Уильям Джеймс Сидис – имя, которое в начале XX века ассоциировалось с феноменальным интеллектом. Его IQ, по разным оценкам, достигал 250–300 баллов, что примерно на 100 пунктов выше, чем у Альберта Эйнштейна. Сидиса называли самым умным из когда-либо живших людей, и общество возлагало на него огромные надежды. Мальчик-вундеркинд, читающий газеты с пелёнок и решающий сложнейшие задачи, казался рождённым для великих открытий. Но реальность оказалась далеко не сказкой: несмотря на гений, Сидис добровольно отказался от славы и всю жизнь проработал обычным клерком.
Как же вышло, что человек, которого прочили в выдающиеся учёные, превратился в затворника, а его блистательный ум не принёс ему счастья? Эта история – одновременно вдохновляющая и трагическая – заставляет задуматься о цене гениальности.
Детство без детства
Родители Уильяма, эмигранты с Украины Борис и Сара Сидис, решили во что бы то ни стало вырастить из сына гения. Отец, известный психолог, разработал собственные методики раннего развития, а мать оставила карьеру врача ради воспитания ребёнка. С первых месяцев жизни малыша окружали книгами, учителями и постоянными уроками.
В полтора года Уильям уже самостоятельно читал газету «Нью-Йорк Таймс», поражая окружающих осмысленным лепетом вместо привычного детского «агу». В три года он печатал на машинке письма, в том числе заказ игрушек из магазина, а к пяти поглощал тома Гомера и анатомический атлас Грея. Казалось, его жажда знаний безгранична – он учил языки, математику, историю, едва успевая переходить от одной науки к другой.
Однако такой впечатляющий прогресс достигался ценой лишений. Детство Уильяма по сути было принесено в жертву на алтарь гениальности. Вместо игр во дворе – занятия и эксперименты, вместо друзей – учителя и книги. Родители так стремились «сделать» из сына вундеркинда, что сталкивались с критикой: окружающие замечали, что мальчику не дают быть просто ребёнком (никого не напоминает из нашей современной действительности?).
Сара и Борис действительно будто позабыли, что у их сына есть обычные детские потребности – поиграть, побаловаться, ощутить беззаботную радость. Сверстники остались за бортом его жизни, их место заняли научные труды. В дальнейшем сам Сидис признавался, что родители, увлёкшись развитием его интеллекта, лишили его нормального детства. Такой подход принес плоды в виде небывалых успехов мальчика, но психологическая цена оказалась очень высокой.
Ранние достижения
Усилия родителей действительно сделали Уильяма уникальным ребёнком. Он не только рано начал читать, но и с малых лет демонстрировал потрясающие способности к языкам. До восьми лет Сидис успел написать четыре книги – среди них даже серьёзная монография по анатомии. К тому же возрасту он свободно владел по меньшей мере восьмью языками: английским, латынью, древнегреческим, русским, ивритом, французским, немецким, а также придумал собственный искусственный язык, названный им «вендергуд».
Юный гений составил целый учебник на этом языке – «Книга Вендергуд» – демонстрируя не только лингвистический талант, но и детскую фантазию. Его выдающиеся способности поражали даже видавших виды учёных: в семь лет мальчик, например, сдал экзамен Гарвардской медицинской школы по анатомии. Любая новая информация давалась ему с лёгкостью, а любопытство казалось неутолимым.
Когда Уильму исполнилось девять лет, отец попытался отдать его в Гарвардский университет – знания мальчика соответствовали уровню, но руководство посчитало, что эмоционально он ещё не созрел для студенческой жизни.
Спустя два года, в 1909-м, настойчивость семьи возымела эффект: Сидис был зачислен в Гарвард в возрасте 11 лет, став самым юным студентом за всю историю этого престижного вуза. Его поступление произвело сенсацию – пресса наперебой писала о «мальчике-гении», способном обойти лучших профессоров.
Юный студент очень быстро подтвердил ожидания: уже в 11 лет он выступил с собственной лекцией о четвёртом измерении перед изумлёнными преподавателями и магистрантами Гарварда. В 16 лет Уильям блестяще окончил университет с отличием. Казалось, впереди у него блистательная научная карьера, а сам он стоит на пороге великих открытий.
