Защитникам отечества младшего предпенсионного возраста о противоречиях и противостояниях.

Противоречия постиндустриального империализма в том числе противоречие между концентрацией растущего капитала и ростом потребления чиновным гос. аппаратом при определенных условиях могут привести к деградации образования, науки и высокотехнологичного производства и, следовательно, к деградации общества, которое все больше отстраняется (выпадает) из процесса производства в примитивную торговлю. Следствием этого могут быть масштабные локальные войны как страшная в своей фрейдистской безотчетности попытка, снять социальную напряженность и/или стимулировать экономику мифическим расширением рынков, развитием производства оружия и т.п.

Из перечисленных угроз наиболее страшной конечно является война. Любая война, поскольку от локальной до глобальной войны с применением ОМП всего один шаг. Точнее всего лишь одно неловкое движение дрожащих рук, или мозговых извилин, уставших от напряжения боевого дежурства. Особенно страшно включение в этот процесс кибернетических систем, ныне именуемых новомодным словом искусственный интеллект. Последний лишен идеологических сдерживающих механизмов и тупо выполнит любую команду датчиков состояний контролируемой среды. Примечательно то, что локальные войны начинаются (развиваются, эскалируются) как раз под прикрытием именно идеологическим: защита свободы, демократии, образа жизни, истиной веры и т.п. вплоть до спасения человечества от выдуманных угроз. Пример последнему - Ирак. Всё это прекрасно понимали в 70-е годы прошлого века представители левых общественных движений (партий) когда начали процесс глобальной «разрядки» напряженности в международных отношениях. Отменив идеологию, точнее заменив её исключительно чьей-то экономической целесообразностью, можно автоматически втянуться в перманентный военный процесс.

Локальные войны олигархического государственного капитализма порождаются в больном воображении политикана-предпринимателя предвкушением, в том числе, послевоенного строительного бума, в котором подряды получают олигархические структуры так или иначе контролирующие платежами работу гос. машины. Недаром америкосы с радостью ухватились за израильское предложение застроить Сектор Газа. Интересно, какие конторы будут застраивать Голанские высоты, теперь полностью аннексированные у Сирии.

Еще одним инструментом спонтанной военной эскалации невольно является применение дистанционно управляемых средств поражения, нивелирующих психологическое (идеологическое) воздействие процесса убийства на оператора этих средств. Одно дело встретится с противником в штыки, или в ближнем бою, когда вокруг валяются развороченные трупы, и совсем другое дело наблюдать этот процесс на экране монитора. Почти, знакомая с детства видеоигра с десятью жизнями. Даже пошутить с коллегами можно, если совесть деградировала вместе с образованием.

Опасно и то, что такие средства могут порождать автоматическую кооперацию структур, управляющих противоборствующими сторонами в части молчаливого договорняка о неприкосновенности каналов управления боевыми системами. Тем более, когда компоненты оружия покупаются на одном и том же базаре. Это сродни военным эпизодам прошлого, когда бывало радисты договаривались с противником о попеременной работе в эфире чтобы, не мешать друг другу: вы там убивайте, а наше дело сторона – телеграфным ключом стучать. Апофеозом договорняка конечно является сатира Д. Хеллера «Уловка-22»: контракт с противником на бомбежку собственной ВПП. Правда реализовать эти договорняки возможно, пожалуй, только в столкновении буржуинских воинств. Были такие на Кипре, Фолклендах, в Ираке а сейчас и в палестинах.

Ну и какой вывод? Отменить дистанционное управление оружием и подставлять голову под пулю на радость супостату? Отнюдь. Но дело именно в голове, ибо «важнейшая часть всякого оружия — это голова его владельца», - сказано на века в замечательном советском фильме «Два бойца». Причем это даже не голова, а глава, отдающая распоряжения, которая в целях недопущения эскалации должна помнить суждение одного древнего китайского генерала, что «настоящий полководец выигрывает сражение, не начиная его». Т.е. сила оружия не самая главная сила военного противостояния. Две с половиной тысячи лет этой фразе. Можно было бы и выучить, ибо есть риск заиграться, а военный риск в отличии от экономического оценивается не в деньгах, а в трупах и слезах матерей.