Главный герой «Бруталиста» — архитектор, переживший Холокост. Но почему именно такое название? Думаю, режиссер отсылает к ключевому послевоенному архитектурному направлению в Европе — брутализму.
Знакомимся с его истоками, смотрим на московские примеры и разбираемся, почему советский вариант — не брат, а кузен оригинала.
Брутализм возник после Второй мировой войны в Великобритании. Название происходит от французского ‘béton brut’ — необработанный бетон. Так архитектор Ле Корбюзье описывал способ декорирования своих зданий.
Следующее поколение архитекторов в лице Элисон и Питер Смитсонов дали название новому стилю. Из Британии брутализм экспортировался по всему миру, вплоть до Японии и Аргентины. Но к 1980-м его популярность прошла: бетон быстро изнашивался, а здания психологически давили на людей.
Отличительные черты направления — функциональность и массивность, простота форм и строительства, бетон, отсутствие декора. Грубость и честность — его идеальное описание.
Постсоветских людей не удивить бетонными коробками. Но не все из них — пример брутализма. Да и в случае СССР архитекторы говорят больше в терминах советского модернизма. Социалистическая архитектура со времен Хрущева была основана на схожих с брутализмом принципах + идеологическом сообщении о мощи и превосходстве режима.
Вот примеры, которые можно встретить в Москве:
«Дом авиаторов» на Беговой улице
«Дом на ножках» или «Сороконожка»
ул. Беговая, 34
Его строили в 1978 году, как гостиницу для гостей Олимпиады-80. По техническим причинам от этой идеи отказались, но выдали квартиры работникам авиационного завода «Знамя Труда» — отсюда и название. На 13 этажей здесь 299 квартир! А еще он стоит на ножках. Это идея от Ле Корбюзье: функционально фасад не дотрагивается до земли и защищен от влаги и холодов, а эстетически создается видимость полета над землей.
«Дом-корабль» на Тульской
«Дом атомщиков», «Титаник» или «Дом холостяка»
ул. Большая Тульская, 2
14-этажная громадина протянулась на полкилометра, и в ней почти 1000 квартир. Существует легенда, что главный прораб дома строил атомные реакторы — отсюда и такая форма дома. Сроки были растянутыми (~15 лет), а пока заселяли его центральную часть, достраивали боковые. Дом давит своей массивностью, но из хорошего — стены стоят под углом в 87° и 93° (а не в 90°), поэтому он может пережить землетрясения. Каждый раз, оказываясь на Тульской, мне не по себе из-за него…
Онкоцентр на Каширке
Каширское ш., 23
Бетонная башня, стоящая на горизонтальном здании, была открыта в 1970-е. Крупнейший онклогический центр до сих пор функционирует. Там расположены клиника и институты, занимающиеся медицинскими обследованиями и исследованиями. Выглядит скверно. Но это не важно. Главное — там помогают людям.
«Лежачий небоскреб» на Варшавке
Варшавское ш., 125с1
Самый длинный дом в Москве — почти 736 метра или 3 автобусных остановки. Его построили в 1976 году для института, занимавшегося разработкой электронной техники для космической отрасли. Моя яркая фантазия не могла понять, как архитекторы до такого додумались. Оказывается, жителей района хотели защитить от излучений…