Снаружи Церкви мало кто знает, что высокие технологии и искусственный интеллект — одна из самых популярных тем на церковно-общественном форуме и что Церковь основательно эту проблематику исследует уже несколько лет как. Что же слышно с высоких трибун?
Александр Оскарович Гурдус: Что бы мы не говорили, мы понимаем, что искусственный интеллект будет развиваться, он будет обеспечивать нас экспертами в любой области, может предоставлять виртуальных репетиторов для детей или будет подсказывать нам, как следить за нашим здоровьем. Говоря об этом, нельзя не затронуть тему рисков развития искусственного интеллекта.
Первый риск заключается в источниках данных. Второй риск — это рост энергопотребления вычислительных мощностей. Третий риск — это то, что круг бенефициаров искусственного интеллекта сужается.
Арутюн Ишханович Аветисян: Несколько лет назад при опросе выяснилось, что большинство людей считало, что искусственному интеллекту можно доверять. Актуальные данные показывают, что 52% людей до сих пор так считает. Это говорит о том, что мы доверяем, не понимая истинную сущность технологий. Когда мы пьем воду, мы верим, что за ее качеством ведется определенный контроль. И это касается всего в бытовой жизни. В среде же, где ошибки происходят случайно и потом невозможно объяснить, почему они произошли, это вызывает вопросы. Людям веру в искусственный интеллект внушили маркетологи, а государство согласилось. Люди, поверив, начали им пользоваться. Это, скорее, неразумно. Мы должны основываться на научных данных. Понимать, где технология действительно дает сбой, применять соответствующие регламенты и принимать решения. А искусственный интеллект должен остаться в качестве ассистента.
Евгения Евгеньевна Жуковская: Сегодня мы сами перепоручаем технологиям некоторые человеческие функции и даже биологические признаки. Тем самым мы вводим технологии в свою жизнь и наделяем их субъектностью. Если раньше в контексте социума подразумевались отношения человек-человек, под социальными институтами тоже подразумевались (условно) сообщества людей в определенных условиях и таким образом выстраивались социальные отношения, то в наши дни социальное пространство меняется. Можно говорить о таких формах взаимодействия, как человек-технология-человек. Технология становится полноценным участником социальных процессов и по-новому трансформирует социальную общность.
Священник Максим Мищенко: Как регулировать вообще высокие технологии, искусственный интеллект? Чем они проблематичны? Они увеличивают разрыв между бедными и богатыми, могут привести к несправедливому обществу. Юваль Харари, израильский футуролог, заметил еще одну интересную вещь. При должном развитии искусственного интеллекта, он позволяет богатым «апгредить» свои интеллектуальные способности, даже физические, а бедные останутся с чем есть. Поэтому для нас, для теологов, для философов очень важно, что теология — это последняя обитель, которую будет трудно победить искусственному интеллекту. Почему? Потому что теология и философия оперируют вторичными значениями, коннотативными смыслами. Каждый наш религиозный текст имеет большой подтекст. Это для искусственного интеллекта, как не имеющего субъектности, будет максимально сложно для переработки. Сейчас все задачи искусственного интеллекта решаются элементарно, а вот по-настоящему имитировать подлинный экспертный философский или теологический текст будет максимально сложно и произойдет это все очень нескоро.
28 января 2025 года в рамках XXХIII Международных Рождественских образовательных чтений состоялась секция «Высокие технологии и искусственный интеллект». Собрались представители российской науки, Русской Православной Церкви, государственных и общественных институтов, средств массовой коммуникации. Обсуждались этические вызовы в сфере использования технологии искусственного интеллекта и христианское отношение к данной проблеме. Площадка еле вместила всех желающих, участниками научного диалога стали около 300 человек.
Полезное по теме 🔗 religion-ai.ru
Публикация телеграм-канала
главного редактора портала «Приходы»
Евгении Жуковской