- Виталик! - Возглас Юли заставил его вскочить с кровати. Он увидел кровь, оценил состояние Галины и понял, что ребенка не спасти. Чуда не произойдет. Слишком много крови, слишком долго она терпела боль. Слишком долго дожидаться скорую. Пока доедут, пока бахилы наденут. Полчаса осматривать будут, вопросы задавать. Тут не только ребенка, саму Галину не спасут.
- Где находится ближайшая больница? - Уточнил Виталик.
- У нас одна больница.
- Сами отвезем.
Начало истории
Виталик завернул Галину в покрывало, как в кокон, обулся, подхватил. Тяжелая. Она даже его шею обхватить руками не могла. Юля достала из комода шуршащий пакет с документами и ринулась за ним. Вперед Виталика, распахивая перед ними двери, закрывая, запирая входную дверь на ключ.
Виталик пнул ногой калитку, Юля придержала маму, когда ее босые ноги оказались на земле. Галина плакала, стонала, прижималась к Юле, умоляла дочь не уезжать. Как она одна? Совсем одна. В машине Галина уткнулась лицом в ее колени, а Юля гладила мать по волосам.
- Почему ты не позвонила в скорую? - Спросила Юля.
- Думала обойдется. А нет… так и не надо, - горько всхлипывала мать, - не хочу воспитывать ребенка без отца. Он мне не нужен! Не хочу, чтобы меня что-то связывало с Копытиным. Будь он проклят! Проклят... Я столько лет его ждала! Давно бы уже замуж вышла, ребенка родила. Юль… - жалобно простонала Галина, - ты ведь не станешь выяснять кто твой отец? Не выясняй! Пусть останется, как есть. Копытин никогда тебя не примет…
- Это я, - мрачно проговорила Юля, пересекаясь взглядами с Виталиком, - никогда его не приму! Мой папа — Миша! И точка. Он меня ждет. Больше никогда не поднимай эту тему. Лучше сходи, мама, в церковь и помолись за двух нерожденных малышей.
За трех.
Галину определили в палату. После проделанной процедуры она ощущала себя опустошенной, полностью разбитой. Не понимала, зачем ей дальше жить? Дочь сказала, что уедет. С Копытиным точка. Соседи ее сторонятся, сплетничают за спиной. Ни друзей, ни подруг. От мужчин Галину отвернуло. Как успокоить свою душу? Куда бежать?
В палате темно и тихо. Она истошно рыдала в подушку, давилась, задыхалась от слез. Молилась, чтобы Бог забрал ее душу. У нее не хватит духу наложить на себя руки. Как дальше жить?
Скрипнула соседняя койка. Кто-то подошел бесшумными шагами, на Галину упала чья-то тень. Она оторвала лицо от подушки. Полоска коридорного света осветила женщину, волосы которой светились, а вокруг ее головы обрисовался нимб.
Не иначе, как сам Бог в обличье женщины спустился, чтобы ее покарать.
Галина вжалась в матрас. Она узнала эту женщину. После выкидыша у нее появились осложнения, но уже завтра ее отпустят домой. К детям. У нее их было двое. В отличие от Галины, которую никто не ждет.
Женщина подошла поближе и протянула ей стакан воды. Молча, не произнеся ни слова. Она смотрела на Галину без сожаления, без злости. Абсолютно никаких эмоций. Она только недавно узнала, что они долгие годы делили ее мужа на двоих. Перенервничала, потеряла ребенка. Галина тоже потеряла. Значит, две родные нерожденные души встретятся на небесах.
- Спасибо, - сдавленно произнесла Галина, возвращая стакан. На душе было так гадко, хотелось облегчить свою душу, совесть, которая неожиданно пролепетала голосом Галины, - прости.
- Бог простит, - жена Копытина, пока еще жена, спокойно и чинно заняла свою койку. А Галина встрепенулась. Точно! Бог! Она пойдет в церковь, исповедуется, будет каждый день молиться.
Нет. Галина легла на подушку, принимая верное решение. Она уйдет в монастырь…
… Когда пассажирская дверь распахнулась, Виталик тут же очнулся. На улице начинало светать. Он потер глаза, посмотрел на подавленную Юлю, понял, что чуда не случилось. Ребенка не спасли. Мать «убита» горем. Виталик был готов к тому, что Юля скажет: «Возвращайся. Я останусь». Но она посмотрела на него печальным взглядом и безмятежно улыбнулась:
- Поехали домой.
Вещи были собраны. Юля забрала из дома все, в том числе зимние ботинки и теплый пуховик. Она не вернется. Учебу, конечно же, не бросит. Переведется дистанционно, а на следующий год поступит в институт.
По дороге они заехали в больницу. Юля передала необходимые вещи, гостинцы с запасом на несколько дней. Выполнила обязанности дочери. Дальше, мама, как-нибудь сама! У Юли теперь новая, счастливая жизнь.
Она вернулась, как и обещала. В съемную квартиру Виталика, в его объятия, которые длились всю ночь. Вернулась к отцу. Виталик подвез ее и умчался на работу, оставив небольшую интригу. Он приготовил для Юли сюрприз. Вот теперь жди, думай, мучайся в догадках, что придумал этот разгильдяй.
- А где вещи? - Отец удивился, что дочь приехала из дома налегке. Значит, ненадолго. Максимум на пару дней. Наталья расстроится. У нее сейчас много работы, она не сможет взять выходной.
