Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ИнфоЛис (InfoLis)

Ода нужде, или Судьба одного клозета в городе Б.

Город Б. всегда славился своим особым колоритом: обилие деревьев и кустарников, посаженных вдоль улиц, памятник еврейскому писателю Шолом-Алейхему, чей взор устремлен прямиком на гостиницу. Но буквально до недавнего времени гордостью местных жителей был общественный туалет на Театральной площади. Этот храм гигиены, возведенный в эпоху, когда слово «сантехника» еще не вызывало грустных ассоциаций, некогда блистал белизной кафеля и чистотой. Но время, как известно, не щадит даже мраморные пьедесталы. Ныне от былого величия остались лишь дырявая дверь и запах, сравнимый разве что с ароматами компостных ям. Этот запах вынуждены обонять не только проходящие мимо горожане, но и музы, чьи скульптуры установлены на площади неподалеку от клозета. Горожане, люди стойкие и закаленные разнообразными невзгодами, периодически сваливающихся на их плечи, первое время терпели. «Что поделать — временные трудности! — философствовал парикмахер Глеб Семеныч, вытирая слезу, набегавшую от едкого аммиака. — Р
Вход в общественный туалет в городе Б.
Вход в общественный туалет в городе Б.

Город Б. всегда славился своим особым колоритом: обилие деревьев и кустарников, посаженных вдоль улиц, памятник еврейскому писателю Шолом-Алейхему, чей взор устремлен прямиком на гостиницу. Но буквально до недавнего времени гордостью местных жителей был общественный туалет на Театральной площади.

Этот храм гигиены, возведенный в эпоху, когда слово «сантехника» еще не вызывало грустных ассоциаций, некогда блистал белизной кафеля и чистотой. Но время, как известно, не щадит даже мраморные пьедесталы. Ныне от былого величия остались лишь дырявая дверь и запах, сравнимый разве что с ароматами компостных ям. Этот запах вынуждены обонять не только проходящие мимо горожане, но и музы, чьи скульптуры установлены на площади неподалеку от клозета.

Горожане, люди стойкие и закаленные разнообразными невзгодами, периодически сваливающихся на их плечи, первое время терпели. «Что поделать — временные трудности! — философствовал парикмахер Глеб Семеныч, вытирая слезу, набегавшую от едкого аммиака. — Раньше в гражданскую войну и не такое видали!» Но когда туалет стал напоминать музей крайне неполезных ископаемых, а гости города начали приставать к прохожим с вопросом: «Где тут у вас можно воспользоваться «удобствами»?», — терпение лопнуло.

Делегация граждан явилась к мэру, господину Х.

— Господин Х., — начал Глеб Семеныч, — народ страдает! Туристы бегут! А дамочки… дамочки и вовсе в кусты!

Мэр, человек прогрессивный, тут же созвал комиссию. После пятичасового обсуждения (с перерывом на чай и пирожки) было решено:

1. Переименовать туалет в «Образцово-показательное заведение общего пользования».

2. Установить на входе бюст неизвестного сантехника.

3. Выделить средства на ремонт… в следующем десятилетнем плане.

Но народ, увы, не оценил стратегического гения властей. Особенно возмутился приезжий, попытавшийся сфотографировать «гигиенический комплекс» для журнала «Архитектурные катастрофы Европы». Его остановили лишь силами местного клуба собаководов, чьи члены с питомцами проходили в этот момент мимо.

Тем временем предприимчивые граждане искали выход. Местный житель Ипполит Матвеевич предложил за скромную плату водить жаждущих в «запасной туалет», который намеревался тайком установить неподалеку. Правда, услуга включала в себя не только вход, но и личного охранника с фонарем на случай, если кому-то приспичит воспользоваться нужником ночью.

А на площади тем временем… О, читатель! Если вы надеетесь на хэппи-энд, вы плохо знаете город Б. Через месяц на двери «комплекса» появилась табличка: «Закрыто на реконструкцию. Открытие — 2050 год.».

И лишь бюст сантехника, слегка покосившись, продолжает смотреть на прохожих пустыми глазами. Кажется, он тоже давно мечтает «сбежать» в кусты по нужде.

P.S.: Все совпадения с реальностью случайны. Кроме скриншота. Вход в общественный туалет соответствует действительности.