Думаю, по картинке вы уже поняли, что моя работа связана с изразцами и реставрацией в целом. Каждый из вас наверняка видел, либо изразцовые печи в особняках, либо облицовку зданий этим материалом:
И:
Если по-простому, то изразцы – это цветная керамическая плитка, а если по научному, то:
Изразцы — это глазурованные керамические плитки, украшенные живописью или рельефом с отверстиями на тыльной стороне для крепления на печи или камине. Изразцовую плитку можно разделить на четыре основные группы: расписная, рельефная, скульптурная (лепная), а также фасадная майолика.
Яндекс нейро.
А, вообще, в этой статье не будет ничего научного, скучного, а только интересные локации, в которых я работала. Мы побываем в разных особняках, посмотрим на реставрацию ВДНХа изнутри, и просто насладимся красотой.
Мне неимоверно повезло, потому что моё знакомство с реставрацией изразцов началось в "Доме Игумнова":
И:
Думаю, многие знают его, как Французское посольство. Но ставлю десять из десяти, что вам не доводилось побывать на строительных лесах прямо под крышей этого здания:
И:
Своих фотографий оттуда у меня не сохранилось, да и поначалу было просто страшно попасть на леса, и ещё что-то при этом делать. Я даже попросила приковать меня цепями к столбу. Это было в первый день... а на следующий я уже бегала туда-сюда, забыв про высоту и опасность. Работала я там совсем недолго, но красоту изразцов успела впитать и запомнить:
И:
Следующим большим проектом стало Крутицкое подворье и знаменитый теремок 17 века:
И:
На самом деле, даже многие москвичи не сразу ответят вам, где находится Крутицкое подворье, а кто-то даже признает, что не бывал там. Я сама до начала работы не была там, ни разу. А ведь это очень атмосферное и красивое место:
И:
И ещё:
Там – практически без перерыва – снимается какое-нибудь кино, художники пишут этюды и т.д.. Пока мы работали – застали съёмки двух или трёх фильмов. Сверху можно было увидеть вот такую картину:
Эту лошадку запрягали в телегу и снимали кино с погоней и выстрелами. На самом-то деле, территория подворья очень небольшая, но там сохранились деревянные домики:
И вся атмосфера очень уж аутентичная и привлекательная для всякого рода съёмок. Нашей базой, где мы обедали и оставляли свои вещи, например, было вот это место:
А эту тяжеленную, старинную дверь мы открывали каждое утро:
В подвале этого здания в своё время отбывал наказание Герцен! А в хорошую погоду мы пили кофе прямо под стенами подворья. Это ли не мечта?
Работали мы, как и обычно, на строительных лесах:
Скриншот из журнала "Московское наследие" номер 5 (77) 2021 года:
На первом плане я – обсуждаем процесс с колегами. Скриншот из статьи С. Барановой "Крутицкий теремок: место и время". Электронная версия журнала есть на "mos.ru", так что, если интересно узнать историю этого места – рекомендую.
А, вообще, даже возможность увидеть эту красоту вблизи – уже большая удача:
Потому что вся красота наверху и увидеть её детально довольно сложно. Работы там было много – в первую очередь отмывание чёрной копоти, ну и доработка утраченных элементов:
Гуляем после работы на территории подворья:
А теперь немного отвлечёмся от изразцов и перенесёмся на ВДНХа. Мне довелось поработать там на реставрации мозаики Первого павильона:
Это тот самый павильон, который вы видите, как только заходите через арку центрального входа. Это тоже интересная история, потому что снизу эта мозаика кажется небольшой, а кто-то даже сказал мне, что и не всем понятно, что это именно мозаика.
Для понимания масштаба – вот такая фотография:
Здесь часть лесов уже снята, но ещё можно было пройти и сфотографировать. Начинали мы этот проект осенью, а закончили только весной... Для этого был сделан "тепляк" с дизельными печами и продуваемыми стенами из плёнки:
По сути, реставрационный фрагмент там был только один, а всё остальное воссоздавалось заново:
Процесс:
И:
Результат:
И:
И ещё:
Теперь немного о себе:
Каска в первое время была строго обязательна и за отсутствие её даже штрафовали. По-крайней мере, грозились. Только под конец мы немного расслабились и не одевали её.
Снова я:
Ещё:
И ещё:
И на самом верху:
Что б вы понимали, как творится красота – мы работали на крыше здания, в продуваемом тепляке. Плюс цементный раствор, от которого трескалась кожа на руках. И плюс каждый кусок смальты нужно было расколоть стеклорезом, от чего дико болели пальцы. И так полгода...
Там же мы отметили 8 марта:
Иногда на крыше появлялись скульптуры из снега:
Весна:
И:
Было действительно неимоверно сложно, мы работали огромной командой, но, думаю, каждый из нас вспоминает этот проект с тёплым чувством. Так что если будете на ВДНХа – поднимите голову наверх и полюбуйтесь нашей мозаикой...
Идём дальше. А дальше очень большой и масштабный проект реставрации печей в Новодевичьем монастыре:
Печей там очень много, но увидеть вы сможете только одну:
Это единственное открытое место для посещения, отданное под музей.
