Было это в начале августа, когда тайга только начинала наливаться золотом осени, а воздух был напоён ароматом хвои и свежести. Мы, пацаны, четверо друзей, решили отправиться за кедровыми шишками.
Посёлок наш, затерянный в тайге, был окружён сопками, поросшими елями, кедрами, берёзами и пихтами.
Природа вокруг была суровой, но родной, и мы с детства знали её законы. Хотя, честно говоря, законы эти чаще всего заключались в том, чтобы не лезть к медведям и не злить бурундуков — последние, как выяснилось, были настоящими бандитами в меховых масках.
Утром, едва солнце показалось из-за вершин, мы собрались в путь. Снаряжение простое: мешки для шишек, немного еды и ножи на поясе. Ножи, конечно, больше для солидности — вряд ли они бы помогли, если бы что-то пошло не так. Но пацану без ножа на поясе в тайге делать нечего, это как визитная карточка. Идти далеко не нужно было — всего пару километров до горы, что возвышалась рядом с посёлком. Дорога знакомая, но каждый раз она казалась новой, особенно когда шёл с друзьями. То кто-то споткнётся о корень, то кто-то начнёт рассказывать байку про медведя, который якобы видел, как его сосед Васька убегал от лося.
По пути мы остановились у ключа, который бежал в логу. Вода была ледяная, кристально чистая, и мы пили её, зачерпывая ладонями. Кто-то, конечно, умудрился намочить рукав, но это уже мелочи. Потом устроили привал: достали сало, варёные яйца, зелёный лук и хлеб. Ели с аппетитом, смеялись, шутили. В такие моменты чувствовалось, что жизнь — это просто и прекрасно.
Хотя, если честно, зелёный лук был немного лишним — после него даже бурундуки держались от нас подальше.
Дойдя до места, мы разбрелись по склону горы. Кедры стояли величественные, их ветви тяжелели от шишек. Мы сбивали их ударами ноги ,по ветке с шишками ,забравшись на кедр, а потом искали их в траве, и собирали в мешки.
Работа шла споро, но не обошлось без наглых бурундуков. Эти маленькие воришки то и дело выскакивали из-под корней, хватали шишки и удирали в свои норки.
Мы ругались, смеялись и гонялись за ними, но бурундуки были проворнее. Один особенно наглый экземпляр даже умудрился стащить шишку прямо из-под носа у Витьки, после чего тот поклялся, что когда-нибудь поймает этого бандита и устроит ему «серьёзный разговор».
Когда мешки наполнились, мы решили возвращаться. Но тут случилось то, что добавило нам адреналина. На обратном пути, метров за триста от нас, мы увидели медведя.
Он был огромный, с густой бурой шерстью, и шёл не спеша, будто размышляя о чём-то своём. Мы замерли. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно на всю тайгу. Медведь нас не заметил или не захотел замечать — он просто продолжал свой путь. Но нам хватило этого зрелища, чтобы прибавить скорости. Мы шли быстро, почти бежали, оглядываясь и прислушиваясь к каждому шороху.
Домой вернулись уставшие, но довольные. Вечером собрались у костра, делились впечатлениями и смеялись над своими страхами. Тайга, как всегда, подарила нам приключение, которое мы запомним надолго.
А может, и на всю жизнь. И теперь, когда мы вспоминаем тот день, то всегда добавляем: «Эх, вот бы ещё раз так — только без медведя и с менее наглыми бурундуками!»