Жизнь в тени гениальности
Увы, реальность студенческих лет для Сидиса была далеко не радужной. Оказавшись среди юношей и девушек значительно старше себя, маленький гений чувствовал себя чужаком. Однокурсники воспринимали его скорее как курьёз, чем как равного: кто-то завидовал, другие откровенно дразнили юного Уильяма. Издёвки и унижения стали для него ежедневным испытанием, а порой дело доходило и до рукоприкладства – старшие студенты не раз избивали Сидиса, издеваясь над «выскочкой».
Постоянное давление и отсутствие ровесников-союзников делали жизнь в Гарварде тяжёлой. Несмотря на фантастические академические успехи, психологически подростку было невыносимо трудно. Ему пророчили карьеру великого математика и астронома, но сам он уже тогда мечтал лишь об одном – об одиночестве и покое вдали от людской суеты.
После окончания Гарварда Сидис попытался найти своё место в науке, но слава играла против него. Родители, опасаясь за безопасность сына после конфликтов в университете, устроили его преподавателем математики в Техас, в Университет Райса.
Семнадцатилетний профессор стал сенсацией, однако и тут возникли проблемы: студенты не захотели слушать лекции человека намного младше их. Недовольство аудитории было настолько сильным, что руководство вуза вскоре попросило Уильяма покинуть должность. После этого он поступил в Гарвардскую школу права, но проучился всего три года и бросил учёбу без объяснения причин. В жизни Сидиса наступил переломный момент: вместо того чтобы с головой уйти в науку, как все ожидали, он всё больше разочаровывался в ней и в обществе.
Весной 1919 года Уильям принял участие в первомайской демонстрации социалистов в Бостоне – видимо, стремление к справедливости и разочарование в системе привели его на митинг.
Это окончилось арестом и громким судебным процессом: 21-летнего Сидиса, одного из самых юных выпускников Гарварда, приговорили к 18 месяцам тюрьмы.
С этого момента, как сейчас бы написали, дорожка юного гения пошла по наклонной. Суд над «самым умным человеком» широко освещался в прессе, ещё больше усилив нежелательную для него славу. Родители сумели избежать для сына тюремного заключения, добившись его помещения в санаторий под своим надзором. Но и там непокорный Уильям продолжал бунтовать – не желал мириться с навязанной ролью и строгостью режима.
Отец пригрозил определить его в психиатрическую больницу, если поведение не улучшится, и в итоге угрозу воплотили в жизнь. После окончания такого «лечения» сломленный Сидис сделал решающий шаг: вернувшись в Нью-Йорк, он разорвал все отношения с семьёй и отверг прежние амбиции. Так общество потеряло из виду своего любимца-вундеркинда – Сидис сознательно ушёл в тень, спасаясь от давления и разочарований.
Одиночество и забвение
Оставив позади академический мир и славу, Уильям Сидис пытался начать новую, скромную жизнь. Он категорически не хотел иметь ничего общего с наукой и публичностью, мечтая затеряться среди обычных людей. Некогда блиставший интеллектом юноша устроился самым заурядным служащим – бухгалтером в конторе.
Попытка поступить на государственную службу обернулась провалом: на вступительных экзаменах Сидис нарочно набрал ничтожно низкие баллы, как будто стараясь доказать, что не претендует больше на роль гения. На новых местах работы он держался тихо и незаметно, даже одевался просто, в старомодную деревенскую одежду.
Но и тут слава настигала его: рано или поздно коллеги узнавали, кто перед ними, и тогда Уильям спешно увольнялся, чтобы вновь скрыться от ненужного внимания. Любые напоминания о прошлом тяготили его – он говорил, что один лишь вид математической формулы вызывает у него физическое недомогание.
Годы шли, и Сидис всё глубже погружался в уединение. Он снял простую квартирку и большую часть времени проводил наедине с собой. У Уильяма не было друзей, да он и не стремился к общению – годы травли и давления превратили его в настоящего социофоба. Бывший вундеркинд находил отдушину в необычном хобби: он увлёкся городским транспортом, особенно трамваями. Сидис коллекционировал билеты, изучал маршруты и разрабатывал теории по улучшению транспортных сетей.
