- Да ребята, жалко мне нашего Степана, - Савелий никак не мог поверить, что его лучший друг женился на Ольге, - Пропадёт парень.
- С чего такие выводы?
- Да Ольга ещё в школе всех по струнке ходить заставляла. Съест он Стëпку, однозначно.
- Погоди, сейчас, вкус любви почувствует, мягче станет, - Никита смотрел под ноги, дабы не наступить куда в кромешной темноте.
Трое друзей, после застолья возвращались домой. Уже глубокая ночь окутала окраину небольшого городка. Узкие улочки были пусты, освещённые лишь редким светом фонарей.
- Давай срежем через кладбище? - предложил Савелий, - Всегда, как бываю в этой части города, хожу через кладбище. Так в разы короче.
- Ночью? Ты смелости хряпнул с последней рюмкой? - Богдан оторопел, услышав предложение Савелия.
- Эхе! Богдаша, я вижу ты тот ещё трус!
- Да не трус я, просто там пыльно. Брюки стирать потом.
- Да понял я, понял, - Савелий иронично засмеялся, - Боишься, что черти унесут.
- А пошли! Докажу тебе, что не трус я.
Друзья шли молча, уставшие и напряжëнные. Каждый по-своему размышлял о событиях вечера, о счастливых лицах родных и друзей. Мистика витала в воздухе, просачиваясь сквозь старые каменные плиты и прячась в густой листве вековых деревьев. Каждый шорох ребятам казался предвестником чего-то зловещего, а каждый порыв ветерка - прикосновением потустороннего мира.
- Может вернемся? - не выдержал Богдан, - Я не трус, но жить ещё хочу?
- Ха-ха, - Савелий, чуть не упал от смеха, - Смотри, вон стоит кто-то!
- Придурок! - поняв, что это шутка, парень немного успокоился.
- Идем! Осталась половина пути.
Богдан, пытаясь сохранить видимость храбрости, крепче сжимал в руке телефон со светящимися фонариком, луч которого дрожал, выхватывая из темноты то покосившиеся кресты, то старые надгробия.
- Вон, Никита, идет молчит, словно по Арбату гуляет, - очередная шутка разбавила тяжёлую тишину.
- Да...я...это...не боюсь там, разных, мертвяков.
- Вижу, вижу!
Савелий, как он себя считал, был самым смелым. Парень старался подбадривать товарищей, рассказывая небылицы, но даже его голос звучал неестественно громко и напряженно.
- Как? Где свет?
Фонарик Богдана погас. Воцарилась полная, зловещая тишина, нарушаемая учащенным дыханием троих друзей.
- Тише! Молчим! - Савелий резко остановился, - Слышите?
Тихий, протяжный стон, доносящийся будто из-под земли заставил ребят трястись от страха.
- Бежим! - Савелий, как самый смелый бежал впереди.
Бежали ребята не разбирая дороги, спотыкаясь о корни высоких деревьев и выпирающие из земли старые могильные плиты.
Страх парализовал разум, заставляя молодых парней как можно дальше унестись от источника, леденящего кровь, звука.
- Помогите.., - Савелий, задыхаясь молил о помощи.
- Тише... ты... остальных разбудишь, - Никита, позади друзей, едва перебирал ногами.
Споткнувшись, Никита рухнул на землю.
- Ребята, не оставляйте меня тут. Савелий с Богданом, не сразу осознав произошедшее, остановились.
- Ты где есть?
- Тут я, - парень корчился от боли, обхватив больное колено, - Я ногу ушиб.
- Ты кричи! - Савелий, вглядываясь во тьму не мог обнаружить товарища, - На голос мы вернемся.
- Оно... тут..., - во всë горло проорал Никита да так, что Савелий от испуга плюхнулся на пятую точку.
- Кто?
- Не знаю. Оно... стонет...около меня.
"Разбудил всë же" - Савелий вспомнил наказ Никиты громко не кричать.
С большим трудом Савелий с Богданом нашли отставшего друга.
- Ты цел?
- Оно тут...
В кромешной темноте ребята не видели ничего, кроме очертаний друг друга.
- Оставьте меня. Бегите. Приму смерть достойно, - Никита застонав, попытался подняться.
- Нет друг, мы с тобой.
Все трое улеглись на сырую землю, плотно прижавшись друг к другу.
- Давай хоть посмотрим на это существо, - Никита, достав зажигалку хотел лично взглянуть смерти в глаза.
- Давай.
Никита, мысленно попрощавшись с родными, чиркнул барабан зажигалки. Слабый огонек высветил перед ребятами небольшую яму, а в ней… маленького котенка, жалобно пищащего.
- Тьфу на вас! - Савелий лихо встал на ноги.
Трое друзей, переводя дух, смотрели на испуганного зверька. Стон, от которого они едва не лишились рассудка, оказался всего лишь несчастным котенком, упавшим в яму.
- Хотели самого смелого напугать?
Конец...