ЦБ РФ решил отложить широкое внедрение цифрового рубля, которое планировалось с 1 июля 2025 года. Что помешало его запуску? — спрашивает Наталья Горячая, юрист и основатель сервиса «Делаем бизнес вместе». Когда в 2023 году приняли закон о цифровом рублей, многие эксперты гадали, что это — повышение конкуренции на рынке переводов и платежей, искали тайный смысл.
— Нужен ли в действительности цифровой рубль нашей экономике? Опрос показал, что нам хватает обычного безналичного рубля, — говорит Наталья Горячая.
-Перенос старта какого-либо грандиозного проекта, рассчитанного на большой круг пользователей, — обычное дело в современной России. Примеры такие есть: переносили начало маркировки тех или иных видов товаров (например, игрушек, ювелирных изделий, кваса, одежды), переносили запуск системы прослеживаемости отдельных видов товарных групп, переносили запуск системы быстрых платежей (СБП).
Эльвира Набиуллина на днях сообщила, что перенос внедрения ЦР нужен для отработки всех деталей в пилотном проекте и проведения консультаций с кредитными организациями по экономической модели, которая наиболее привлекательна для их клиентов. Глава ЦБ РФ довольно мягко и обтекаемо намекает на то, что реализация ЦР непонятна для экономических субъектов. Если она не понятна для юрлиц, то что уж говорить о гражданах, которые обычно с негативом и настороженностью относятся к любым нововведениям.
В пояснительной записке к закону о цифровом рубле (№ 270838-8) сказано, что в разработке документов принимали участие представители Банка России, а также представители федеральных органов исполнительной власти в части положений и вопросов, относящихся к компетенции указанных органов в том числе в части оценки процедуры и последствий введения в оборот цифрового рубля, его влияния на российскую и мировую финансово-экономические системы, а также на прогнозирование внутренних и внешних угроз национальной безопасности Российской Федерации, для оценки проектируемых норм были привлечены также представители научного сообщества.
Про бизнес или объединения граждан в записке ни слова. То есть на мнения бизнеса, для которого ЦР (не исключая, но в том числе) и создавался, создатели не опирались. Однако те же разработчики платформы и понятия цифрового рубля полагали, что их введение в оборот сделает платежи проще, быстрее (куда уж проще, чем сейчас ходят платежи по безналичному расчету или СБП) и безопаснее, уменьшит зависимость пользователей от провайдеров (в т.ч. коммерческих банков), тем самым повысится устойчивость финансовой системы страны. Ну и наличные: их должно стать меньше в экономике, а ЦР добавит прозрачности операциям. В заботе о безопасности инициаторы полагали, что восстановить ЦР в случае их утраты (хищения) будет проще.
ЦР – не новая валюта, а лишь форма взаиморасчетов, из этого следует, что банкам придется потратить на IT-инфраструктуру, которая обеспечит хождение денег между кошельками граждан и юрлиц. А у банков и без этого проблем хватает с IT и импортозамещением используемого оборудования. К проблемам, связанным с реализацией ЦР, следует также добавить недостаточную со стороны мегарегулятора просветительскую работу и рекламу этого средства платежа.
С точки зрения формы расчетов, ЦР не является чем-то интересным для бизнеса и граждан, так как банки научились следовать пожеланиям своих клиентов и быстро адаптируют интерфейс онлайн-банка и мобильные приложения для более удобного их использования.
Платежи проходят быстро и добавлять еще один инструмент для перечисления и приема денег особой необходимости нет. А вот с безопасностью переводов ЦР может действительно помочь, ведь количество и частота использования мошеннических схем отъема денег у граждан и бизнеса в последнее время настораживает не только самих граждан, но и представителей властей всех уровней. Заставить снять цифровые рубли и отдать их злоумышленникам будет нереально, поскольку у каждого цифрового рубля есть уникальный код, по которому можно отследить движение каждого рубля. И это – чуть ли не единственный плюс проекта.