По многочисленным просьбам читателей иногда по выходным буду выкладывать свои курсантские байки. Всего двадцать глав, так что сильно свой киноблог я не замусорю, не пугайтесь. Всех причастных - с Днём защитника Отечества! Всего самого наилучшего и мирного неба над головой!
В далёком 1992 году поступил я в военное училище. Предлагаю вашему вниманию подборку своих воспоминаний о том, "как это было". Какого-то сюжета в моём сборнике рассказов нет, но, думаю, читателям будет небезынтересно заглянуть одним глазком в начало 90-х и увидеть, чем жили курсанты того времени.
Глава 1. Доктор.
На самом деле его звали Димой. Но все называли его не иначе, как «Доктор». Этому было объяснение. Но обо всём по порядку.
Ещё на абитуре я развлекался тем, что рисовал портреты товарищей по палатке. На самом деле получалась жуткая халтура, но за неимением лучшего товарищи были в восторге. Слухи о «чудо-художнике» быстро дошли до майора Иванова, командира 1-й роты. Поэтому он вызвал меня и спросил: «А ты можешь корову нарисовать, чтобы я посмотрел и узнал – «да, это корова!» «Ну а чё», - пожал я плечами, - «могу, конечно». Так был решён вопрос насчёт того, в чью роту я попаду.
«Ну-ка, художник, а почерк у тебя какой?» - уже в роте поинтересовался майор. Я продемонстрировал свой каллиграфический почерк, на который перешёл забавы ради ещё в классе 9-м. «Хорошо», - одобрил Иванов, - «будешь ротным писарем!»
Вот и вышло, что пока вся рота безумным стадом отрабатывала «подъём-отбой», я сидел в уютной канцелярии и писал различные списки. Работы было выше крыши, но я был не в обиде. Отвлекался я только на завтраки, обеды и ужины.
И вот как-то после обеда построил Иванов роту и спрашивает: «А кто из вас, ребятки, может отличить аспирин от димедрола?» Все озадаченно затихли, и лишь один Доктор, который тогда ещё не был Доктором, громко и отчётливо, как полагается военнослужащему, выкрикнул: «Ййййя!!!» «Молодец», - похвалил командир роты, - «теперь ты будешь санинструктором. Санинструктор ежедневно записывает больных в «книгу больных» и строем ведёт их в санчасть!» «Йййесть!» - так же громко и отчётливо с готовностью выпалил Доктор.
В тот же день работаю я, значит, в канцелярии, за соседним столом сидит командир роты. И тут дверь распахивается и на пороге возникает молодцеватый Доктор: «Рррразрешите!!!» «Да, что хотел?» - поинтересовался Иванов. «Я вот тут подумал…» - несколько стушевался новоиспечённый санинструктор. – «Мне ведь каждый день нужно будет строить больных… они ведь должны меня слушаться…» И тут он решительно выпалил: «Товарищ майор, ррразрешите мне присвоить звание ефрейтора!!!» Иванов заулыбался. «Видишь ли, сынок, – у нас военное училище, поэтому есть некоторые нюансы в званиях… ефрейторов у нас нет, сразу после курсанта идёт звание "младший сержант"…» Тут Доктор набрал побольше воздуха в лёгкие: «Товарищ майор, ррразрешите мне присвоить звание младшего сержанта!!!» Тут уж Иванов совсем рассмеялся: «Иди служи, сынок! А больные будут тебя слушаться, это я тебе обещаю!»
Вот так с этого дня Доктор и стал Доктором. Чтобы вы лучше представили себе Доктора, скажу, что у него было одухотворённое лицо слегка азиатского типа, а когда он однажды попробовал отрастить себе усики над уголками рта – так вообще стал вылитым Чингисханом в молодости.
Иногда в училище проходили смотры художественной самодеятельности. В основном все номера были незатейливыми – курсанты, как могли, пели песни под гитару. Особенно запомнился эпизод: выступала вторая рота и ведущий объявил четвёртую подряд песню в исполнении курсанта Пангаева. Курсант Пангаев вышел к микрофону и, как бы извиняясь, спросил: «Наверное, я вам уже надоел?»
Так вот. Стоило кому-нибудь в песне обронить слово «Афганистан», как Доктор тут же быстрым движением вытаскивал наружу нательный крестик, обхватывал ладонями голову и истерично начинал раскачиваться из стороны в сторону.
