Солнце уже клонилось к горизонту, лошади не спеша шагали по одному, им известному маршруту. Всё шло своим чередом, и только Низа нервничала. Вроде бы и не первый раз она ехала по этому пути, но почему-то всё равно была взволнована. Толи от того, что ехала в неизвестность, толи от того, что вспомнила, что её может ждать в прежнем мире. А ещё она нервничала из-за Гая. За все эти несколько часов он ни разу не шевельнулся. Кого она везёт в город? Труп или заснувшего легионера.
Девушка на минутку отвлеклась и услышала вопрос:
- Где мы? – Гай сидел на повозке и ничего не понимающим взглядом оглядывал всё вокруг.
- Где-то в пустыне. - Ответила девушка.
- Это я и без тебя вижу, весёлая ты наша. А как мы сюда попали?
- На лошадях.
Гай по привычке уже хотел начать злиться, но что-то изменилось в нём.
- Хорошо. А куда мы едем сейчас?
- В город. Я так, полагаю. Ты оденься. Вот в этой сумке есть одежда и для тебя. Хотя солнце и садиться, но жар пока никуда не делся. А в этой одежде ни жарко, но холодно. Во всяком случае, мы уже день едем по пустыне, и я не сильно то и вспотела.
- А кто тебе это всё дал?
- Ты же знаешь.
- Кто? Тайный советник?
- Ты что, вообще ничего не помнишь?
- Я помню только яркую вспышку и сильную боль. И вот сейчас просыпаюсь здесь.
- И ты не знаешь, сколько времени прошло?
- Да нет конечно. День, ну два. Сколько я был в отключке?
- Честно говоря, я тоже не знаю, сколько мы отсутствовали в городе. Две, три недели. Или может два или три месяца. Я потеряла счёт времени в том месте, откуда мы сегодня днём уехали. Вернее, нас отправили.
- Всё тайный советник?
- Не только. Ещё с ним был член городского совета. Они оба не очень-то разговорчивые. Я так и не узнала, где мы были, зачем мы там были. Хотя зачем, я думаю, что догадываюсь. Когда в тебя попала молния на месте казни, ты был весь чёрный, обожжён и был на волосок от смерти. Я так полагаю, эти господа тебя спасли и выходили. Но зачем – не могу сказать. Знаю, что, когда мы будем подъезжать к городу, нам надо переодеться в обычную неприметную одежду. Эту спрятать и явиться к дому члена городского совета. Там мы получим какие-то указания. Всё.
Низа закончила свой рассказ и смотрела на задумавшегося мужа. Она уже свыклась с мыслью, что этот человек вдруг неожиданно стал её мужем, хотя ни каких обрядов они не проводили.
- Ты чего задумался? Ты хоть знаешь, что мы оказываемся с тобой муж и жена?
- Да, я знаю. Погоди немного. Что-то происходит у меня в голове, поэтому я пока ничего не понимаю и видимо ещё долго не скоро пойму, откуда у меня столько незнакомых знаний.
- Ты знаешь?! – Низа просто взорвалась. – Я тут месяцами сижу в какой-то каморке, дожидаюсь его, смотрю какие-то картинки, а он не успел очнуться, а уже всё знает! Меня без меня выдали замуж. Без всякой свадьбы. А он спокоен, даже безразличен!
- Успокойся. Я сам не знаю, почему я знаю. Меня, когда ударило молнией, как ты говоришь, было, такое ощущение, пока я не отключился, что будто бы в меня за одно мгновение втолкнули огромное количество знаний. И вот сейчас эти знания, будто змеи, начинают расползаться по моей голове, и я ничего не могу понять, для чего это всё. Ответы на вопросы будто бы появляются сами собой. Я даже, как мне кажется, выучил язык, который слышал в далёком детстве.
И Гай сказал несколько фраз на этом языке.
- Ну, и я тоже могу на этом языке говорить. И даже писать и читать. – И Низа ответила ему на том же языке.
Теперь пришла очередь удивляться Гаю.
- Я смотрю, ты времени даром не теряла. – Гай даже не заметил, что продолжил разговаривать на выученном им языке. – Может пояснишь, кто тебя ему научил? И за какие заслуги? Или может за услуги?
- Ты вроде бы стал больше знать, но умнее не стал! Всё тот же пьянчужка – легионер. Я же тебе сказала. Я месяцы провела одна, рассматривая картинки, которые всё время менялись, пока тебя ждала. Вот по ним и научилась. А он услуги – заслуги. Раньше ты как-то не задумывался, на какие заслуги я жила. Думаешь, одних твоих подачек хватало?
Низа отвернулась от него обиженная, даже не замечая, что они разговаривают на не родном языке, и поскакала дальше не оглядываясь.
Гай остановил повозку, переоделся, отвязал одну из лошадей от повозки и пересел на неё верхом и поторопился догонять девушку. Низа уже уехала достаточно далеко, и в сумраке садившегося солнца её уже было еле видно.
***
Солнце, сначала садившееся медленно, вдруг практически моментально провалилось за горизонт. Небо быстро почернело, как будто кто-то моментально зажёг яркие звёзды. А когда глаза привыкли к темноте, то уже казалось, что всё небо светиться, особенно, светлая полоса вдоль почти всего неба – будто разлили молоко по небу, когда проезжала солнечная повозка бога Сола.
Лошадям не нужны были возницы. Они сами уже не раз ходили по этому пути и знали его даже с закрытыми глазами. Путники тоже ехали молча, каждый думал о чём-то своём.
Впервые Низе не хотелось ни о чём говорить. Видимо долгие месяцы одиночества сделали своё дела. Она стала сдержанной на слова.
Гаю же впервые в жизни хотелось хоть с кем-то поговорить просто по душам, но огромный рой мыслей, образов, обрывков знаний не давал ему сосредоточиться хоть на чём-то. Он постарался удержать хоть один образ в своей голове, чтобы прекратить этот вихрь мыслей, но ему это никак не удавалось. Образы и мысли появлялись и исчезали, появлялись вновь, видоизменялись и снова исчезали. Вдруг среди этой все круговерти он увидел Низу, едущую на коне. Это его так поразило, потому что он ехал с закрытыми глазами и ни как её видеть не мог. Он напрягся и попытался этот образ остановить, зафиксировать, произнеся её имя.
- Отстань, - с раздражением произнесла девушка, - я только начала дремать. Думаешь только у тебя круговерть в голове. Давай лучше подремлем. Завтра видимо трудный день предстоит.
- Ты права. Завтра действительно будет трудный день.
И теперь они спокойно, не двигаясь, как тени плыли над пустыней в полной тишине. Только поскрипывание песка под копытами лошадей, да их редкое фырканье выдавали что-то живое в этой процессии.