Итак, Девятилетняя война. На дворе - 1695 год. Европа в патовой ситуации. Ни одна сторона не способна победить конкурента за мировое господство. Франция истощена военными расходами, санкциями и мобилизацией населения, остальная Европа разорена не меньше. По Старому Свету бродит оспа, распоясались пираты, разбойники и каперы. От всемирной аномальной жары горят урожаи как в Южной Америке, так и во Франции и даже в Ирландии.
Поняв, что ни торговой войной, ни тем более непосредственно сражениями добиться ничего не выйдет, монархи решили, что будет сподручнее перейти к тайной войне - борьбе разведок и диверсантов. С этим совпало и другое интересное событие - активизация масонства.
К тому времени в Европе успели сформироваться сотни тайных и не очень обществ. Часть из них была завербована правительствами, часть работала ради своих интересов и бредовых идей, другая представляла амбиции отдельных дворян и буржуа, желавших добиться власти любым образом. Поскольку Церковь в тот момент была в упадке, а европейский "высший свет" уже было знаком с различными сумасшедшими теориями, обстановка благоволила расцвету тайных обществ, и поэтому в Европе начинается расцвет "невидимой войны".
Плащ и кинжал, перо и шпага.
Прежде всего, следует понять, а кто непосредственно противоборствовал.
Первый конфликт: борьба сторонников католических группировок и протестантскими. С одной стороны, выступали монашеские ордена: иезуитов, доминиканцев, лазаристов, Св. Людовика* (основан в 1693 году в ходе Девятилетней войны). Их поддерживали Франция и Папский престол. С другой - оранжисты, подполье гугенотов во Франции, духовенство Северной Германии, правительства Англии и Голландии. Особняком стояла борьба якобитов с оранжистами.
*Не путать с Орденом Св. Людовика - наградой, основанной в том же году и выдававшейся за особые заслуги перед Родиной.
В те годы масонство уже стало неотъемлемой частью высшего общества каждой западноевропейской державы. У них был доступ к королевским разговорам и перепискам свиты Людовика Солнце, ключи к постелям могущественнейших аббатов, бухгалтерии влиятельных буржуа, золотым запасам монархов и даже - к покоям самого папского камерленго, человека, ведающего имуществом и финансами посланника Господа на Земле. Масонов уважали и боялись даже еврейские купцы, влияние которых на европейских монархов начало расти более чем за 300 лет до начала войны.
Масоны также были разделены на два лагеря: одни стремились не без выгоды для себя установить мировое господство Католической церкви, другие - к её полному уничтожению. Надо учесть, что многие масонские и лжемасонские общества с вообще ни разу не христианскими идеями (по типу "Новых тамплиеров" или "Великой Арабской палаты") тоже ввязались в борьбу. Кроме того, против французов вела борьбу абсолютно католическая Испания и не менее католическая Савойя. Поэтому Девятилетняя войной взглядов никогда не была. Это была война кошельков.
Второй конфликт: извечная борьба разведок. Хотя первые разведчики появились, скорее всего, ещё у неандертальцев, именно в годы Девятилетней войны мировая шпионская деятельность стала такой массовой и мощной.
Франция и Англия были главными соперниками. Если Англия использовала опыт венецианской разведки, то Версаль ориентировался на разведку иезуитов и Ватикана. Можно пронаблюдать и некоторые особенности этих самых разведок: англичане активнейше прибегали к перлюстрации - вскрытию личных переписок, которой впервые массово стали заниматься венецианцы. Англичане создали агентурную сеть не только в Европе, но по всему миру, даже в Мадрасе, Константинополе, Алжире и Акапулько. В этом они также позаимствовали опыт венецианцев, ведь их торговая империя была раскинута на огромных территориях, а большая часть факторий и портов были изолированы со всех сторон другими государствами. Более того, в Лондоне, Ливерпуле, Дублине и многих иных городах прямо на улицах были установлены хорошо замаскированные "львиные уста" - специальные ящики, куда доносчики могли кидать письма со сведениями против врагов государства. Это тоже придумали в Венеции.
Франция же переняла у иезуитов привычку нанимать на свою службу огромное количество преступников, бедняков и отлучённых от Церкви монахов, обещая им прощение и светлую жизнь. Людовик XIV не стеснялся использовать ради своих целей самых разных индивидуумов, населявших Старый Свет.
