Скачать статью в формате [.docx] или [.pdf] с Яндекс.Диск
Во Имя Отца и Сына и Святого Духа!
Не приходи в ту церковь, где бывает много людей. (28)
В древности вся пустыня была усеяна небольшими домиками — монашескими хижинами. Да и в городах, и в селах было очень много монахов, живших в маленьких монастырях, в маленьких хижинах. Иногда монахи выходили из монастырей, чтобы купить что-то или побывать у себя на родине. Все они вступали в общение с мирянами. Стоило этим монахам немного ослабить внимание к себе, как у них появлялось желание с кем-нибудь поговорить, и тогда они шли в многолюдную церковь, с хорошим пением, — словом, делали то, что противоречит монашеским обычаям.
То же самое мы видим и сейчас. Когда монахи выходят из своего монастыря, если только у них действительно есть для этого богоугодная причина, они начинают ходить по церквям. Преподобный Антоний увещает их не ходить в многолюдную церковь, потому что они согрешат. Более того, нехорошо, чтобы люди видели монаха среди мирян. Девство — это царица неба, нечто неземное. Всякий в глубине души чувствует, что монаху не место среди мирян, на мирском празднестве. Следовательно, для монаха недопустимо ходить даже и в мирскую церковь.
Когда братья нашего монастыря оказываются в миру, то ходят или в монастырскую церковь, или в какое-то спокойное место либо совершают богослужение прямо там, где они обычно останавливаются[1]. В приходскую церковь они не ходят. Лучше всего, чтобы монах никогда не оказывался вне обители в воскресенье или в праздник.
Теперь вы понимаете, какое страшное падение для монастыря, если в нем допускают, чтобы на богослужении в монастырском храме монахи или монахини терялись в толпе мирян. Я не говорю, что мирян вообще не должно быть. Всегда в монастырях бывали миряне. Никогда не прекращался поток посетителей, паломников. Более того, иногда оказывали гостеприимство людям больным, нищим, увечным, но при этом не терялась монастырская атмосфера, царил монастырский дух, а не мирской. За этим всегда следили.
С этой трудностью сталкиваемся и мы — вся Святая Гора. Наша церковь по временам, например на Рождество, Пасху и в некоторые другие праздники, становится местом стечения народа. Это большая духовная проблема. Но что мы можем сделать? Не знаю. Сейчас речь не об этом. Как бы то ни было, появление монахов в местах стечения народа святые отцы считали зрелищем отвратительным и не допускали этого даже под предлогом участия в богослужении. Видите, как высоко ставит монаха церковное предание? Во Святое Святых!
Умершего не погребай в церкви. (29)
В те времена многие люди строили храмы. Каждый монах мог построить храмы. Миряне тоже создавали много собственных храмов: это считалось великим благословением. Этот обычай существует до сих пор. Как мирянам, так и монахам всегда хотелось погребать близких людей в церкви, чтобы оказать им честь. Это традиция очень древняя, но ее невозможно продолжать в сложившемся монастырском братстве или в скиту. Тогда все захотели бы быть погребенными в церкви — и она сделалась бы кладбищем.
Не ходи по званым обедам и ужинам. (30)
Званый обед или ужин предполагает собеседование. Не бывает званого обеда без собеседования. Но монах должен молчать, а не разговаривать.
Каждый день учись добрым нравам у старейших среди братии. (31)
Когда видишь перед собой старейших монахов, то есть старцев, которые отличаются духовным разумом и образом мыслей, пребывают в молчании и обладают духовным опытом, наблюдай за ними и учись у них добрым нравам. Такие монахи не заводят разговоры с легкостью, с ними нелегко сблизиться.
Святой Антоний обращается к самым молодым братьям и советует им изучить добрые нравы старейших: узнать о добродетели и жизни мудрых старцев или духовных матерей. Пусть они, говорит он, будут для тебя образцом, воплощенным идеалом, живым Евангелием, узнаваемым и читаемым письмом[2], потому что они, предающиеся молчанию и безмолвию, — настоящие монахи.
Источник: Эмилиан (Вафидис), архим. Трезвенная жизнь и аскетические правила: Толкование правил преподобных отцов Антония, Августина и Макария: перевод с греческого — Екатеринбург: Издательство Александро-Невского Ново-Тихвинского женского монастыря; Москва : Паломник. — 2016. — C. 89 — C. 92 [576 c.]
Скачать статью в формате [.docx] или [.pdf] с Яндекс.Диск
[1] Имеется в виду особое помещение, принадлежащее монастырю.
[2] 2Кор. 3:2
Ещё статьи:
О мере слова (архимандрит Эмилиан (Вафидис)) #7
Когда посещаешь какого-либо брата, не задерживайся долго в его келии.
Настоящее правило относится к подвижникам, живущим в келиях, — келиотам. Есть разные свидетельства того, что они время от времени посещали друг друга. Обычно младший обращался с вопросами к старшему (отсюда известный вопрос «Отечника»: скажи мне, как спастись) [1], или же они приходили на откровение помыслов, чтобы рассказать о трудностях и проблемах, которые их занимали. Поэтому вполне естественно, что Церковь не запрещала монахам общение, связанное с потребностью услышать утешительное или назидательное слово. Впрочем, они не задерживались друг у друга надолго. Получали желаемое утешение и уходили. Они знали по опыту, что, когда разговор выходит за пределы дозволенного, мы впадаем в грех: пренебрежительно говорим о братьях или высказываем недовольство игуменом. И таким образом мы теряем ангельское достоинство монашества.
Если бы мы были внимательны, когда приходим к кому-нибудь в келью, встречаемся с кем-нибудь, если бы мы находились там лишь до тех пор, пока наше общение остается прекрасным, радостным и приятным, если бы мы ощущали, что перед нами Бог, и говорили то, что могли бы сказать пред Богом, то не было бы никакой нужды [читать далее].
15, 16, 17, 18 мытарства магии и блуда (иеромонах Роман (Кропотов))
Так в Священном Писании говорит Бог и апостол Павел.
Вскоре я услышал гул, который говорил о приближении к пятнадцатому мытарству, на котором разбирались грехи волхвования и прочего чародейства. Мерзкие существа со множеством конечностей и хвостов, с маленькими черными глазками, чешуйчатые и мохнатые — они производили жуткий свист и шипение. Завидев меня, они побежали к нам, извиваясь, словно аспиды, обступили со всех сторон и стали нападать с обвинениями. Хотя я и не занимался колдовством, но сколько же всего мне было вменено в вину. Эти звери вспомнили все случаи, когда я обращался к кому-то за гаданием, когда слушал и верил басням астрологов, изучал хиромантию, баловался йогой и гипнозом, пытался толковать сновидения, медитировал, играл в азартные игры. Они назвали по именам тех, с кем в течение своей жизни я играл в карты или кого соблазнил поиграть. Они обвинили меня в суевериях, которым я часто раболепствовал, живя в теле. В один момент перед нами вдруг пробежала черная кошка с маленькими рожками. Она смотрела на меня и злобно хихикала [читать далее статью].