В 2011 году трагически оборвалась жизнь Марины Малафеевой — супруги известного вратаря санкт-петербургского «Зенита» и сборной России Вячеслава Малафеева.
В день ее гибели должна была состояться ответная встреча 1/8 финала Лиги Европы, в которой «Зенит» встречался с голландским «Твенте». Матч, конечно, провели, но Вячеслав участия в нем не принял. В память о Марине команда вышла на поле в траурных повязках. Поклонники клуба также выразили соболезнования, отказавшись от привычных флагов и подготовив баннеры со словами поддержки.
Марина была тесно связана с футболом не только как жена известного голкипера. Ее отец Юрий Безбородов в свое время защищал цвета «Зенита», а брат Владислав приобрел авторитет как футбольный арбитр. Именно в доме Владислава будущие супруги познакомились.
Марина и Вячеслав поженились в 2001 году. Ради семьи она оставила работу в аэропорту «Пулково», чтобы проводить больше времени с мужем. В 2003 году у пары родилась дочь Ксения, а спустя три года — сын Максим.
Марина была преданной болельщицей, детально разбиралась в футболе и внимательно следила за карьерой супруга. Она поддерживала его, но и не скупилась на критику, если считала нужным. В их семье существовала традиция: если Вячеслав отыгрывал матч «на ноль», Марина устраивала праздничный ужин с его любимым блюдом — мантами.
За год до трагедии Марина запустила собственный продюсерский центр «Малафеева Продакшн». Ее первый проект — «М16» — был назван в честь игрового номера мужа в «Зените».
Марина Малафеева покоится на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга, неподалеку от входа, напротив храма Смоленской Иконы Божией Матери.
Несмотря на то, что Вячеслав уже завершил спортивную карьеру и занялся бизнесом, могилу его супруги до сих пор посещают преданные болельщики «Зенита».
В 2012 году, спустя год после трагедии, на месте захоронения установили памятник. Скульптура изображает ангела, спускающегося с небес, а ее черты полностью повторяют лицо Марины.
Статуя кажется немного выше, но это связано с тем, что она расположена на полуметровом постаменте.
Хотя в православной традиции не принято делать надгробные памятники с точным портретным сходством, в данном случае никто не усматривает в этом ничего предосудительного.