассердились, у переноски сняли верхнюю часть.
А там, там... Маленький бедный котик. И вовсе никакой не дикий зверь. Сидит себе, и обоими своими лапками вязаного зайчика обнимает. И глазки такие как блюдца. Тревожные и грустные. И заяц этот ещё. С одним ухом, без глаз, тоже такой несчастный-несчастный.
Так Скизи Мазонкин утратил свою репутацию грозного зверя. Бедняжку мигом обозвали "бедной сироткой" , "курицей-наседкой" и "маленький бедный котик", а тётя доктор даже закрыла глаза на лишние сто восемьдесят грамм)) Потому что взвешивался Скизи крепко зажав в лапах своего зайца. И весь осмотр держал его под лапами. И даже первым внёс в переноску. Весь персонал умилялся.
Хорошо, что никто из них не видел, как дома этот бедный заяц вылетел из переноски, как пробка от шампанского, а после и вовсе был закопан в лотке... Ох, кот, кот...
Маленький театр:
Диктор: Скизи, как вы можете объяснить свое поведение?
Скизи: Пусть скажут мне спасибо, никто не любит болтливых овчарок и пукающих мопсов!
Диктор: Я имел ввиду зайчика.
Скизи: Какого зайчика? Ничего не было. Покойся с миром и моими какахами. А вы все равно ничего не докажите!
Диктор: Но...
Скизи: Иначе я узнаю где ты живешь, и отправлю к этому зайцу.
Диктор: Это был Скизи Мазонкин, самый брутальный кот в мире!