Мы продолжаем публиковать статьи о защитниках Отечества в годы Великой Отечественной войны. В этот раз речь пойдет о письме-завещании перед очередной отправкой на фронт поэта и летчика. Для наших поколений письма с фронта – настоящая кладезь истории того времени.
«Итак, Борька, поехали воевать!» 11 мая 1943 года. Это строчки из письма Бориса Дитяшева, призванного Куйбышевским РВК города Москвы в Действующую армию. Гвардии младший лейтенант, пилот 560 авиаэскадрильи 11 Армии, погиб 14 сентября 1943 года при защите Калужской земли от немецких оккупантов. Похоронен на мемориальном кладбище в селе Хвастовичи, Калужской области.
Родился Борис Дитяшев в 1923 году, погиб в возрасте 20 лет в боях за освобождение западных районов Калужской области. В нем жила душа поэта и дух летчика, он горячо любил Родину и верил в ее прекрасное будущее.
Из его писем, написанных во время войны, мы узнаем: «Я бы жизнь отдал за то, чтобы каждый день этой войны драться в воздухе и побеждать…»
Родители летчика - медики и брат Дмитрий тоже воевали на фронтах Великой Отечественной.
Вот еще письмо маме на адрес Восточно-Сибирской железной дороги, госпиталь П/П 865 от 28.07.43 года: «Я жив и здоров, на фронте, воюю. Короче – я на самом жарком участке фронта»
Дитяшев был женат, и главное место в его короткой, но прекрасной жизни занимает письмо-завещание, написанное 19-летним Борисом 19.05.42 года в Москве перед очередной отправкой на фронт: «Я люблю мечтать о том, как после войны мы соберемся здесь, в Москве, в этой квартире и за рюмкой вина вспомним «юность свою» и выпьем за наши дела, за нашу страну, за семью боевую, что фронту себя отдала. Я мечтаю об этой жизни, но и даю себе ясный отчет в том, что представляет из себя эта война, и поэтому считаю не лишним написать завещание. Пусть оно не заверено у юриста, уверен, что оно будет выполнено вами, тем более что я могу завещать лишь духовные ценности, а отнюдь не материальные, которых у меня нет».
Письмо-завещание состоит из четырех пунктов, в которых Дитящев все свои стихи, поэмы, черновик повести «Путь» просит собрать вместе и сохранить для потомков. Вновь выйти замуж своей жене Шуре Спиряковой-Дитяшевой разрешает выйти не раньше, чем через год после получения или даже без получения извещения о его смерти. Заканчивает он свое завещание так:
«Знайте – что у меня была душа поэта и дух летчика. У меня было горячее сердце и холодный рассудок человека рано узнавшего, что такое жизнь…»
Письма редакции «Калужских новостей» предоставлены председателем духовно-патриотического клуба «Истоки» Натальей Соловьевой.