Как могла, я успокаивала Эда. Отправила его пройти обследование и сдать анализы. Только чтобы он убедился, что здоров, и его жизни ничего не угрожает.
Врачи подтвердили мои догадки - все с моим параноиком было хорошо. Хоть в космос запускай! Даже лишнего веса почти не было - спасибо диете для беременных от моего гинеколога.
Но страхи Эда не отпускали. Как настоящий бизнесмен, он хотел уверенности и гарантий на будущее.
-надо купить квартиру! - однажды сообщил он мне.
-Зачем? Кому? Ты хочешь переехать?
Дело было утром, когда я вообще не очень хорошо соображаю. Тем более, в беременность.
-нет, не хочу. Но эта квартира оформлена на мою мать. Если что случится, вам она не достанется.
Понятно! Паранойя продолжается.
С мамой Эда мы до сих пор были незнакомы. По-моему, она даже не в курсе была, что мы с ее сыном уже как два года живем вместе. О том, что весной она станет бабушкой, свекровь тоже понятия не имела.
О причинах такой конспирации я знала - Людмила Иосифовна была человеком своеобразным, и очень любила вмешиваться в жизнь своего единственного сына. Это было раньше, задолго до меня, но Эда она благополучно развела когда-то с девушкой, на которой он хотел жениться.
С тех пор много воды утекло. Мать со вторым мужем успела переехать в Израиль, обосновалась там. А потом отчим Эда умер, и оставшись одна, моя почти свекровь по полгода проводила в Америке у своей младшей сестры. Думала получить там гражданство, и перебраться в штаты окончательно. Но пока с этим были какие-то сложности. Домой, в Москву, она никогда не приезжала. Говорила, что двух перелетов в год - к сестре и обратно - для нее уже было слишком много.
Раньше, до нашей встречи, Эд летал к ней в Нетанию раз в год, на неделю. И каждый раз они там ругались в пух и прах. Мать лучше знала, как надо жить сыну. Настаивала на его переезде к ней или в Америку, сватала ему дочек и внучек своих многочисленных знакомых.
Эд переезжать отказывался, потенциальных невест отвергал, доводил этим старую больную мать до слез. И с чувством выполненного долга возвращался в Москву. После того, как мы стали встречаться, а потом съехались, Эд больше к маме в гости не ездил, общался только по телефону. Интернет наша будущая бабушка освоить не могла. Изредка, когда американская тетя помогала, они болтали по скайпу. Из-за разницы во времени эти беседы обычно происходили глубокой ночью, и длились не очень долго.
Каждый раз после этих разговоров по видеосвязи Эда немного трясло. Но он только отшучивался и говорил: «какое счастье, что нас разделяет океан. И что Израиль далеко. Если бы мама жила в Москве, клянусь, я сам бы эмигрировал».
Имея в арсенале собственных слегка ненормальных родителей, я его очень хорошо понимала.
И вот теперь, когда паранойя моего мужчины в связи с будущим отцовством усилилась, ему пришло в голову, что нам обязательно нужно купить собственное жилье. Потому что ту квартиру, в которой мы жили, мать Эда многие годы обещала подарить ему, но так этого и не сделала. Он был здесь прописан, имел какую-то доверенность на всякие действия, но полностью ей не владел. И теперь боялся, что если с ним что-нибудь произойдет, то мы с нашим будущим ребенком останемся на улице.
Безусловно, здравое зерно во всем этом было. Но покупка квартиры в Москве - удовольствие недешевое. Бизнес Эда приносил хороший доход, я имела какие-то накопления, но хватит ли нам этого на такую покупку? Этот вопрос я задала Эду.
-Не волнуйся за это, деньги найдем. Надо искать варианты, прицениться. А с деньгами разберемся.
Вариант с квартирой внезапно подсказала моя мать. Вот уж неожиданно так неожиданно.