Маркиз Гаспар Д'Эспиншаль, французский пират и уголовник, грабивший из года в год атлантическое побережье, едва не убивший в пьяном угаре собственных жену и сына, был приговорён к смертной казни через повешение. Но он получил милость короля, когда в 1676 году, сменив личность, бежал от длани закона в австрийский город Фрайбург и стал практически в одиночку вести разведку в пользу Парижа, основав во Фрайбурге целую агентурную сеть из ненавидевших австрийскую власть горожан и недовольного купечества.
Во время Девятилетней войны этот человек после многих лет кропотливой работы и втирания в доверие к амстердамскому негоцианту Хуго ван Хельтерну получил доступ к парламентским ассамблеям Голландии и Англии, благодаря чему французский король всегда знал, что происходит в стане врага и какие решения в скорости будут претворены в жизнь.
Анжелика Гюдан была одарённой девушкой из средней дворянской семьи, которая избрала путь преступницы. Подобно маркизу д'Эспиншалю, она бежала из Франции, где ей грозил суд за вымогательство. Как и маркиз, за границей Анжелика не сидела без дела. Она гениальным образом выкрала у секретаря французского посольства в Мадриде ценные бумаги и передала их заклятому врагу Франции – Испании. Позже она раскаялась в содеянном и вернулась на Родину, умоляя использовать её талант на благо страны. На удивление Версаль не отказал просьбе Анжелики и начал использовать ее в своих целях.
Ставь любовницей государственного секретаря Хосе Родригеса де Вильямонды, она передавала французам бесценную информацию о состоянии финансов мадридского двора и о том, когда и в каком месте "золотые караваны" должны прибыть в Испанию. Правда, кое-что привирала для придавания значимости своих письмам. Она вызнала огромное количество сведений о положении в колониях. Именно благодаря ей в 1697 году была успешна совершена экспедиция в Картахену, ведь Анжелика сообщила о состоянии укреплений города и географических особенностях местности, где он располагался.
Ангерран де Пьернуэль, бывший с 1678 года в тайном обществе "Новых Тамплиеров", был уличён за некрофилией, поскольку считал, что на одном из старых кладбищ в городке Мо зарыты тела Тамплиерского ордена, и ночью раскопал множество могил, старательно расцеловав валявшиеся там останки. Он считался законченным алкоголиком, сектантом и сумасшедшим, но также был достаточно влиятельным предпринимателем и писателем, который имел доступ практически ко всем уровням в Штрахаусской библиотеке в Вене, которая принадлежала самому Священному Римскому Императору. Используя свой собственный язык, состоявший из шифра Нострадамуса, а также видоизменённых итальянских, гасконских, польских и даже русских слов, он общался с посвященными в его язык французскими агентами в Вене. В 1696 году через епископа Штальтера Брюно он выкрал из тайного отдела библиотеки более 300 изданий, в которых хранилась важная архивированная информация о военной промышленности Австрии и местоположении золотого запаса Империи, благодаря чему французская разведка получила возможность частично найти этот запас (он был расположен на западе Праги) и вывезти его в Париж.
Деятельность заговорщиков, тем временем, приобретала все более и более серьёзное значение. В тайном обществе либерального толка "Кит-Кэт", в котором состояла виднейшая часть общества, включая двоюродного брата Вильгельма Оранского, основателя Лондонского королевского общества Э́лиаса Э́шмола, герцога Манчестера и герцога Кливлендского Чарльза, возникла новая масонская ложа - "Великая Арабская Палата". Члены "Палаты" совершали "братание кровью" и подписывали "Справедливый Манускрипт", гласивший, что масон, чья личность будет раскрыта, обязан покончить жизнь самоубийством.
Масоны-протестанты из "Великой Арабской палаты" поставили своей целью страшное дело: совершить убийство Папы Римского Иннокентия XII и его важнейших советников и министериев, когда он будет присутствовать в Неаполе. Для своей цели они хотели использовать пороховую мину, которая должна была взорваться во время проезда эскорта Папы по мосту. Датой было поставлено 3 октября 1695 года. План почти сработал, но помешало одно маленькое "но": неожиданно пошёл дождь, и фитиль потух. Следующей датой поставили 6 октября.
Но активизация иезуитской разведки и местной полиции привели к тому, что группа диверсантов запаниковала и взорвала мину слишком рано. В итоге Папа остался жив, а диверсантов схватили и заставили их рассказать о своих заказчиках. Масонам пришлось сменить большую часть агентов, действовавших в Италии.
