Вызывают меня как-то к Лесопарку, а ехать в Парк Культуры. Подъезжаю к входным воротам — оттуда мне навстречу мужик с сыном на плечах. Вернее, мне показалось сперва, что с сыном. Потому что, когда мужик к машине подошел, я понял, что это не ребенок, а огромная кукла, почти метр в высоту. И довольно страшненькая. Если ребенок страшненький — тут уж ничего не поделаешь, какой родился, не в детдом же сдавать. Но зачем нужно такую вот куклу-уродца покупать, это я не понимаю.
Сел пассажир на заднее сиденье, поехали. Я минуту терпел, а потом все же решил заговорить, ну, болтливый я человек, ничего не могу с собой поделать.
— А чего, — говорю, — вы из парка в парк ездите? Или место свидания перепутали? А куклу в подарок купили, чтоб вину загладить? Тогда лучше бы плюшевого медведя взяли.
Это я пошутил так и вроде как одновременно гордость человеку потешил. Всякому мужчине приятно, если кто-то думает, что он на свидание идет. Но мужик на мои слова внимания не обратил. Лицо у него совсем не изменилось, я на него как раз в зеркало поглядывал. Поэтому очень неожиданно вышло, когда он заговорил.
— Нет, — говорит, — не на свидание. Свидания мне ни к чему, я женщин не особо люблю.
Я аж обалдел от таких откровений.
— А кого же вы любите тогда? Мужиков, что ли?
— Нет, — говорит, — мужиков я тоже не очень люблю, да и детей не очень. Я путешествия люблю, на новые места смотреть.
И мне от его речи как-то не по себе стало. Я сперва не понял почему, потому как внешне вроде все вежливо излагает, да и не то чтобы необычное что-то. Людей не любить — это ж не преступление. Только все равно что-то не так. И тут я понял и от неожиданности чуть поворот не пропустил. Я же вижу в зеркало мужика, и он молчит, в окно смотрит, не замечает меня как будто, а слова звучат.
— Вот это да! Да вы чревовещатель, что ли? Я таких, как вы, последний раз по телевизору тридцать лет назад видел, да и то не поверил!
— Ага, — говорит, — чревовещатель, ну или типа того. Езжу из города в город и гуляю по паркам, развлекаю народ. На путешествия много денег нужно.
— И хорошо зарабатываете?
— Да не особо, честно говоря. Народ скупой нынче.
— Извините, — я ему говорю, — что в ваш бизнес лезу. Но вы попробуйте куклу поменять. У этой лицо жутковатое. А голос довольно нежный. Из-за этого диссонанс, и становится неприятно слушать. Даже мне сейчас жутковато, а я не особо пугливый.
Тут мужик захохотал, все так же рта не открывая и на меня не глядя. От этого совсем не по себе стало. А еще через миг кукла вдруг оказалась на пассажирском кресле. Я по тормозам от неожиданности, сзади засигналили, чуть в зад мне не въехали. Я к мужику обернулся и ору на него:
— Ты чего творишь, псих? Совсем обалдел? Забирай свою долбанную куклу и сиди смирно, шутник чертов!
А он на меня ошалело смотрит и ресницами хлопает, как будто только что увидел. И тут голос справа от меня, с пассажирского кресла:
— Ты, дядя, на Васю не ори! На глухонемых нехорошо орать. Лицо у меня, видите ли, жутковатое! Да ты свою рожу-то видел, а?
Я сижу в ступоре, таращусь на говорящую куклу. Потому что не может же чревовещатель так говорить, чтобы голос не из его живота шел, а от куклы в полуметре? А кукла дальше орет:
— Езжай давай, остолоп, чего встал посреди дороги? И поаккуратнее баранку крути, мне-то, если куда врежешься, ничего не будет, а вот Вася пораниться может. Лицо ему мое не нравится! Вот за это я вас, людей, и не люблю — каждый норовит с советом лезть. А как я свое лицо поменяю, а? Может, научишь, умник? Давай вдвоем свои морды поменяем, а?
