Иван Николаевич присел на старую деревянную лавку у калитки и смахнул пот со лба. В этом году жара стояла небывалая, и даже привычная работа в огороде давалась тяжелее. Он посмотрел на грядки – огурцы уже начали плестись, помидоры наливались соком. Взял в руки пол-литровую банку с водой, сделал несколько глотков и прищурился в сторону соседнего участка.
Там, среди ягодных кустарников, копалась женщина – худощавая, с аккуратно собранными седыми волосами. Иван видел её нечасто, только по выходным. Он знал, что дача ей досталась от покойного мужа, а сама она жила в городе. Но сегодня она задержалась, не уехала в воскресенье, и теперь вот копошилась у грядок, не обращая внимания на солнце.
– Нина Петровна, да вы себя изнурите! – громко сказал он, привстав с лавки.
Женщина подняла голову, выпрямилась и вытерла руки о передник.
– Да что ж поделаешь, Иван Николаевич! Сорняки ведь не ждут. Стоит на день зазевайся – и помидоры в траве утонут.
– Всё равно нельзя так. В такую жару работать – только себя загубить, – нахмурился Иван.
– Да вот закончу грядку, и всё, – махнула рукой она.
Иван встал, подошёл к забору, перегнулся через него:
– Может, чаю попьём? У меня мятный, хороший.
Она усмехнулась:
– Я-то думала, чего это вы так зачастили в мою сторону посматривать.
– Так у нас тут всего три дома обитаемых, а вы, можно сказать, соседка, – развёл руками Иван, но сам улыбнулся.
Нина Петровна подумала немного, а потом кивнула:
– Хорошо, только я самовар разожгу. У меня свой, настоящий.
– Вот это дело, – одобрительно сказал Иван. – Сейчас приду.
Чай пили на веранде, в тени виноградника. Самовар приятно потрескивал, на столе лежали свежие огурцы, пара кусков хлеба, простенькие печенья.
– Вы давно тут живёте? – спросила Нина, отхлёбывая горячий чай.
– Да уж лет десять. Как на пенсию вышел, так и перебрался. Мне тут лучше – воздух, тишина. А в городе… в городе неуютно стало.
– А я вот только летом выбираюсь, – покачала головой она. – Всё не решаюсь переехать.
– А чего тянуть? Дети выросли?
– Выросли. Живут каждый своей жизнью. Говорят: «Мама, ты в городе не скучай, давай в театр ходи, в парк», а мне не хочется. Они-то думают, что я старая, а мне ещё жить да жить.
Иван усмехнулся:
– Верно говорите. Жить да жить.
Так они сидели, беседовали, чай пили. Потом Иван, как-то сам собой, помог Нине с её грядками. Вечером они снова пили чай, а на следующий день пошли вместе в лес за грибами.
Шло лето. Иван и Нина стали проводить всё больше времени вместе. То грядки друг другу полить помогут, то в лес с ведёрками пойдут, то просто сидят вечерами, чай пьют, разговаривают.
Как-то вечером Иван, постучавшись, заглянул к Нине в дом.
– Вот, картошки накопал. Надоело мне одному варить. Давай вместе.
Нина улыбнулась:
– Давай.
Так они стали то у одного ужинать, то у другого. Иван приносил рыбу – говорил, что сам поймал, но Нина подозревала, что покупал у деревенских. Она пекла пирожки с капустой. И постепенно их жизнь как-то плавно, без лишних слов, стала общей.
Однажды, когда уже начинался сентябрь, Иван посмотрел на Нину и вдруг сказал:
– А поехали в город вместе?
Она подняла брови:
– Ты это серьёзно?
– А почему нет? Я уже не хочу один. Вдвоём ведь лучше, правда?
Нина посмотрела в окно, где заходящее солнце окрасило сад в тёплый золотой цвет. Потом посмотрела на Ивана – он был простой, немного ворчливый, но такой надёжный и родной за эти месяцы.
– Ладно, – кивнула она.
Иван довольно хмыкнул:
– Ну вот и славно.
На следующий день они собрали вещи и уехали в город.
Вместе...
Не пропускайте новые истории, ставьте "лайк" и подписывайтесь на канал "Рассказы из почтового ящика".
Оставьте комментарий, были ли Вы свидетелем подобных историй?