Глава двенадцатая. Эпизод третий.
В Москве мы пробыли ещё пару дней. Непозволительная роскошь в наше неспокойное время. По-хорошему нужно было немедленно ехать обратно в Туру и запускать резервный центр управления спутником. Из флешки Ромашова я знал, как это сделать. Но сложившиеся обстоятельства диктовали свои условия. Сперва необходимо было решить несколько важных вопросов касаемых временного перемирия с клонами и здоровья любимой девушки. Какой из них был более приоритетным, сказать не берусь. Лично для меня они оба стояли на первом месте.
С генералом Стоцким я встретился в тот же вечер. Сделать это оказалось не так сложно, как я ожидал. Просто позвонил по указанному в списках Георга номеру и, представившись, назначил встречу. Илья Иванович легко пошёл на контакт, согласившись меня выслушать.
– Итак, я весь во внимании. Что вы хотели мне сказать, Михаил? – перешёл к делу генерал, когда спустя три часа после моего звонка мы сидели в указанном мной баре и ожидали своего заказа.
Не лучшее место для деловой встречи. Людно, шумно, нервно. Я бы предпочёл более спокойную обстановку. К примеру, кафе или ресторан. Но все известные мне кафе в это позднее время уже были закрыты, а от ресторана отказался уже сам фээсбэшник, настояв именно на баре.
– Илья Иванович, сегодня днём на меня вышли клоны нескольких филиалов и предложили сотрудничество, – изрядно удивив собеседника такой новостью, я дословно пересказал свою встречу с агентами тэрингов. – Признаюсь честно, особого повода им верить, у меня нет.
Стоцкий задумавшись, сделал глоток безалкогольного пива. Я в свою очередь повторил его манёвр, с той лишь разницей, что в моём бокале градусы присутствовали.
– Занятную историю вы мне рассказали, Михаил, – наконец придя к каким-то своим логическим выводам, произнёс генерал. – Ещё каких-то полтора часа назад я бы дал стопроцентную гарантию, что вас обманули.
Согласен. Сам думал в том же направлении.
– А, что произошло полтора часа назад? – заинтересовался я, живо представив окровавленную голову Фокса, сиротливо лежащую на ступеньках главного управления ФСБ. Или того хуже, у ворот Кремля.
Хотя нет. С последним явно перебор.
– На офис Московского отделения клонов было совершено вооружённое нападение, – поделился информацией генерал.
Ты погляди, почти угадал. Получается не врали инкубаторские. Действительно готовы на перемирие. Или желают усыпить нашу бдительность? Как вариант. Лично я, пока Артур не сдохнет, верить в чистоту намерений врага отказываюсь.
– Что с Фоксом?
От волнения я даже про пиво забыл. Как взял бокал в руки, так и застыл вместе с ним.
– Жив, – разочаровал меня Стоцкий. – Мои парни наведались к нему в гости под видом обычных следаков. Опросили, записали в свидетели и посоветовали не уезжать из города несколько дней. На том и разошлись.
– Жертвы есть?
– Только охрана на входе.
– Эти не в счёт, – проскрипел я пересохшим от волнения горлом. Вспомнил про пиво, сделал большой глоток и закурил. – Запросто могли для нас постановку организовать.
– Согласен, – Илья Иванович угостился орешками и с одного захода опустошил свой бокал. – Пора. О нашем разговоре я доложу президенту, а там поглядим. До свидания, Михаил. Держите меня в курсе. Мой номер телефона у вас есть.
– Илья Иванович, – торопливо остановил я уже привстающего генерала. – Почему вам самим не ликвидировать Фокса? Это разом избавило бы нас от многих проблем.
В этом вопросе фээсбэшник меня не поддержал.
– Смерть Артура ничего нам не даст. На его место тут же придёт другой. Да хоть его помощник Барнс. А теперь Фокса и вовсе трогать нельзя. Иначе, как мы поймём, что среди клонов действительно произошёл раскол? Пусть сами решает свои разборки, а мы поглядим.