— Ты что такое? — я — ему.
— Ты мне не чтокай: я, может, и не человек, но все же живой. Будь добр на «кто» обращаться. Каждый раз одно и то же! Вот вроде здоровый мужик на вид, а тоже обосрался, как все остальные! «Буратино» в детстве не смотрел? Смотрел? Его рожа тебе больше нравилась, козел? Давай к обочине, дальше пешком дойдем.
— Сам не ори, — говорю. — Сиди спокойно, почти доехали. Обидчивый какой нашелся! Ниче я не обосрался: и не такое говно видал. Нежные все стали!
Кукла, или кто он там есть, тоже немного поостыл. Уже тише бурчит:
— Рожа моя ему не нравится. А думаешь, мне нравится? Я и сам в зеркало смотреть умею. Мне, может, не только рожа, мне и шмотки вот эти не нравятся. Только они у меня вместо кожи. И я даже поверх них напялить почти ничего не могу — задыхаться сразу начинаю.
— А ты откуда взялся такой, а?
— Да черт его знает. Первое, что помню, — я лежу на лавке, а в кроватке рядом Вася. И какая-то старая бабка его пеленает. А откуда она нас взяла, я так и не узнал. Сколько ни спрашивал — так и не рассказала.
— А сам что думаешь?
— Ничего не думаю. Колобка только вспоминаю, сказку. Как его там по сусекам собрали, из говна и палок. Вот, может, и меня так. Только не знаю зачем. Может, чтоб Васе помогал, потому что вон он какой получился. А может, еще для чего. Если ради Васи — так чего так прямо и не сказала?
— Может, чтобы ты мог уйти, если захочешь? Как Колобок.
Кукла замолчал. Задумался. Пару минут молча ехали.
— Я из Колобка другую мораль вычитал, не ту, что надо убегать.
— ?
— Всегда носи с собой заточку, чтобы ни одна лиса не прицепилась!
И Кукла ловко выхватил из рукава шило. Я дернулся, и машина вильнула в сторону.
— Ты совсем ненормальный, что ли? Да что с тобой не так?
Кукла ухмыльнулся.
— Да всё не так. Сам не видишь, что ли? Не боись. Я в таксистов тыкаю не раньше, чем до места доедем. Шутка. Не шутка. Шутка. Да расслабься ты. Покури, что ли, говорят, помогает.
Я закурил. Он спрятал шило.
— Ну, пассажирчики. Поседеешь с вами. Будешь? — Я протянул пачку Кукле.
— Ты дурной? У меня легких нет, как я курить буду?
Я смутился и убрал пачку. И в то же время было смешно. Еще пару минут помолчали.
— Чего с ней потом стало, с бабкой?
— Ничего, то же, что и со всеми бабками бывает. Померла. Васе тогда лет десять было. Вот тогда мы намучались с ним. Он — глухонемой ребенок, я — говорящая кукла, и крутись как хочешь. Но ничего. Живем понемногу, теперь-то Вася взрослый, полегче стало. Изображаем из себя циркачей. Только из-за того, что Вася глухонемой, даже сценки разыгрывать не можем, все представления в одну глотку. Ну так что, может, мне Васю на какую-нибудь длинноногую деваху поменять, а? Что скажешь, бизнес-тренер?
— Ничего не скажу. Приехали.
Кукла дотянулся до ноги Васи, дернул за штанину и что-то стал объяснять ему жестами. Вася, всю поездку просидевший глядя в окно и никак на нас не реагируя, достал из нагрудного кармана на рубашке деньги, отсчитал триста рублей и протянул мне. Потом вылез наружу, обошел машину, открыл дверь, достал Куклу и бережно посадил его себе на плечи.
— Удачи вам! — крикнул я им вслед.
Вася меня, разумеется, не услышал, а Кукла никак не отреагировал.
Автор: Антон Александров
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