Санкт-петербургские «Кресты» - одна из старейших тюрем России. Она помнит разных заключенных – в ней сидели и недовольные царским режимом, и те, кто потом не нашел общего языка с большевиками. А еще она стала свидетельницей одной из самых отчаянных попыток побега.
Летом 1991-го года в тюрьме оказался рецидивист по имени Юрий Перепелкин. Ну, рецидивист и рецидивист, мало ли их что ли в «Крестах» побывало. Перепелкина от остальных заключенных отличало лишь то, что он родился в Ленинграде. Во всем остальном – неприметная серая мышь. Скажем так, «Кресты» видели и более опасных преступников. Ну чем он был примечателен? Когда-то был осужден за кражи, пытался бежать из колонии-поселения, вот только был пойман. Необычная биография для простых граждан, но сидельцев таким не удивить.
Впрочем, в этот раз Перепелкин заехал в «Кресты» вовсе не из-за кражи двух батонов сервелата. Он обвинялся в предумышленном убийстве, и поскольку в России тогда моратория на смертную казнь еще не было, его ждал расстрел. Так себе перспектива и Перепелкин понимал это лучше, чем кто бы то ни было.
Будучи деятельной натурой, он решил бежать. Администрация к числу особо опасных преступников, нужно сказать, его не относила, поэтому содержался он в общей камере с несколькими другими арестантами, которых насчитывалось около 24-х человек. Перепелкин начал внимательно следить за режимом работы охранников и подмечать про себя детали их работы.
Он прекрасно понимал, что одному осуществить такой план ему вряд ли удастся. Нужны единомышленники, по возможности такие, которых жизненные обстоятельства тоже настраивают не на радужные мысли. Внимательно присмотревшись к своим сокамерникам, Перепелкин нашел тех, кто мог бы, по его мнению, оказаться полезным.
Владиславу Зеленову было всего 20 лет, но он уже готовился к путешествию в лучший из миров, поскольку в этом мире поводов жить у него не было – уже отбывая срок, он умудрился отправить на тот свет некоего криминального авторитета.
После этого поступка встречаться ему с другими заключенными было строго противопоказано – те могли и поквитаться с ним. Да и вообще – несмотря на свой возраст, Зеленов успел отметиться несколькими тяжкими преступлениями, за которые ему светил расстрел. Терять ему было нечего, а, значит, Перепелкин мог рассчитывать на его поддержку.
В ноябре 1991-го года в камеру к Перепелкину и Зеленову заехал Юрий Шапранов. Он был моложе Перепелкина – ему было всего 25 лет – но из-за своих харизмы и отменных физических данных, он сразу стал уважаемым человеком.
Долго сидеть в «Крестах» он тоже не собирался и начал готовить свой побег, склоняя к нему Зеленова. Конспирация у парней была так себе – их разговор на запретную тему услышал Перепелкин и предложил свой вариант косплея графа Монте-Кристо. Так потенциальных беглецов стало трое. А позже к ним присоединились еще несколько обитателей камеры.
Впоследствии, с легкой руки журналистов, план побега был назван едва ли не идеальным – якобы, он предусматривал всевозможные проблемы и на каждую неожиданность имелся план «Б». В действительности все обстояло немного не так. «Гениальный» план заключался в том, что Перепелкин собирался похитить ключ от ворот у конвоира, а план «Б» - взять заложников и требовать классический набор беглецов – самолет, оружие, машину до аэропорта.
В этот момент Шапранов задумался о том, насколько план действительно хорош – «участие» в побеге заложников автоматически добавляло к его сроку еще лет 15 как минимум. Однако его смогли заверить в том, что до этой крайней меры дело не дойдет.
К побегу подготовились обстоятельно. Из простыней сделали подобие лестницы, а из хлебного мякиша – муляж гранаты. Также у беглецов было несколько заточек. Однажды, во время проверки, все это добро едва не нашли проверяющие, но в последний момент заключенные успели накрыть вещи ворохом одежды. Хорошая проверка была, ничего не сказать.
23 февраля 1992-го года заключенных вывели на прогулку. И у беглецов сразу начались проблемы – контролер, у которого собирались отнять ключ, просто не явился на прогулку. Беглецы переглянулись и атаковали ближайшего к ним конвоира, после чего отобрали у него ключи. Но оказалось, что эти ключи открывают далеко не все замки. И если к внешнему замку он подошел, то к внутреннему – нет. Нужного ключа не оказалось потому, что дежуривший охранник накануне, случайно унес его домой.
А беглецов, тем временем, уже успел заметить один из охранников и предупредить об этом остальных. Пришлось прибегать к плану «Б», тому самому, который так сильно смущал некоторых из участников побега. Но деваться было некуда и было решено действовать.
Беглецы взяли в заложники двух сотрудников «Крестов» - Александра Яремского и Валентину Авакумову. В тот момент к тюремному корпусу уже бежали спецназовцы, а преступники заявили о своих требованиях – машина, оружие и самолет. На выполнение дали меньше 3-х часов.
Администрация «Крестов» начала вести переговоры, но преступников было не переубедить. Все их аргументы сводились к тому, что им уже нечего терять. А попытки как-то надломить их во время переговоров морально, успеха не имели – те нашли в одном из кабинетов бутылку коньяка. О каком надломе вообще может идти речь! Как в тюрьме оказался коньяк? Дело в том, что один из заложников, Валентина Авакумова, в тот день решила отметить со своими коллегами свой день рождения.
В тюрьму привезли даже близких арестантов, чтобы те попытались уговорить их сдаться властям. Но преступники снова отказались. Время шло, а никаких подвижек в освобождении заложников не было. Из Москвы в Петербург летели приказы о скором начале штурма.
Но подготовка к нему была делом тоже сложным. Так, когда во двор тюрьмы заехал грузовик с не заглушенным мотором, другие арестанты, видимо, желая поддержать беглецов, моментально им об этом сообщили. Такая вот взаимовыручка, однако.
И тогда, около 2-х часов дня, начался штурм. Он прошел не совсем по плану и был не совсем молниеносным. Например, попасть в то помещение, где находились преступники, удалось спустя целых 10 минут после начала штурма.
Из участников побега трое (включая Зеленова и Шапранова) были ликвидированы, а Перепелкин попал в руки силовиков. Из двоих заложников спасти удалось лишь одного – Яремский скончался от нанесенных ему ранений.
Разумеется, потом был суд. Все участники побега получили сроки от 6 до 15 лет, а Перепелкин был приговорен к пожизненному сроку. Как впоследствии вспоминали сотрудники правоохранительных органов, его затея была изначально обречена на провал – даже если бы беглецам удалось получить вожделенный самолет и перелететь в другую страну, то там их бы с распростертыми объятиями никто не ждал.
С вероятностью в 99% их вернули бы обратно, домой, где их ждало более суровое наказание. Да и с устройством тюрьмы заключенные, такое ощущение, были знакомы по фильмам – они не отдавали себе отчета в том, насколько сложным является побег.
Больше контента в нашем телеграмм-канале: https://t.me/+Vkgomsh3PCZjZDgy