Возможно, Стоцкий был прав. Сейчас действительно трогать Фокса не с руки. Хотя руки чешутся. Ладно, так и быть, подождем, чем всё решится. На данный момент есть заботы поважнее.
– Я возвращаюсь в Туру. Мне понадобиться ваше содействие: зелёный коридор и неограниченные полномочия. Так будет проще и быстрее, – я набрался наглости не просить, а скорее требовать. В конце концов, не мне одному это надо.
– Вы нашли способ восстановить купол?
Мне показалось или в голосе сурового генерала прозвучал едва уловимый отголосок слабой надежды?
– Да. Я знаю, как запустить резервный центр управления спутником.
– Это хорошая новость, – Илья Иванович впервые за весь разговор позволил себе намёк на улыбку. – Сделаю всё, что в моих силах.
– Спасибо.
На том и распрощались.
После встречи с генералом по планам был дружеский визит к моему давнему приятелю ещё по тренировочному лагерю спецподготовки агентов Аварона. Валентин Арапов, так его зовут на Земле, первые полгода входил в состав группы оперативников, в которой был и я. Правда, потом наши пути разошлись. Валентин проявил склонность к медицине и биологии, и его перевели в другую группу с более глубоким изучением данных направлений. Но общаться мы не перестали.
С Валентином мы пересеклись лишь на следующий день, на лавочке возле, на первый взгляд, самого обычного НИИ, но курируемого нашей агентурой и лично Скворцовым, одним из доверенных лиц президента.
– Рад видеть, – расплывшись в широкой улыбке Арапов, протянул мне руку для приветствия. – Слышал, убили тебя. Давно воскрес?
В этом был весь Валентин. Весёлый, заводной парень, бард и душа компании. При всём при этом данные качества совсем не мешали ему быть серьёзным, высококлассным учёным.
– Недавно, – я с большим удовольствием и уважением пожал протянутую руку.
– И как оно, в мире живых?
– Весело, – признался я.
В последнее время мне скучать не приходилось.
– Что есть, то есть, – Валентин плюхнулся на лавочку и закинул ногу на ногу. – Знаю, просто так ты бы не пришёл. Жалуйся.
Я присел рядом и закурил.
– Про Алину хочу спросить…
При упоминании имени моей любимой девушки Валентин изменился в лице. Опустил глаза, вздохнул и, тяжело роняя слова, произнёс:
– Прости друг, мы сделали всё что могли.
В этом я не сомневался. Верю, ребята выложились по полной. По-другому они просто не могли. Однако против Гршкара даже технологии аваронцев бессильны. Не зря он запрещён Лаптарским мирным соглашением.
– Я знаю. Но и того, что сделали тоже не мало.
Я видимо что-то не то сказал. Друг резко повернулся ко мне лицом и раздражённо высказал:
– Издеваешься?! Мы ничего не смогли сделать. Абсолютно!
Вот тут уже пришёл мой черёд сильно удивляться. Вернее сделать вид. Всё-таки, как бы дико это ни звучало, именно такой ответ я и ожидал услышать.
– Алина жива. И каждые два месяца делает инъекцию антидота. Я думал противоядие ваша разработка.
– Нет, – мрачно ответил Валентин. – Может Казанцев обращался в другие НИИ или в частные фармкомпании. У некоторых из них имеются отличные лаборатории и специалисты.
– Возможно, – уклончиво пожал я плечами. – Суть в другом. Что ты скажешь на то, что совсем недавно Стивен Барнс вколол мне сыворотку правды и я остался жив?
Взгляд и выражение лица друга говорили сами за себя. Так, наверное, реагировали апостолы Христа, узнав о его воскрешении.
– Ты точно уверен, что это был Гршкар?
Не поверил мне Валентин. Засомневался. Что ж, я его прекрасно понимаю. Сам бы не поверил, не случись со мной такое.
– В этом не сомневайся. После укола я был на грани. Чудом выжил. Теперь интересно знать, благодаря чему и не поможет ли это Алине.
– Тогда пойдём, – пригласил меня в «гости» Валентин, поднимаясь с лавочки. – Возьмём у тебя несколько анализов. Заодно расскажешь, где пропадал все эти месяцы.