Мне довелось лично поработать с этой печью и побывать в Софьиной башне. Так называют её в обиходе (официальное название – Напрудная), и приходят к ней, чтобы загадать желание. Да-да, вот такая странная традиция. Вся стена этой башни снаружи монастыря обычно пестрит надписями с пожеланиями:
Иногда что-то вроде: "погасить ипотеку", хотя изначально Софья (сестра Петра первого) вроде как исполняла только мечты влюблённых. Связано это с трагической историей заточения Софьи после того, как она пыталась поднять бунт. Якобы там же – возле окна Софьи (и на её глазах) повесили на дереве стрельца, с которым у Софьи был роман. Не знаю, что здесь правда, но желания на башне пишут – видела сама.
А вот ещё одна печь, но увидеть её воочию вам не получится:
И:
Находится она в Лопухинских палатах – это здание принадлежит монастырю и вход в него обычным людям невозможен. Как, в принципе, и во все остальные. Там же есть и очень редкая жанровая печь:
И:
И ещё:
И в работе:
Это такие старинные "комиксы" на керамике, которые очень интересно разглядывать.
Вообще, самые распространные печи – белые, потому что они для заказчика всегда были самыми недорогими. Цветные печи могли позволить себе только зажиточные граждане вроде купцов или дворянской знати. С белыми печами мы работали в Филатьевском училище на территории монастыря:
Я работала в комнате с балконом на втором этаже. Моя печь там после всех этапов:
И в процессе реставрации:
Здесь же можно увидеть и всё, что сопровождает в процессе: палитра, специальные растворы и кофе....
Лавочка в ходе реставрации превратилась в:
Захотелось чего-то цветного после total белого цвета.
В это здание тоже нет возможности зайти, потому что оно принадлежит монастырю. Вообще, мне кажется, что такие места, как Новодевичий монастырь нужно полностью отдавать под музейное пространство. Здесь постоянно находится огромное количество туристов, вспышек камер и т.д.. Это в любом случае не монастырская жизнь, – и не уеденение, которое такую жизнь обычно сопровождает. Плюс территорию делят, как женская часть монастыря, так и мужская, что для меня, вообще, абсурд. При этом такие знаковые исторические места всегда интересны людям, – и музей здесь был бы в самый раз. Но, увы....
На секунду заглянем в Казначейские палаты и посмотрим на "до и после":
Вообще, в Новодевичьем монастыре мы работали очень долго – несколько лет, потому что приходилось прерываться из-за процесса стройки и других факторов. И ковидного карантина, кстати, тоже.
Идём дальше. А дальше у нас два музея. Первый – это дом-музей Чехова:
Знаменитый дом-комод на Садовом кольце. Комодом его называют, потому что у него похожая форма:
А вот старинная фотография этого места:
Деревьев, к сожалению там теперь нет – сплошной асфальт. Итак, коротко покажу наши печи в процессе:
И в интерьере:
Ещё одна печь в работе:
И печь в интерьере музея:
Музей открыт для посещения, так что при желании туда можно сходить.
Второй музей – это особняк Васильчиковых на Никитских улицах:
Сейчас здесь находится "Музей военной формы", а я покажу вам, как печи вписали в интерьер музея:
И:
Печь, которую я реставрировала, находится в не музейной части особняка, поэтому в интерьере я её не видела. А сама она выглядит так:
На минуту отвлечёмся, чтобы увидеть страшный сон реставратора печей:
Бывает и такое...
Ну и напоследок немного расскажу о нашем текущем месте работы. Это особняк недалеко от метро Смоленская:
Печей здесь много, и большинство из них досталось нам в весьма плачевном состоянии.
Лучше всего это иллюстрирует вот такая фотография:
А вот моя печка в цоколе этого здания:
Теперь немного о специфике работы. Самое сложное – это то, что все работы проводятся на этапе стройки. Это значит, что над головой у тебя кто-то сверлит, пилит или стучит. Везде грязь, пыль и отсутствие освещения:
И:
Но печь при этом на выходе должна выглядеть вот так:
Как это возможно? Спросите вы, но ответа на этот вопрос у меня нет. При этом наша работа связана с химикатами – даже не то, чтобы связана... Она целиком состоит из химических составов.
А после обеда нередко можно застать вот такую картину:
И это только часть религиозных культов, которые сопровождают нашу работу...
На эту тему мне даже был подарен "локальный мерч":
Здесь и печь, и моя розовая шуба и... издержки работы.
Но! как говорил П. Барановский – а он был великим и самым известным реставратором:
От времени и небрежения памятник разрушается — болеет. Наша задача его лечить. Но памятник — это не просто сооружение, он несет в себе некий духовный смысл, накапливая его веками и излучая... Без памяти нет сознания. Реставрация памятника — это лечение сознания.
П. Барановский.
Так и мы лечим наши печи, иногда даже в прямом смысле:
Для того, чтобы вы могли любоваться этой красотой, и впитывать в себя старину. Только представьте, что А. Чехов, например, сидел возле этой печи и читал книгу... Это ли не чудо?
До встречи...