Под псевдонимами он публиковал статьи и книги, далекие от высших сфер науки. Например, выпустил внушительный труд о пропускной способности трамвайных линий – современники окрестили его «самой скучной книгой из когда-либо написанных». Тем не менее Сидис продолжал писать: именно в эти тихие годы им были созданы две наиболее известных его работы – «Племена и государства» (исследование по истории) и «Одушевлённое и неодушевлённое» (философско-научный трактат). Он писал их, разумеется, не ради славы, а для собственного удовлетворения и под вымышленными именами.
Время от времени о Сидисе вспоминала пресса – журналистам уж очень нравилась история «падения гения». Ещё с детства репортёры преследовали Уильяма, а во взрослом возрасте искажение фактов о нём вылилось в ряд судебных тяжб: Сидис неоднократно подавал в суд на издания за клевету. Ему хотелось одного – чтобы о нём просто забыли. Когда вокруг бушевали человеческие страсти, он спасался в мире цифр билетов и расписаний. Жил крайне скромно, порой балансируя на грани нищеты. По сути, самый умный человек планеты превратился в затворника без друзей и средств, тихо доживающего свой век.
Последние годы жизни Уильяма Сидиса
Последние годы жизни Уильяма Сидиса прошли незаметно для окружающих. Постоянный стресс и многолетняя депрессия подточили здоровье бывшего вундеркинда. В 1944 году, в возрасте всего 46 лет, Сидис скончался – причиной смерти стало кровоизлияние в мозг.
Он умер в одиночестве, как и жил: без семьи, без толп скорбящих поклонников, зато в покое, о котором так мечтал. Его тихую кончину отметили лишь краткие некрологи. Родственники после смерти Уильяма продолжали превозносить его интеллект, пытаясь сохранить образ гения для истории.
Нашлись и скептики, поставившие под сомнение масштаб его одарённости, – мол, никакой он не уникальный разум, раз не сделал великих открытий. Однако перечень фактов из жизни Сидиса не позволяет усомниться в его гениальности. Судите сами: в 18 месяцев он бегло читал, в 5 лет изучал Гомера в оригинале, в 8 написал несколько книг, в 11 поступил в Гарвард, к 30 свободно говорил на сорока языках. Подобные достижения не под силу обычному человеку. Не случайно биографы нередко называют Уильяма Сидиса самым одарённым из когда-либо живших людей. Вот только для него самого эта одарённость обернулась трагедией.
Эпилог
История жизни Уильяма Джеймса Сидиса – яркий и поучительный пример того, что гениальность может стать тяжелым бременем. С детства общество ожидало от него невозможного, а родители требовали совершенства. Да, он превзошёл все ожидания в интеллектуальном плане, но был ли счастлив этот блестящий ум? Увы, все его неординарные способности не принесли Уильяму радости. Напротив, попытки достичь умственного идеала любой ценой лишили его простых человеческих удовольствий и душевного равновесия. Родители, столь усердно растившие гения, упустили, что их сын – живой ребёнок, которому нужна любовь, игра, дружба, а не только знания. В результате Сидис вырос глубоко несчастным человеком, избегавшим людей и жизни.
Размышляя о его судьбе, поневоле задаёшься вопросом: стоит ли стремиться к интеллектуальному совершенству любой ценой? Пример Сидиса показывает, что без баланса с эмоциональным благополучием гениальность может обернуться трагедией. Его жизнь стала предупреждением для родителей и общества: не забывать о том, что за талантами скрывается человек со своими чувствами и потребностями. Возможно, настоящая мудрость в том, чтобы найти гармонию между развитием интеллекта и простым человеческим счастьем. Цена гениальности не должна быть слишком высока – иначе великая одарённость рискует превратиться в проклятие, как это случилось с Уильямом Джеймсом Сидисом.
***
Фантастический роман «Пропавшие. Тайна школьного фотоальбома» читать бесплатно:
https://dzen.ru/a/ZaFqJK0GP0idUhVp
Аннотация: Спустя тридцать лет с момента школьного выпуска главный герой открывает школьный фотоальбом и вспоминает старых друзей. Он решает отыскать кого-нибудь, чтобы узнать, как сложилась их судьба. Однако, все его попытки тщетны, он не может найти ни одного человека. Все они словно сквозь землю провалились. Герой начинает расследование и то что он обнаруживает, переворачивает его жизнь с ног на голову.