После сильной неудачи 6 октября 1695 года антипапские масонские группировки не оставили меч в стороне. Они прибегли к помощи английской государственой разведки. Деятельностью клуба заинтересовался сам Вильгельм Оранский. В том же году, в декабре посланцы "Палаты" убили агента Ватикана - французского виконта Игнация Лаваля, который занимался разведкой голландских верфей в Роттердаме, а затем с целью устрашения выследили и застрелили из духового ружья папского генерального викария Джильермо Мачино в Тоскане. В 1696 году масонами было совершено ещё несколько сотен убийств и покушений. Был отравлен кюре (городской священник) шотландского городка Киллекранки Малькольм Тиррей, который занимался шпионской деятельностью в пользу Священной Римской Империи и папства. Благодаря этому был сорван план нового вторжения якобитов в Туманный Альбион через Шотландию.
Активными финансистами организации стали "Новые Тамплиеры", герцог Ричмонд и Элиас Эшмол. Он занимался изготовлением ядов для "Палаты", поскольку был отменным алхимиком. Но всё-таки основная цель масонов - ликвидация Иннокентия XII - оказалась непосильной, и от неё пришлось отказаться.
К 1697 году в антипапских масонских организациях, по разным оценкам, уже состояло от 2 000 до 5 000 лиц, многие из которых имели большое влияние при монарших дворах и были сами по себе весьма богаты. Это вынудило Папство всерьёз задуматься над проблемой масонства. С начала XVIII века против этого движения посыпались ватиканские указы, а в 1738 году буллой "In Eminente", составленной Папой Климентом XIII, оно было и вовсе запрещено. Каждый католик, ставший масоном, объявлялся преданным анафеме. Запрет, самое любопытное, действует и поныне.
Неприятный эпилог.
Наконец, стало ясно, что война даже с помощью терактов и интриг не даст никакого толка. Часть стран по типу Португалии, Швеции, Савойи и Дании уже давно покинули ряды "Великого альянса". Наконец, бесполезность дальнейшего кровопролития поняли и основные игроки. 30 октября 1697 года между Францией, Империей, Англией и Голландией был подписан Рейсвикский договор, установивший шаткий мир, нарушенный уже через 4 года Войной за Испанское наследство.
Девятилетняя война не привела к какому-нибудь серьёзному итогу. Фрация получила во владение только область Эльзас с городом Страсбургом, но оставила Сент-Китс и Коморы и все завоевания в Каталонии, Италии и Фландрии. Англичане и испанцы также передали всё, что их каперы и полководцы отобрали у Людовика Солнца.
Погибло более 810 000 человек, ещё около 1 500 000 получило ранения. Многие стали жертвами грабежей, чумы и оспы. Наиболее пострадавшими стали Фландрия, Каталония и североамериканские колонии. Были разрушено 18 немецких городов, африканские фактории и колониальные порты. В некоторых фландрских городах и деревнях останется не более 1/5 довоенного населения.
Но именно Девятилетняя породила череду жестоких конфликтов, которые будут сотрясать Европу весь XVIII век - Войны за наследства. В результате кровопролития сформировались военные машины, позволявшие нещадно эксплуатировать всё совершеннолетнее население и все ресурсы ради достижения целей, поставленных алчными правителями, которым было абсолютно всё равно на то, сколько их подданных будет убито или умрёт от голода. Война также приведёт к скачку военных технологий: на флоте появилось морское колесо для управления кораблём, в сухопутных войсках распространились фузеи. Толчок в развитии получила фурьерская система - система снабжения фронта съестными припасами и снаряжением, называемая "магазинной". Особенных достижений на этом поприще добились французы, которые благодаря отлично налаженной программе поставок на фронт могли вести боевые действия с конца февраля до середины осени без нужды уходить надолго на зимние квартиры, то есть воюя в среднем на полтора-два месяца дольше неприятеля. Всё большее значение приобретали драгунские полки, военная разведка и инженерные войска. При армиях и корпусах массово возникли свои генеральные штабы местного значения.
Именно Девятилетняя стала "Нулевой Мировой", после которой европейский мир провоюет целое столетие ради грязных интересов помазанников Божьих и далёких наследств и придёт к Великой Французской революции. Мир XVII века отжил своё, наступала эпоха Просвещения.