Тут надо рассказать предысторию. Когда мы только пришли в роту, командир решил провести общее собрание, чтобы познакомиться с личным составом поближе. И вот в числе прочих он задал вопрос: «А кто из вас курит?» Примерно половина курсантов неуверенно подняла руки. «Эх, вы», – по-доброму усмехнулся Иванов, - «ну ладно – я, был женат четыре раза…» И тут вскочил Доктор: «А я…» - трагическим голосом по-михалковски выдал он, - «брррата из Афгана ждал…» Все растерялись, командир больше всех. «Ты садись, сынок, садись», - только и смог он вымолвить.
Как потом мы узнали, брат Доктора таки выжил. Он служил при кухне и вернулся домой в объёме не менее ста двадцати килограммов.
Прошло время, мы освоились в училище. Освоился и Доктор. К командирам он был предельно лоялен, но не забывал и о своих интересах. В пятиэтажке, что стояла сразу за забором, он завёл знакомство с пятнадцатилетней девушкой. Помню, как-то он озадачил меня вопросом, когда я стоял в наряде на КПП: «Тут не пробегала девушка с непропорциональным ртом?» У всех девушек, которые пробегали мимо меня в тот день, со ртом было всё в порядке, поэтому я лишь пожал плечами в ответ.
Так вот насчёт этой девушки. Повадился он по утрам к ней бегать. Записывается как будто на уборку территории добровольцем, просит дневального разбудить его пораньше на полчаса, умывается, одевается, в 6.00 будит остальных, а сам - шмыг через забор!
И вот как-то утром он нас традиционно будит и убегает. Мы уже надеваем шинели, как вдруг наблюдаем такую картину: в казарму заходит помощник дежурного по училищу и тащит за рукав нашего Доктора. «Где замкомвзвода?» - «Вот он». Помощник будит нашего «замка», которого мы за глаза называли «Деревянным Славиком» и говорит: «Ваш? Держите, с забора снял! Вы уж разберитесь с ним – нёс какую-то ахинею, что не успел девушку с 8-м марта поздравить…» (А в ту пору конец апреля на дворе стоял.)
Помощник ушёл. «Славик», - робко спросил Доктор, - «можно, я на территорию со всеми пойду?» «Ложитесь спать!!!» - рявкнул Славик и опять уснул. Доктор ссутулился и опустился на стул рядом с кроватью. «Сэм», - тихо попросил он, - «дай мне ножик, пожалуйста». Сэм безо всякой задней мысли протянул ему свой складник, после чего мы дружною толпою убыли, наконец, на уборку территории.
Когда в 7.00 мы вернулись в роту, там царило нездоровое оживление. Оказалось, Доктор сидел и терпеливо ждал, когда дневальный прокричит: «Рота, подъём!!!» По этой команде страдалец начал аккуратно резать себе руку в области запястья ножичком. Вены, естественно, не перерезал, но кровью на пол накапал.
Что удивительно, за это его даже не наказали. В больницу свозили и оставили служить дальше. А вот Сэму ножик так и не вернули.
Частенько в расположении роты раздавался истошный нетолерантный вопль Доктора: «Пи----сы!!!» Неизвестные пи----сы частенько его обижали: то тапки утащат, то вафельное полотенце, то ещё что-нибудь.
И ещё один эпизод с участием Доктора. На третьем курсе всем женатым курсантам разрешили жить в городе. И вот как-то Доктор притащил в роту свою девушку с непропорциональным ртом, её непропорциональных родителей и всею шумною непропорциональною толпою они завалились в канцелярию убеждать командира роты, что Доктору также необходимо выдать разрешение на проживание в городе. Как уж они там его убеждали, не знаю, но через некоторое время командир, весь красный и матерящийся, выскочил из канцелярии. Прокричав: «Иди куда хочешь, живи, где хочешь!!!», он широкими шагами выбежал на улицу, оглушительно хлопнув дверью. С тех пор Доктор ночевал в городе!
Как-то, при уборке территории, он продемонстрировал нам ужасный ожог на руке. «Сегодня не хотел просыпаться», - с доброй улыбкой пояснил Доктор, - «ну, моя мне раскалённую плойку на руку и положила, чтобы разбудить! Я её чуть не убил!»
Вы решите, что они были созданы друг для друга и жили долго и счастливо? Как бы не так! По непроверенным данным, на просторах России проживают около пяти докторских детей, причём все от разных жён!..
…А писарем я пробыл всего две недели, до первого выпуска ротной стенгазеты. «Писарей я могу найти много, а вот корову нарисовать не каждый сможет», - практично рассудил командир роты.