"На туманной лесной поляне стоял красивый олень с раскидистыми рогами. Солнце пряталось за полупрозрачными, покрытыми красно-золотой краской заката деревьями и стремилось упасть за горизонт. Высокие майские травы и луговые цветы чудной расцветки доходили почти до его могучего туловища, покачивались от лёгкого ветерка. Олень дышал, пар выходил из ноздрей и поднимался к рогам. Блаженство. Тишина.
Неожиданно, как отбойный молоток в глубине опушки, забился в истерике дятел и разбудил дремлющих животных. Раздражённые и недовольные, они стали ругаться, поочерёдно высовываясь из своих нор и гнёзд, устроенных на рогах благородного животного. Юркие рыжие белки прыгали поверх всех и верещали:
- Да что это такое, и снова нам не дают спать! Этого дятла надо выгнать из леса. А олень, тоже хорош, не мог выбрать для нас более спокойное место!
Им вторил облысевший хорёк, забегая в каждый домик и подначивая жителей выступить на общем собрании против оленя. Он не был таким прямолинейным, как белки, и дипломатично уговаривал своих соседей:
- Олень, конечно, нас приютил, бесплатно нам предоставляет жилплощадь, мы весьма благодарны. Когда я заселялся на рога, места оставалось не так уж много. Но я любезно был принят в кондоминиум, и, как бы это правильнее выразиться, имею законное право высказать своё мнение. Почему он не выбирает для нас - своих друзей и сподвижников – удобные площадки для сна и отдыха, подальше от опушки. Дятлы там долбят, кукушки надрываются, вешают всем лапшу на уши. Как им только наивные люди верят. Я предлагаю создать комитет и открытым голосованием жителей товарищества «Оленьи рога» определять ежедневный маршрут.
Ему вторили совы, добавляя, что нужно выбирать открытые участки движения, так как ветки деревьев часто сбивают их и мешают отдыхать после ночной охоты. Зяблики и козодои возмущались отсутствием устойчивой площадки и делились трудностями воспитания птенцов в таких сложных условиях. Они желали внести пункт в общее собрание жильцов о запрете движения оленя по лесу с полудня до 4-х часов, просили дополнительный корм.
Солнце тем временем закатилось за горизонт, и шумная слободка уже начала успокаиваться и устраиваться на ночлег. Завтра их кондоминиум проведёт собрание, обсудит насущные вопросы, заодно проведёт перепись населения, заселившегося с прошлого года. И самое главное, они определят время движения и остановок, место отхода ко сну, удобные для всего населения, и доведут до сведения оленя.
Молодой самец стоя дремал под ольхой, и видел себя грациозно бегающим по зелёному лугу. Это были первые настоящие рога. Он был настолько мил и добродушен, что, когда отростки начали оформляться в рога, к нему попросилась жить одна милая мышка. Вернее, он был так неуклюж, что придавил копытом и поранил ей ножку, поэтому он любезно предложил подвезти её к норке. А мышка с высоты головы оленя не могла найти свой дом и из веточек и травинок сплела себе спальное местечко. Теперь она с удовольствием лежала на спинке и смотрела в голубое небо с ватными облаками, покусывая травинку.
Потом к ней подселилась раненая кукушка, которая свила гнездо и оставила на мышку своих кукушат, хорошо, что они с оленем подобрали семейку зябликов, и они выходили птенцов. А потом как-то незаметно у него на рогах вольно расположилась разношёрстная и требовательная компания. В последнее время у него периодически болела голова и шея, ему было сложно убегать от хищников, есть траву. В самодельных домиках кто-то постоянно ругался, выяснял отношения или делил площадь, развели паутину.
Олень страшно устал от своих нахлебников, а вот как освободиться от них не знал. Он привык к их присутствию, как необходимому, хотя и неприятному атрибуту. У него зачесались корни рогов. Самец подошёл к ближайшему дереву и начал понемногу надавливать рогом на ствол. Он равномерно раскачивал головой, чувствуя, как вся эта махина на его голове движется в такт и постепенно отделяется от черепа. Одно движение - и его развесистые рога со скандальной и нахальной слободкой отвалились, упали на землю, предоставляя ему свободу. "