Я на днях прочитал три совершенно разных разбора фильма «Служебный роман» 1977 года – через пару лет будем праздновать полувековой юбилей. Разборы с высоты сегодняшних тонкостей восприятия действительности, открытости информации и свободы мышления. Если честно, я сразу понял, что авторы тех рецензий упражнялись в мастерстве софистики. А вот у меня появилась идея посмотреть на фильм глазами цензора времён СССР. Нам же со всех утюгов вещают, что цензура в СССР была жестокой, нечеловечной, убивающей всё творческое. Давайте разберёмся на конкретном примере.
Фильм пропагандирует потребительские ценности и спекулянтов!
Основная сюжетная линия фильма Эльдара Рязанова строится на арке героини Алисы Фрейндлих, которая превращается из серой мыши советской номенклатуры в женственную хозяйку института статистики. Помогает ей в этом сотрудник-недотёпа, набравшийся смелости заявить о своих гендерных чувствах.
Показать руководителя советского предприятия живым человеком – в тренде тех времён. Только как сценарист Эмиль Брагинский с режиссёром это показали! Никто не задумывался о пропаганде шмотничества? А ведь весь фильм на первом плане сияет ныне запрещённая актриса маленького роста. То сапоги меряет, то кофточки обсуждает. Вокруг трудностей выбора шмотья создаются комичные диалоги типа:
«Хорошие сапоги, надо брать!»
А что потом происходит с начальницей? Она сама идёт к осуждаемой ею же секретарше за советом как принарядиться. А ведь в фильме прямым текстом заявляется, что товары у маленькой, но говорливой актрисы сплошь из-под полы, то есть спекулятивного происхождения. А в СССР со спекулянтами было строго. За ними сотрудники ОБХСС гонялись и сажали в холодные колонии на годы, чтобы идейные грехи отрабатывали.
Причём в фильме есть два момента, где показываются очереди и отпускаются нелицеприятные реплики по поводу единственной возможности работника института купить что-то в магазине – в обеденный перерыв! Прямая критика недостатка товаров народного потребления в магазинах страны, мчащейся в светлое будущее! Неужели цензоры тех времён не поняли, что фильм показывает, как в СССР трудно живётся гражданам?
Мало того, что Эльдар Александрович жонглирует очередями и фарцовщиками, так он ещё и главного антагониста гражданина Самохвалова показывает в выгодном свете – есть машина, квартира, сувениры заграничные и деньги, чтобы Новосельцеву в долг дать, особо не парясь о возврате. Какой бы строй не маршировал за окнами, но кушать люди хотят постоянно, вне зависимости от цвета флага и слов в гимне. Завидуют обычно тем, кто устроился. И не надо говорить, что в СССР было как-то по-другому. Самохвалов не пострадал в этом фильме!
Самохвалова показывают негодяем, но он в конце фильма ничего не теряет. Его персонаж просто уходит, обтекая назидательными смыслами. Нам же не показали, что у него отобрали квартиру, машину, должность с заграничными поездками. Хотя подобное в стране советов практиковалось. Если ради пропаганды нужно было рогатое животное для опущения и публичного битья. А в фильме «Служебный роман» негодяй просто обтёк. Очень обидная экзекуция. Все негодяи должны были залиться горестными слезами и броситься замаливать грехи в письменной форме в кабинетах того самого ОБХСС.
А форца тем временем жила, торговала и передовиков руководящих должностей дефицитными товарами обеспечивала. Ну не советским же магазинам это делать, в самом деле! И всё это в кино на две серии показано ярко, красочно, доходчиво.
В итоге у главных героев всё складывается. Новосельцев, как был недотёпой, так и остался, зато с супругой-начальницей со служебным автомобилем… Извините, вспомнил случай из жизни. У меня была девушка, которая работала в городском управлении культуры. Мы с ней частенько куролесили не только в качестве молодых кроликов, но и просто поржать. И когда у меня появились накопления от первых гонораров, я подругу спросил, конечно, рассчитывая вызвать «вау» эффект:
«Инна, дай совет: не могу решиться какую машину купить – Валга, вроде как по-стариковски, а Жигули вроде как дёшево…»
Инна не задумываясь ни на секунду, выдала:
«А вот не знаю, я "целовалась" только на заднем кресле Запорожца»
Вместо слова "целовалась" можете смело вставлять более действенный глагол, который я здесь вставить не могу в виду жёсткой цензуры площадки.
И вот у меня законный вопрос: я сегодня, публикуясь в открытом современном, либеральном ресурсе постоянно кручусь как ужик на нагретом куске базальта, чтобы бан за пару неосторожных слов не поймать. А в 1977 году, в стране тотальной цензуры, пропаганды и ещё бог знает каких перегибов, выходит фильм с милыми сердцу спекулянтами, которые преображают серую мышь, делая из неё красивую, женственную героиню. Да ещё и счастливую!
И ведь каков главный герой! Он же по примеру антагониста Самохвалова берёт в оборот начальницу и получает от этого не просто бонусы, а устраивает собственную жизнь! Последний кадр ою этом красноречиво говорит – герои уезжают в перспективу, целуясь на заднем кресле самого престижного на тот момент автомобиля страны, да ещё и в чёрном цвете, да ещё и с персональным водителем! А мы тех времён лишь о Запорожце могли мечтать.
Получается, что что-то не так с воспоминаниями об СССР. Или цензоры были глупы, или цензура была не такой, как её поминают. Как вам такой разбор фильма, спустя 48 лет?