Евгения Русаленко из Екатеринбурга оказалась в центре настоящей бюрократической войны после того, как её муж Арсен Юнусов погиб в Харьковской области во время специальной военной операции. Теперь она – мать пятерых детей – вынуждена самостоятельно сражаться не только за их будущее, но и против государственных структур, которые, по её словам, вместо поддержки создают лишь новые препятствия, пишет Царьград.
История Арсена и Евгении
Арсен Юнусов был профессиональным военным. После службы в ВДВ он перешёл на гражданскую жизнь, занимаясь бизнесом. С началом СВО он заключил контракт с ЧВК "Вагнер", где продолжил служить до момента её расформирования. Незадолго до повторного отправления на фронт его жена родила двойню – двух девочек. Таким образом, в семье стало пятеро детей: старшему сыну от первого брака 17 лет, дочь учится в гимназии, есть также пятилетний сынок и теперь уже двухлетние двойняшки.
Несмотря на семейные обязанности, Арсен решил вернуться в зону боевых действий: "В Донбассе друзья мои гибнут". 12 октября 2023 года он подписал новый контракт, а уже 3 ноября Евгения получила сообщение о его гибели. Тело так и не было найдено из-за интенсивных обстрелов.
Бюрократическая война
После трагедии Евгения начала долгую борьбу с государственными органами за положенные выплаты и компенсации для своей семьи. Однако процесс оказался гораздо сложнее, чем она ожидала.
Проблемы с документами
Первая трудность возникла с оформлением справок о потере кормильца. Одна из них была даже аннулирована, так как содержала ошибку – её якобы выдали Евгении как участнице СВО, хотя она никогда не находилась на фронте. Только благодаря вмешательству председателя фонда "Ветераны КТО и СВО" Ивана Гагарина удалось назначить базовое денежное довольствие – половину оклада Арсена, составлявшую всего 19 тысяч рублей для всей семьи.
Создание искового заявления в суд также стало испытанием. Военная прокуратура допустила множество ошибок, из-за чего первые попытки признания Арсена погибшим были отклонены. В итоге Евгения сама составила документ, используя лекции по законодательству, которые прослушивала во время работы таксистом.
Задержки и недопонимания
Решение суда было готово только к концу декабря 2024 года, но выдано лишь после новогодних праздников. Даже после этого в ЗАГСе отказались принять судебное решение из-за неправильно указанного населённого пункта и отсутствия информации о гражданстве Арсена. Пришлось возвращаться к судье для корректировок.
Мизерная помощь
Несмотря на все усилия, семья пока получила только региональную выплату. Положенные десять с половиной миллионов рублей остаются недоступными. Выплаты должны быть разделены между всеми детьми Арсена, включая ребёнка от первого брака, а также его родителями.
Евгения работает таксистом по 12-14 часов в сутки, чтобы оплачивать аренду четырёхкомнатной квартиры (50 тысяч рублей в месяц) и обеспечивать своих детей. Она не получает пособий, так как её официальный доход превышает прожиточный минимум.
Поддержка других семей
Помимо борьбы за свои права, Евгения помогает другим вдовам бойцов СВО составлять судебные иски и добиваться справедливости. По её словам, многие сталкиваются с теми же проблемами: чиновники игнорируют обращения, теряют документы или намеренно затягивают процессы.
Продолжение борьбы
На данный момент Евгения снова готовится к судебному разбирательству с военкоматом из-за перерасчёта детских пенсий по потере кормильца. Она утверждает, что действия чиновников напоминают издевательство – будто они специально усложняют жизнь вдовам погибших военнослужащих.
Общественный резонанс
История Евгении Русаленко вызывает широкий общественный резонанс. Она демонстрирует, насколько сложно оказывается семьям погибших защитить свои права и получить поддержку от государства, даже несмотря на прямые указания президента о необходимости особого внимания к таким семьям. Этот случай подчеркивает необходимость реформирования системы социальной защиты и повышения ответственности чиновников за выполнение своих обязанностей.