"Вне формата". Часть 9. Светский вечер чуть не закончился для Николая групповым мордобоем и ограблением. Пришлось импровизировать на ходу.
– Очень приятно, – я протянул руку. Папа тоже. Сжал руку он мне достаточно сильно. В какой-то культуре оскорблением было бы сжать руку так же сильно, в другой же оскорблением было хлипкое рукопожатие. Но почему-то рефлекторно я зажал папу в тиски. Богатырской силой я не отличался. Не спасал даже костюм фабрики «Красный Богатырь». Папа начал сжимать руку ещё сильнее. Я тоже. Папа насупился. Я понял, что анальной кары от Ани мне уже не избежать и решил просто не терять достоинства. Тоже насупился. Папа как-то посветлел даже и отпустил меня. Улыбнулся.
– Сразу видно, что мужик! – в ответ я легонько кивнул с идиотской улыбкой. А что было ещё делать? – Степан Адольфович, очень приятно.
– Взаимно.
– Николай, так чем вы занимаетесь?
– Спросите у Анны, она вам всё расскажет.
– Николай – технический директор фестиваля (название не запомнил). В свои двадцать подает большие надежды.
Скоро я буду королем Бангладеш.
– Ого! Молодец! Я в твои годы тоже в партии был!
– У вас прекрасная дочь, Степан Адольфович.
– Да, знаю. Сам делал, – он расхохотался. – Вот думаю отдавать в Англию на учебу. Что скажешь? Стоит туда ехать или ну его?
– Не знаю, не учился.
– А где учился?
– Университет радиоэлектроники.
– Ба! Я ж там тоже учился. На РТ факультете.
– Так и я на РТ!
– Ну, я ж говорю – мужик! Давай выпьем? За технику?
– Нет, не могу. За рулем.
– Да давай, чё ты выделываешься? Не мужик, что ли?
В разговор вмешалась Карина и спасла меня:
– Пап, можно Николай меня отвезет домой? У меня так голова разболелась. Спать хочется. Ему нужно уезжать как раз, а он недалеко от нас живет. Можно, а?
Папа посмотрел на меня оценивающе:
– Правильно, что не пьешь. Хорошо. Езжайте, – папа сделал очень серьёзную физиономию, от чего покраснел ещё больше. – Николай, ну-к иди сюда на пару слов.
Мы отошли за здоровенную колонну, Степан Адольфович посмотрел на меня угрожающе:
– Ни дай Бог узнаю, что у вас что-то было – в бараний рог скручу. Понятно?
– Понял, не дурак.
– Вижу, что не дурак. Хорошая у меня дочка? Правда?
– Как дочка – хорошая.
– А как девочка – хорошенькая?
– А если я правду скажу, вы оставите её тут сидеть?
– Да ладно тебе, Колюня, – он обнял меня, – думаешь, я не понимаю? Я ж тоже молодым был! По балконам к девкам в «мед» лазил, ха-ха-ха, вот время было! Когда вахтерша увидела – в одних трусах удирал. Хорошо, хоть в трусах… Короче ты меня понял?
– Всё понял. Всё исполню по высшему разряду!
– Ну, я ж говорю, мужик! Ток чтобы ни-ни! Всё, давай, дуй!
Я подошёл к Ане.
– Будешь должна, как земля колхозу. И заигрывания твои уже не помогут.
И не выслушав ответ пошел за Кариной. Я начинаю у неё кое-чему учиться.
В вестибюле мы получили верхнюю одежду, я помог Карине одеть пальто, сам оделся, попрощался с гардеробщиком (ах, бедный дедушка…) и мы вышли на улицу. Сели в такси, Карина назвала адрес, и мы поехали.
Всю дорогу мы болтали о всякой ерунде. Оказалось, она умеет играть на фортепиано, у неё есть неплохой синтезатор. Договорились как-нибудь вместе поиграть. Вскоре речь пошла о музыкальных пристрастиях. Мы оба были удивлены тем, что пишем в FL Studio. Только я пишу симфонический металл (я ж один из основателей восьмибитного митола!), а Карина – попсу ближе к классической эстраде. Договорились как-нибудь опытом обменяться.
Я загрузил свою спутницу техническими терминами, а она меня – теорией музыки. С ней было действительно интересно. Ближайший мой знакомый композитор, с которым я частенько переписывался по аське, жил в Киеве. Мы много раз собирались встретиться. Но когда я приезжал в Киев, он уезжал к родителям. А в Харьков он пока не собирался.
За час дороги я восполнил нишу, которая уже долго пустовала. Ниша музыки. В группе последний раз мне довелось играть полтора года назад, а музыкописание – процесс единоличный. Не хорошо это. Нужно куда-то все эмоции со временем выливать, иначе они застоятся и станут вонючим бродящим болотом.
Мы приехали. По адресу Карины. Жила она в самой близкой к центру части Алексеевки. И самой престижной. Я расплатился с водителем. Этот гад затребовал 800 гривен. Это более чем много. Даже за мерс. Несмотря на прекрасное настроение, после прекрасного дня моя жаба чувствовала себя также прекрасно и была настроена крайне решительно. Настолько решительно, что решили мы вопрос на три сотни дешевле.
