- Бесстыдницы! Боже, какая непристойность! Шарль, немедленно закрой глаза! - — то тут, то там раздавалось с трибун парижского ипподрома Лоншан весной 1908 года. Публика — сплошь сливки общества: строгие матери и отцы семейств с наследниками и невестами на выданье. Знатные господа в костюмах и их жеманные жёны в кринолинах. Весь бомонд в сборе.
И вдруг — они! Приличные матроны ахнули, закрывая веерами глаза сыновьям. И заодно дочерям, ибо не пристало. Мужья отворачивались сами — не слишком старательно от красавиц, но весьма успешно от испепеляющего взора жён.
- Бесстыдницы! — рокотом пронеслось по трибунам. Но что же так смутило добропорядочных граждан?
Три грациозные фигуры в платьях, столь лёгких, что казалось — под ними вообще ничего нет. Да ещё и с разрезами! Под струящимися тканями не скрывалось ни жёстких турнюров, ни удушающих корсетов. Шёлковый джерси облегал фигуры, как вторая кожа, создавая тот самый скандальный силуэт «моды Директории». Париж ещё не догадывался, что наблюдает рождение эталона элегантности нового столетия.
Автором революции стала Жанна Маргэйн-Лакруа (Jeanne Victorine Margaine-Lacroix) — гениальная портниха и модистка. Её секретное оружие: запатентованный корсет «Сильфида», более эластичный и легкий, чем другие. Он не сковывал тело, а мягко подчёркивал линии, создавая желанный и модный S-образный изгиб .
Особое мастерство заключалось в хитром крое и выборе ткани — материя косилась по диагонали и обвивалась вокруг фигуры водопадом складок, ниспадая шлейфом-ручьём. Шёлковый джерси прекрасно драпировался и в сочетании с особым корсетом делал женскую фигурку утончённой, почти невесомой. И естественной — казалось, под платьями и вовсе ничего нет.
Нет, там были, конечно, корсеты и нижние юбки, но их стало меньше. Они стали легче, не создавая ощущения статичного каркаса, как в прежних нарядах. По сравнению с прошлой модой женщины казались совершенно раздетыми. Точнее — соблазнительно одетыми, что куда провокационнее откровенной наготы.
Сьюзи Ральф, историк моды, описала это во введении, открывавшем выставку, посвященную Жанне Маргейн-Лакруа в 2013 году: "В 1908 году Жанна Маргейн-Лакруа отправила на ипподром Лоншан трех моделей, одетых в открывающие их формы мантии-танагреены. Эти платья без корсетов вызвали фурор среди модной публики Парижа - бунт, по сообщениям некоторых газет. Их носили без корсетов и с разрезом до колен на одной стороне над самой прозрачной нижней юбкой. Они оказали мгновенное влияние на мир моды и вызвали широкое освещение в прессе не только в Париже, но и во всем мире. Говоря сегодняшним языком, этот стиль сразу же "стал вирусным"... Это было смелое видение Маргейн-Лакруа, которое положило конец идеалу жестко закрепленной фигуры в виде песочных часов и положило начало новому стройному силуэту двадцатого века."
Когда в том же году на экраны вышел фильм «The Directoire gown», сцены с героиней в полупрозрачном наряде вызывали настоящие уличные столпотворения. Ходили слухи, будто сам Черчилль пал жертвой этой моды: его кучер, завидев такую модницу, так разволновался, что экипаж врезался в фонарный столб.
ХХ век подхватил эстафету: Поль Пуаре и другие кутюрье вовсю использовали разработки Жанны, тщательно замалчивая источник вдохновения. А имя первооткрывательницы кануло в лету, словно шёлковая нить, распущенная недобрыми руками. Но... мы всё равно знаем правду.
Подписывайся, у меня много интересного!