Вспоминаем 1999-й.
На чемпионат мира — 1999 Алексей Ягудин приехал защищать свое прошлогоднее золото, но на этот раз за бортиком стоял не Алексей Мишин, а Татьяна Тарасова. К турниру, который должен был пройти в Хельсинки, фигурист и тренер готовились в Москве, затем уже непосредственно перед стартом был проведен двухнедельный сбор в Финляндии. И вдруг у Ягудина начинает болеть нога.
«Периодические спазмы, будто судорогой сводит ногу. Боль ужасная, но он ее преодолевает. Не дает себе покоя, прыгает на больной ноге. Тренировки я провожу короткие, но очень интенсивные. Я чувствую, что, если нога его не подведет, на первенстве мира он будет рвать и метать. Но боль не отступает. Он уже хромает, уже ее подтягивает, уже перебежки без боли не может сделать. Но как он тренировался! Не давал себе никаких поблажек, так тренировались только самые выдающиеся спортсмены.
Нам очень помог маленький тихий городок в Финляндии, весь в соснах. Выхожу гулять, вроде нормальное настроение, но в голове как колокольчик: «Нога, нога, нога». Ногу он кутает, пьет какие-то лекарства, а она его не отпускает: как выходит на лед, начинаются эти ужасные спазмы. «Вольтарен», уколы — ничего не помогает. Он заявляет: «Никаких лекарств пить больше не буду, никаких уколов делать тоже не буду. Как есть, так и буду кататься. Натурально», — вспоминала потом Тарасова.
Квалификацию Ягудин откатал достойно, но журналисты замечают, что он хромает. Тем не менее на предложения сняться фигурист отвечает отказом.
В короткой программе Алексей ошибся при исполнении каскада и становится вторым — сразу за Евгением Плющенко. И тут случилось самое настоящее чудо.
«У него (Ягудина — прим. Sport24) от шока, что он сорвал элементы, проходит нога! Боль исчезает. Боль вернулась потом, после соревнования, а пока, на следующий день, все в полном порядке.
На чемпионате у одиночников выходной, он немножечко катается на тренировке. Через день — старт произвольной. На площадке во время разминки абсолютная тишина, только звук разрезанного коньком льда. Все нынешние лидеры собрались: Урманов, Стойко, Хонда, Вайс. Тишина гробовая все шесть минут разминки. Зрители гениально себя вели, но было пугающе тихо. Ему везет: первый стартовый номер. Я люблю, когда мои начинают. Перед выходом он мне говорит: «Не волнуйтесь, я сейчас их всех порву». Они, действительно, как звери выходят на арену — это похоже на вольер со львами. Он не катается, а и впрямь рвет всех. Не оставляет никому возможности его обойти. В конце он кричит от восторга, что все сделал. Овация. Зал стоит, а он падает на колени и целует лед», — пишет Тарасова.
Согласно неформальным правилам, открывающим разминку шестерки не ставят, но Ягудин все-таки увидел в своих оценках максимум за технику. Выходившие за ним фигуристы безошибочно откатать не смогли — есть второе в карьере золото ЧМ!
***
Спустя некоторое время Татьяна Анатольевна поделилась со своими поклонниками забавной историей, которая случилась незадолго до той золотой произвольной. Дело в том, что и сама тренер периодически страдала от боли в ноге, поэтому днем специалист отдыхала: лежала в гостинице. Но в тот день Тарасова почувствовала в себе силы и встала, решив прогуляться.
— У меня ничего не болело, боль меня отпустила. Я отправилась во Дворец, шла, подпрыгивая, такие легкие у меня были ноги. И на этих легких ногах я сажусь у гостиницы в автобус, уверенная, что он идет на стадион (не посмотрев, что на нем написано «Аэропорт»), и отъезжаю у Лешки на глазах. На прощание поймала его взгляд, он смотрел на меня с большим удивлением, наверное подумал: приеду ли я к произвольной программе или улетать домой собралась.
Автобус завернул за угол, и я поняла, что еду в противоположную от стадиона сторону. Давай автобус останавливать, пересаживаться на такси. Бежала, кричала, руками махала. Везде же пропускная система. Специальный транспорт прямо ко Дворцу пускают, а такси задолго до него останавливают. Но к произвольной программе успела…
В материале использовались цитаты Татьяны Тарасовой из ее книги «Красавица и чудовище».