Пожелав таксисту «ни столба, ни жезла» я, опьянённый своим успехом, направился к Карине. Она поднесла к домофону ключ, открыла дверь, и мы вошли.
– Ну, дальше сама дорогу найдёшь?
– Да. Может, зайдешь, чаю попьём? Я тебе дам свои работы послушать.
– Карин, я бы рад, правда. Но мне завтра на пары. А я даже ещё не знаю – на какие. Нужно подготовиться, почитать. Поспать в конце концов.
– Ботан. Но в следующий раз железно. Давай на выходных?
– Ничего не обещаю. Как только, так сразу. Всё, я побежал.
Я вышел из подъезда и подождал некоторое время, пока в окне Карины (она мне его показала, когда мы подъезжали) зажжётся свет. Свет зажегся, и я со спокойной душой пошёл домой. Идти нужно было километра два. Минут пятнадцать.
Шагая, я думал о Степане Адольфовиче. Аня сказала, что он при дочери не напивается. Но ведь он уже был пьян. Причём неслабо. Зачем нужно было увезти Карину? Неужели они напоят его ещё больше? Или он сам напьётся? Но я действовал не в интересах Ани. Мне было жалко Бедную девочку. Болтая с ней, я понял, что у неё очень серьёзный дефицит общения. Её бы психологу показать. Наверное, папа думает, что лучше всего знает, как поступать с дочкой. А сам в трусах бегал от вахтерши…
– Пацан, а ну иди сюда, – послышалось со стороны. Я обернулся и увидел трех пацанов 17-18 лет. Были они низкими и хорошо сбитыми. В душе всё оборвалось. В кармане около трёх штук денег, модный прикид – все как у нормального пассажира. Что делать? Дать им пару сотен? Выгребут всё остальное и изувечат.
– Ты чо, не слышишь? Сюда иди, я те сказал! – сказал другой. Они приближались ко мне. Нужно было что-то решать. И решать прям сейчас. В тот момент мой мозг работал быстрее любого суперкомпьютера. Бежать – может и получится. Тут, в принципе, недалеко. Если они курят, то класс. Через сто-двести метров сдохнут. Если не курят, то сдохну я. Тогда уже разговаривать точно не будут. Может у них там недалеко дружки? Вспомнился разговор со знакомым оператором местных новостей – «Мне выдали корочку журналиста. Теперь можно оружие носить с собой». Нет, это всё не то. Это мне сейчас не поможет.
– ТЫ ГЛУХОЙ ЧТО ЛИ? Парень, обожди! – душа в пятки ушла. Тело била сильная дрожь. Умирать, так с музыкой! Поворачиваюсь к ним лицом. Руки в карманах. Трусятся, как осиновый лист на ветру. Смотрю на них с отсутствующим взглядом так уверенно, как только получается:
– Мужики, есть закурить?
Мужики слегка помялись. Один машинально достал пачку kent и протянул мне. Дрожащей рукой я как можно аккуратней достал одну.
– Блин, холодно. А огонек?
– На, – тот же поднес зажигалку.
Последний раз я курил 13 лет назад. Точно помню. Мне тогда было 7 лет. Как раз исполнилось. Я решил, что уже взрослый и купил себе за гривну (тогда для меня это были чудовищные деньги) пачку BT. Раз попробовал и на 13 лет хватило. Затянулся как можно натуральнее, не впуская дым в легкие.
– Вот спасибо, мужики. Хотите пивка?
– Да не. Не хватает на проезд. А поздно уже. Пешком далеко.
– Сколько вам надо?
– Да гривен десять.
Пошарив в кармане, я нащупал купюру, похожую на десятку.
– Вот у меня как раз… двадцатка. Как-нибудь и вы мне поможете, если чо.
– Оо! Живем! Спасибо тебе, братан. Если б не ты, тут спали.
– Да, бывает. Ну ладно, удачи! Смотрите, у нас тут отморозков полно. Я уже было хотел ствол достать, думал, убивать будете.
– Гы-гы-гы.
Пожали друг другу руки и разошлись. Хоть идти мне оставалось минут десять, с судьбой шутить больше не хотелось. И до общаги я доехал на такси. За десяточку. Вот это наши люди!
Приятной неожиданностью было то, что дежурила тётя Стася – самая добрая вахтёрша. Иначе пришлось бы лезть на третий этаж. Не думаю, что осилил бы. Руки всё ещё тряслись.
Я долго не мог уснуть, всё думая о том, что было бы, будь те пацаны поагрессивнее. Может, удалось бы убежать. А может, и нет. Что бы думала Аня? А Карина? Я ей вроде понравился. Может быть, она ко мне в больницу ходила бы? Мандарины носила?
Нет уж. Лучше я в общаге Гречку с майонезиком покушаю.
А вы попадали в подобные ситуации с хулиганами? Чем заканчивалось? Пишите комментарии, вместе повспоминаем.