Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Story Collector

ОБРЫВКИ ПАМЯТИ

Алма агачынан ерак төшми («Яблоко от яблони недалеко падает») Мой дедушка был человеком, который всегда заставлял меня смеяться и чувствовать себя особенной. Он был искренне добрым, с великолепным чувством юмора и даже в самых неожиданных ситуациях умел шутить так, что я могла только удивляться, как ему удавалось сочетать юмор с житейской мудростью. Я хочу поделиться с вами несколькими историями о нём, которые я до сих пор вспоминаю с улыбкой. Я росла в религиозном мусульманском обществе, мне было примерно лет пять. Однажды мы были на поминках (я в то время обожала халву). Чтобы получить последний кусочек, дед решил меня обмануть. Он сказал: «Халва делается из кремированных людей с добавлением орешков и семечек, а мы молимся на неё и кушаем за упокой души». Я верила своим близким, поэтому я осознала, что это правда, расплакалась и больше не ела халву. Однако спустя некоторое время я узнала, что мой дед был коммунистом, а не мусульманином, и вся эта история была просто его шуткой. Друг
Алма агачынан ерак төшми
(«Яблоко от яблони недалеко падает»)

Мой дедушка был человеком, который всегда заставлял меня смеяться и чувствовать себя особенной. Он был искренне добрым, с великолепным чувством юмора и даже в самых неожиданных ситуациях умел шутить так, что я могла только удивляться, как ему удавалось сочетать юмор с житейской мудростью.

Я хочу поделиться с вами несколькими историями о нём, которые я до сих пор вспоминаю с улыбкой.

Я росла в религиозном мусульманском обществе, мне было примерно лет пять. Однажды мы были на поминках (я в то время обожала халву). Чтобы получить последний кусочек, дед решил меня обмануть. Он сказал: «Халва делается из кремированных людей с добавлением орешков и семечек, а мы молимся на неё и кушаем за упокой души». Я верила своим близким, поэтому я осознала, что это правда, расплакалась и больше не ела халву. Однако спустя некоторое время я узнала, что мой дед был коммунистом, а не мусульманином, и вся эта история была просто его шуткой.

Другим моментом, который навсегда остался в моей памяти, было то, что у моего деда не было одного пальца на руке. Мне всё детство говорили, что он получил травму на производстве в результате несчастного случая. Но на самом деле он вместе с друзьями сильно набухались и взломал вход на завод, НА КОТОРОМ ДАЖЕ НЕ РАБОТАЛИ. Пьяные, они включили станки, и дед по неосторожности отпилил себе палец. Это было опасно и нелепо, но я всё равно обожала его за непокорность и яркий характер, которые он передавал мне.

Дед научил меня многому: помог смастерить мои первые санки, учил меня ремонтировать велосипеды, рыбачить и делать поделки из дерева. В то время как другие родственники уговаривали меня играть в куклы, я не любила это занятие и не хотела делать то, чего от меня ждали. В один из дней он как-то отвёл меня в заброшенный самолётный парк, где работал его сослуживец. Он провёл нас туда, и мы гуляли. Он подкидывал меня высоко-высоко, и мы залезли на старую ржавую недостроенную ракету. Он серьёзно посмотрел на меня и сказал: «Ты можешь всё. Я вижу в тебе огонь, способный зажечь даже эту ракету». В тот момент я почувствовала уверенность в своих силах.

Эти истории о моём дедушке стали неотъемлемой частью моего восприятия жизни. Он научил меня, что смех — это лучшее средство для преодоления любых трудностей, что важно сохранять уверенность в себе и быть готовым к новым вызовам.