- Вещи у Виталика, - невозмутимо ответила Юля, зная, что отец не одобряет ее выбор. Он насупил брови и недовольно пробурчал:
- Опять связалась с этим косматым?! Юль, что ты в нем нашла?
- Я его люблю, - ответила Юля, глядя на отца. Интересно, а папа ее любит? Хотя бы немножко, где-то очень глубоко внутри.
Она искала хоть какие-нибудь внешние сходства, общие черты. Они такие разные. На Копытина Юля тоже не похожа, зато с Ритой они как две сестренки, одинакового роста, обе темненькие, зеленоглазые. Их можно перепутать со спины.
- Я хочу поговорить с его родителями, - внезапно заявил отец.
- Зачем?
- Затем, что он мою дочь покалечил! Вон… шрам остался на ноге. А если бы убил? Они считают, что ты недостойна их сыночка. А я считаю, что это он тебя недостоин. У меня одна единственная дочь. И я ее кому попало не отдам.
- Меня? - С улыбкой уточнила Юля.
- Тебя. Кого еще?
Юля подалась навстречу и впервые обняла его за шею. Ей не нужны доказательства, она и так понимает, чувствует, что этот человек — ее отец. Один единственный. Другого у нее не будет. А она — его единственная дочь. У нее — его фамилия. Она — Чугунова, как папа, как тетя Наташа. Значит, они — ее семья.
К возвращению Натальи Юля приготовила ужин. Как в старые добрые времена. Они сидели на кухне, ели, болтали обо всем на свете. Пока Виталик не сообщил, что ждет ее внизу.
Он стоял у машины, держа в руках пушистого щенка.
- Кто это? - С умилением воскликнула Юля.
- Как кто? Зеленоглазка. Шприц. - Он вручил обещанный сюрприз. Теплый, мягкий, приятный на ощупь. Такой хорошенький, что Юля сразу же принялась его целовать.
Виталик был горд собой, но немного волновался, что теперь вся любовь и ласка Юли достанется щенку.
- Юль, как назовешь? - Виталик задумался над кличкой. Нужно придумать что-нибудь оригинальное, чтобы врачи в ветеринарной клинике попадали со смеха. Только что? Так сходу не придумаешь. Он задумчиво взъерошил шевелюру, рассуждая, - и как тебя назвать? Эй, Шприц…
Щенок повернул к нему мордочку. Пауза. Виталик поперхнулся воздухом и расхохотался вместе с Юлей. Заключил ее в свои объятия, хотел отшутиться, но неумышленно посмотрел на окно. Отец Юли, важный и насупившийся, наблюдал за ними, сложив руки на груди. А рядом с ним Наталья, улыбается, шевелит губами, убеждает, что его дочь счастлива с этим кавалером. Не стоит им мешать.
Виталик ревностно поглядывал на то, как Юля тискает щенка. Весь вечер тискает, а его всего лишь раз поцеловала. А Виталик, если что, соскучился, ждет, распластавшись на диване, иногда покашливает, намекая, что пора заняться кое-чем другим.
- Юль, - он придвинул голову к ее коленям, - почеши меня за ушком.
- Что? - Юля прыснула со смеха. Щенок отправился на пол, и Виталик тут же притянул ее к себе.
Звонок телефона прервал их поцелуй.
- И кому там не спится? - Пробубнил Виталик, с неохотой выпуская Юлю из объятий.
- Сейчас узна… - Юля умолкла на полуслове, глядя на экран.
Рита?! Юля нахмурилась, гадая, зачем она звонит? Узнала, что мать Юли потеряла ребенка? Решила позлорадствовать, а заодно напомнить Юле, что она такая же, как мать?
Юля ушла на кухню, подальше от ушей Виталика, и, затаив дыхание, приняла звонок.
- Юль, это правда? - Воскликнула в трубке взбудораженная Рита.
- Что? - Голос Юли был натянутым и мрачным.
- Что сказал Рома! Что ты и я… - Подруга замешкалась, подбирая нужные слова. И добавила, переходя на полушепот, - что мы сестры. По отцу...
- Нет. - Перебила ее Юля, - мой — папа Миша. А твой…
Ничтожество!
- У нас с тобой разные отцы.
- А как же фотография? - Разочаровано спросила Рита. - Ты же говорила, что на фото твой отец.
- Не важно. Я не буду проверять. Ты всегда была моей сестрой. А сейчас… - Юля подумала и выдохнула в трубку, - и сейчас ничего не изменилось. Ты все равно мне как сестра. Рит… я…
Голос Юли дрогнул. Она готова была разреветься от тоски по прошлой дружбе. Рита тихо всхлипнула:
- Прости.
- Нет, это ты меня прости. Я не сказала…
- Нет, ты прости.
Они обе рассмеялись сквозь слезы. Они просили прощения друг у друга, но не могли простить себя.
- Юль, давай проверим! - Воодушевленно предложила Рита, - мы никому не скажем. Просто для себя. В вашем городе наверняка есть клиники.
- Есть. Только это очень дорого. У меня нет денег.
- У меня тоже.
Обе замолчали. В дверном проеме появился Виталик. Он держал в руках щенка. Юля резко обернулась, услышав тихое попискивание, посмотрела на Виталика. Опять подслушивает! А тот лукаво подмигнул:
- У меня есть...