«Во время многочисленных неудачных попыток создать «новый Ближний Восток» было пролито много крови, – пишет National Interest. – Однако текущие показатели указывают на то, что регион может двигаться к геополитической реальности, отличной от предыдущей».
Как отмечается, «после недавней войны между Ираном и Израилем лидеры региона стали более благосклонно относиться к идее о том, что охваченный конфликтами Ближний Восток не соответствует их великим стратегиям или национальным интересам, и это убеждение постепенно начинает формировать новую ближневосточную реальность».
Наиболее ярким примером того, что региональная конкуренция по-прежнему перерастает в кровавые конфликты, издание называет конфликт в Судане. А ранее это происходило в Ливане, Сирии, Ираке, Палестине, Йемене, Ливии и Тунисе.
Авторы статьи считают, что Тель-Авив и Тегеран «доказали свою изобретательность в создании арен для конкуренции с целью расширения влияния, в то время как государства Персидского залива, такие как ОАЭ, продолжают бороться с любым подобием демократии из-за страха прихода к власти сторонников “политического ислама”».
По мнению авторов, «эта динамика не изменится в одночасье, но некоторые события доказывают, что происходят фундаментальные сдвиги, включая прекращение блокады Катара, усилия стран Персидского залива по нормализации отношений с бывшим режимом Асада, прекращение огня в Йемене, а также соглашение между Саудовской Аравией и Ираном.
Все эти события отражают прагматичное желание сосредоточиться на экономическом развитии посредством сотрудничества и представляют собой важные поворотные моменты отхода от конфликтов и бурного периода “Арабской весны”, когда автократы боролись с требованиями перемен.
В регионе наблюдается заметное расширение дипломатического и экономического сотрудничества. Это особенно видно в Сирии, где страны глубоко заинтересованы в успехе нового временного правительства, а государства Персидского залива работают сообща, чтобы поддержать переходный процесс, инвестируя в восстановление САР и призывая к отмене санкций.
Даже традиционные противники – Турция и Катар с одной стороны, и Саудовская Аравия с другой – полны решимости обеспечить Дамаску экономическую, дипломатическую и военную поддержку, в которой он нуждается в текущий период.
Военное сотрудничество также несет в себе многообещающие признаки прагматизма и регионального сотрудничества, необходимых для стимулирования развития и стабильности. Не случайно в последние годы Турция сотрудничала с КСА и ОАЭ с целью заключения военных и экономических соглашений.
В результате Анкара получила инвестиции от богатых аравийских монархий для поддержки своей переживающей трудности экономики, в то время как страны Персидского залива приобрели технологии и военную технику у растущей оборонной промышленности Турции на фоне ограничений, введенных США при администрации Байдена».
Однако, несмотря на все это сближение, National Interest считает, что регион «далек от полной стабильности, поскольку на Ближнем Востоке нет двух стран, которые были бы полностью согласны по всем вопросам.
Даже Эр-Рияд и Абу-Даби яростно конкурируют на уровне экономики и инвестиций, саудовско-иранское соперничество все еще не закончилось, а Турцию по-прежнему обвиняют в “неоосманизме”, особенно в связи с ее возросшим влиянием в Сирии».
«Позитивные изменения, – резюмирует издание, – требуют времени. Но очевидно, что региональные лидеры надеются на начало новой эры на Ближнем Востоке, основанной на экономическом развитии, торговом сотрудничестве и стабильности, и эти амбиции им под силу, если они решат двигаться вперед по этому пути».