Всё было классно в отношениях тёщи и зятя - жили врозь, в дела молодой семьи тёща не вмешивалась, наставляла дочь втайне от зятя. Тайком не потому, что были наставления направлены против зятя, Евгения, а потому, что не хотела тёща, чтобы Женя видел пробелы в хозяйственных умениях его молодой жены.
Когда молодая проявляла недовольство мужем, её мать (тоже, конечно, один на один, объясняла ей, что идеальных людей нет и что обнаруживается это только после свадьбы, а не до. Потому что "до" обе стороны "встают на цыпочки" и стараются показаться друг другу в наилучшем свете). В общем, не хотела тёща, чтобы её внуки росли безотцовщиной.
Когда родились близнецы, тут уж нельзя стало сказать, что молодая семья живёт отдельно от тёщи. Тёща, Анна Николаевна, уходила домой только спать, а иногда, когда дети были особенно беспокойными, отсылала выспаться зятя к себе, а сама оставалась ночевать с дочерью и внуками.
Дети подрастали, а забот у Анны Николаевны не убывало - кончились колики в животиках, соски-бутылочки и ежедневные купания, дети начали ходить, так пришлось Анне Николаевне вспомнить, какой она была резвой и спортивной в юные годы и вместе с дочкой носиться за жизнерадостными потомками и по квартире, и по двору...Огромное количество прочитанных книг, спортивные секции, театры и концерты - во всём этом бабушка принимала самое активное участие.
Евгений в это время тоже не диван пролёживал - трудился, чтобы обеспечить увеличившуюся семью, благо время на это жена и тёща ему предоставили.
И всё бы было прекрасно, если бы не услышал он однажды невольно разговор тёщи по телефону с задушевной подругой. Ну о чём могут говорить пятидесятилетние подруги? Скорее всего, не о претендентах на руку и сердце - о животрепещущем - детях и внуках, конечно.
- Знаешь, Лидочка, ничего плохого не могу о своём зяте сказать, - вещала тёща. - хоть и не могу назвать его близким человеком, а всё равно не чужой он мне - он же отец моих мальчиков, моих внуков... И молебны в церкви каждое воскресенье я заказываю и за него тоже...
Но вот сватья, его мать... Её я никак не могу понять! То что не помогает нам с Наташей, это ладно, мы справляемся! То, что она так же, как и я, заботится о детях своей дочери, я тоже понимаю, но почему она не любит её и моих общих внуков, вот этого я не могу ей простить! Чем же эти мальчики хуже тех девочек?! Да они во сто раз лучше, а она просто, дура, если этого не видит!
Ледяным осколочком кольнуло услышанное сердце Жени. Конечно, замечательные у него мальчики, он согласен. И внутренне сопротивлялся, когда мать пыталась доказать ему обратное - что его племянниц не сравнить с этими озорниками. И послушные-то они, и одеваются сами, а уж какие аккуратистки!
Женя и сам видел пренебрежительное отношение матери к "детям этой женщины", то есть его жены, но прикосновение чужих рук к его болячке было болезненным...
- Молится она за меня! - с досадой думал он, крутя баранку новенькой "Гранты". - Трудно в это поверить. Думает, небось, про меня и мою матушку :"Яблочко от яблони..."
Евгений ехал не спеша, бережно транспортировал с дачи тёщины помидоры и сразу и не понял, откуда взялся удар в правый бок - какой-то сумасшедший его подрезал. Евгения вынесло на крайнюю левую полосу, там он и остался в ожидании ГИБДД. Прошёл час, пошёл второй. Маячить на дороге надоело, сел в машину.
Из придорожного леса вышла женщина в платье ярко-красного цвета, оно так и притягивало взгляд, как огонёк. Прошла метров тридцать вдоль обочины и вдруг упала.
Жени бросился на помощь. Перебежав дорогу, услышал за спиной грохот. Оглянулся - его "Гранта" превратилась в груду металла. Она сработала тормозом разбившему ее грузовику.
Евгений смотрел на случившееся взглядом кинозрителя - он не мог осознать, что всё это произошло именно с ним... Что это он, а не кто-то другой вышел из этой машины пять-десять секунд назад... А если бы не вышел - то ... вот в эти секунды его жена стала бы вдовой, а дети - сиротами...
Он вспомнил про женщину в красном платье и, как во сне, двинулся в её сторону. Её не было ни на том месте, где она упала, ни поблизости. Не могла она так быстро исчезнуть! Да и была ли она?!
Виновник аварии, как оказалось, заснул за рулём, и если бы не Женина Гранта, много бы ещё бед наделал.
Анну Николаевну встретил выходящей из подъезда. На ней было красное платье, такое же яркое, как на той женщине, что упала на обочине.
- Заждались тебя, Женя! А что это ты такой бледный? Что-то случилось? И где же помидоры?
- Платье! Красное платье! - изумлённо воскликнул Женя. - Не может быть!
- Дурацкое, да? - смутилась Анна Николаевна. - Сама не знаю, почему я его вчера купила. Зачем мне такое яркое, прямо вырви-глаз! В моём возрасте это глупо выглядит!
- Да нет, всё хорошо, Анна Николаевна, - выдохнул Женя....