Слухи о возвращении в Россию западных брендов не обошли и международные платежные системы.
Однако в обсуждении возможного возврата в Россию Visa и Masterсard (о чем, кстати, сами системы даже не заикались) упускают из виду ряд очень важных моментов. Во-первых, Visa и Masterсard — это всего лишь платежные системы, аналоги нашей системы «Мир», и их возврат в Россию без снятия санкций с российских банков не приведет магическим образом к обретению вновь возможности платить за товары и услуги за рубежом картами Visa и Masterсard наших банков. В этом на собственном опыте убедились владельцы карт UnionPay, когда осенью 2024 года российские банки, выпустившие их карты, подпали под очередные американские санкции: карты за пределами России и Китая (родной для UnionPay страны) перестали работать.
Проще говоря, возврат Visa и Masterсard в Россию без снятия санкций с российских банков приведет лишь к тому, что отечественные банки смогут снова выпускать рублевые карты этих систем, которые будут работать только в России. Возможно, за счет дополнительной конкуренции по картам «Мир» немного улучшатся условия кешбэка, программ лояльности и немного снизятся комиссии. Однако вряд ли изменения окажутся существенными. Так что для возврата и отвоевания значимой доли рынка Visa и Masterсard придется откровенно демпинговать, а значит, терять прибыль.
Во-вторых, россияне, которые часто ездят за границу или пользуются иностранными онлайн-сервисами, уже приспособились жить без Visa и Mastercard и нашли обходные решения. Кому-то хватило UnionPay российского банка для поездок в нейтральные или дружественные страны. Кто-то озаботился приобретением карт тех же Visa и Masterсard, выпущенных банками из Казахстана, Армении, Узбекистана, Туркменистана или Киргизии. А кто-то и вовсе приспособился переводить деньги через криптовалюту или пользоваться услугами частных менял.
В-третьих, сами карточные платежи постепенно теряют популярность. Их место начинают занимать платежные системы, для которых выпуск карт не требуется: достаточно только банковского счета. В России это платежи по QR-коду через государственную Систему быстрых платежей (СБП) или напрямую от банков. Для сравнения: по данным Банка России, объем операций по оплате товаров (работ, услуг) с использованием расчетных и кредитных карт российских банков, совершенных за девять месяцев 2024 года (сведений за полный год еще нет), вырос по сравнению с аналогичным периодом 2022-го всего на 22,4% и составил 44,7 трлн рублей. В то же время объем оплаты товаров и услуг через СБП увеличился с 2022 по 2024 год более чем в девять раз и достиг 6,5 трлн рублей, из которых 4,5 трлн пришлось на девять месяцев 2024 года. Объем переводов через СБП в прошлом году превысил 60 трлн рублей. К сожалению, отдельной статистики по переводам с карты на карту нет, но бóльшая часть хоть сколько-нибудь финансово грамотного населения России уже не помнит, когда вместо перевода через СБП по номеру телефона (или с помощью аналогичного сервиса от Сбера) пользовалась переводом с карты на карту.
В заключение напомним, что вся эта шумиха началась с ответа главы комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолия Аксакова на вопрос о возможности возврата в Россию систем Visa и Mastercard. За день до переговоров в Эр-Рияде он предположил, что мировые платежные системы «в ближайшее время вернутся и станут предлагать свои услуги, потому что они потеряли большой рынок и будут стремиться войти в этот рынок». Аксаков добавил, что им будет сложно это сделать, так как «мы привыкли к новым системам». Но спустя несколько дней, уже после переговоров, председатель Банка России Эльвира Набиуллина заявила, что Visa и Mastercard не обращались в Банк России по вопросу возвращения на российский рынок, да и вообще о переговорах о снятии финансовых санкций с России ей ничего не известно.