У одного верующего человека был неверующий сын. Отец переживал сильно, но никак не мог привить юноше религиозность. Чувствуя приближение смерти, он позвал сына:
— Исполни одну мою просьбу.
— Какую, папа?
— Когда я умру, ты сорок дней приходи в эту комнату минут на пятнадцать.
— А что мне при этом делать?
— Ничего не нужно делать. Просто сиди. Но каждый день не менее пятнадцати минут.
Сын похоронил отца и в точности исполнил просьбу: являлся каждый день в комнату и просто сидел. Так минуло сорок дней, после которых юноша сам пришёл в церковь и стал глубоко верующим.
Лишь много лет спустя он осознал, сколь мудрым было отцово завещание. Отец понял, что у молодых слишком быстрый ритм жизни, сплошная суета и некогда над вечным подумать: о смысле жизни, о своей душе, о бессмертии, о Боге. Но стоит лишь остановиться, побыть в тишине — и Господь постучится в сердце.
Христианская притча
Меня очень глубоко тронула эта притча. Сначала не понял почему, а потом задумался. Речь идёт о молодом парне, неверующем. И его неверие складывается не потому, что ему никто не рассказывал о Боге, а из-за постоянной суеты. Хотя наверняка, что греха таить, он не младенец и слышал о Боге, но сердце его было закрыто. Или забито музыкой, друзьями, девушкой, наконец, дело-то молодое. Я всё это начал проецировать на себя. Ведь тоже был таким же, не было времени, казалось, думать об этом, а может, человека, кто бы об этом рассказал. Хотя, анализируя всю мою жизнь, к этому я интерес всё-таки имел. Имел — это громко сказано, скорее был в поиске ответа на многие вопросы.
Впервые я столкнулся с человеком верующим, это моя бабушка-католичка, но мне было лет 5, и о чем здесь можно вести речь, но тогда уже были, наверное, первые ростки. Потому что, глядя на католические иконы, они как картинки красивые, думал, что это и есть Бог, если там не была изображена женщина. Хоть на иконе был какой-нибудь святой. Не разбирался я, но почему-то не старался туда смотреть, потому что боялся. Чего боялся, не знаю, но потряхивало.
Потом в детстве на Пасху бегали в только что построившуюся церковь у нас в БРАТСКЕ, за 24-м микрорайоном, в лесу. Я даже зашел посмотреть. Мне друг сказал, что там вино бесплатно дают пить. И правда, заглянул, что-то дают и очередь, ну я и встал, благо опыт был стояния в очередях, меня это не смущало, как всех людей, родившихся и выросших в СССР. Когда очередь дошла до меня и я подошел к чаше с Телом Христовым, то есть к Причастию, батюшка понял, что я вообще очередью ошибся, и вежливо меня убрал из общей массы. И я вернулся к друзьям, чтоб рассказать, что вино есть, но его мало, чтобы всем напиться.
В 89-м году знакомый парень пришел из армии и сразу пошел к баптистам. Рассказал мне, но, наверное, мне не понравилось, что он негативно высказался о той церкви с вином, и его предложение изучать Библию отклонил, мне предстояло экзамены после 8-го класса сдавать, и голову еще одним изучением забивать — так себе занятие.
И, наконец, отдыхая на яхте парусной под всесторонним названием «Муха» в качестве организатора и гида одной группой продавцов с центрального рынка на День торговли. Мне было поведано еще одно направление религии, как кришнаизм.
О нем поведала мне руководитель этой веселой компании, прекрасная Елена, как я ее называл. Чуть старше меня, но на внешности это никак не выражалось, а только уточнением в паспорте. И вот мы под парусами, припекаемые ярким и жарким сибирским солнцем, мчим навстречу утренней заре. По чему? Правильно, по Ангаре.
Ее рассказ был красочный и занимательный, и я попросил литературу почитать об этом и подумать.
В итоге дружим мы с ней и по сей день, но ни она, ни я кришнаитами не стали. Она по своим причинам. А я со своим животом под их танец живота ну никак не вписывался. Но, дочитав книгу эту до конца, с последней страницей закрыл вопрос и с религией.
Так вот, когда ты молодой, ты в поисках хорошей жизни, девушки и просто у кого-то средств к существованию. Еще мы можем списать на это. А когда ты старше, этих забот же становится больше. И раньше, грубо говоря, ты думал за одного себя, ну и родителей. Хотя они, наоборот, давали полную свободу. То со временем появляется семья, дети, и ты уже находишься в режиме многозадачности, и уже, казалось бы, о чем-то постороннем думать некогда, какая-то суета сует.
И вот уже, будучи сам воцерковленный, ты ловишь себя на мысли, что ты тоже далеко не ушел от тех людей, которые вокруг куда-то бегут, возможно, на работу. Выбегая с работы, бегут в магазин, а в воскресенье на рынок. Выходя с рынка, спешат к кастрюлям и к гаражам. И когда тут думать о вечном. А я хоть и хожу в церковь, многое знаю, но это напоминает не молитву, а скорее обряд какой-то, потому что на протяжении долгого времени ты выполняешь одни и те же движения, с периодической, иногда разной нагрузкой. А в духовной жизни так нельзя, это равно падению, да такому, что можно не оправиться. Конечно, если серьезно быть настроенным, но как тогда несерьезно? И в суете всех забот и стрессов ты не то чтобы призвать имя Божие, сесть отдохнуть и снова в «бой», мы, наоборот, начинаем забывать о Нём. А ведь дьявол никогда не забывает и успевает влиять на твой мысленный поток и отвлекает тебя всячески от того, чтобы подумать или обратиться к Богу.
И вдруг для себя я нахожу в этом огромном потоке мысли одну ту, которой, возможно, мне не хватает.
Это сесть в спокойную тихую обстановку. Для многих родной дом не тихая обстановка, а поле битвы. Куда ты приходишь как на манеж. Особенно если это женщина и у нее дети и муж, что после работы, попивая пиво, устраняется от всего, что происходит, или, наоборот, принимает чрезмерное участие. И тут либо ты, либо они.
И вот стоит вопрос: где же ее найти? Эту потаенную дверь. И она, оказывается, есть. Нет, не в каморке Папы Карло, как вы подумали.
Так вот к чему эта притча. Она оказалась полезна не только некрещеным, как молодой человек, даже таким, как я, уже немолодым, имея какой-то духовный опыт. Только у него это оказалась комната отца.
А мои ноги устремились в ближайший у нас в Саратове храм в то время, когда нет служб. Это примерно с 12 до 16 часов. И, заходя в храм, перекрестившись, не заходя в лавку за свечками, не отвлекаясь, проходишь к лавочке, которые есть в каждом храме, и садишься, и сидишь свои 15-20 минут. Тишина и дух храма способствует спокойному мышлению. Если ты был раздражен и никого и ничего не замечал вокруг. То по истечению нескольких минут ты начинаешь видеть иконы. Слегка слышать шуршание метёлки или движение швабры в руках женщин, что работают при храме. Постепенно всё в тебе успокаивается. И душа сама, слыша и ощущая тональность, как камертон, настраивается на молитву. И ты уже не замечаешь, как встаешь и подходишь к иконе, прикасаясь к краю ее губами, произносишь:
— Слава Тебе, Боже наш! Слава Тебе!
И выходя из храма, почему-то улыбаешься. И до этого пасмурный холодный день выглядит совсем иначе. Можно и делом заняться.
— Слава, Боже, Тебе за всё!
Мой телеграм - канал. Жми 👆