Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Книжная башня

Фэнтези-боевик или "Первый закон" Джо Аберкромби

Джо Аберкромби – один из ведущих авторов фэнтези, убедительно доказывающий каждой своей книгой, что жанр живее всех живых, но изменился с эпохи Толкиена до неузнаваемости. На сегодняшний день самая известная работа автора – это цикл «Первый закон», куда входят три сокрушительных по драйву и сюжетному напряжению романа о войне, терзающей очередной придуманный мир. Это трехкнижие входит в еще более глобальный цикл «Земной круг». Итак, в «Первый закон» входит три романа – «Кровь и железо», «Последний довод королей» и «Прежде чем их повесят». Никакого героизма, никакой романтики и сказочного волшебства здесь нет и в помине. Действие разворачивается в мире, охваченном войной, политическими интригами, мелкой родовой враждой и прочими бедствиями, а все его рядовые обитатели пытаются лишь выжить. Технически этот мир примерно похож на позднее европейское средневековье; здесь уже известны шпаги и огнестрельное оружие, и вовсю используются инженерные знания. Аберкромби ввел в трилогию множество

Джо Аберкромби – один из ведущих авторов фэнтези, убедительно доказывающий каждой своей книгой, что жанр живее всех живых, но изменился с эпохи Толкиена до неузнаваемости. На сегодняшний день самая известная работа автора – это цикл «Первый закон», куда входят три сокрушительных по драйву и сюжетному напряжению романа о войне, терзающей очередной придуманный мир. Это трехкнижие входит в еще более глобальный цикл «Земной круг».

Итак, в «Первый закон» входит три романа – «Кровь и железо», «Последний довод королей» и «Прежде чем их повесят». Никакого героизма, никакой романтики и сказочного волшебства здесь нет и в помине. Действие разворачивается в мире, охваченном войной, политическими интригами, мелкой родовой враждой и прочими бедствиями, а все его рядовые обитатели пытаются лишь выжить. Технически этот мир примерно похож на позднее европейское средневековье; здесь уже известны шпаги и огнестрельное оружие, и вовсю используются инженерные знания.

-2

Аберкромби ввел в трилогию множество ярких и запоминающихся персонажей, начиная от сурового северянина Логена Девятипалого и заканчивая шикарным калекой-инквизитором Заном дан Глоктой. Герои описаны столь искусно и так ярко, что забыть их невозможно. Что касается главного конфликта, разумеется без волшебства здесь не обходится, но как и в «Песне льда и пламени» Мартина оно идет скорее фоном и лишь в самые редкие моменты появляет себя, причем тоже весьма оригинально.

По жестокости и кровавости Аберкромби превосходит самого Мартина. Если у Мартина натурализм вписан в происходящее параллельно с сюжетом, то у Аберкоромби он является чуть ли не сюжетообразующим. Короче, крови в этих романах очень много. А если обратиться к умению автора создавать сюжетные интриги и напряжение, то тут ему равных просто не найти.

Лучших батальных сцен – поединков и схваток – в фэнтези пока мне не встречалось. При этом язык Аберкромби прост, функционален, но не лишен солдатской красоты, и поэтому читать текст очень легко.

Что касается мифологии и основной темы, тут автор не оригинален. По Аберкромби, людьми правит некий глобальный план, и даже самый искусный интриган и кукловод в итоге становится такой же марионеткой в руках высших магических сил. Неожиданного предательства и помощи можно ждать откуда угодно. Магические силы также нельзя назвать хорошими, да и язык не поворачивается наречь плохими – они просто преследуют свои нечеловеческие цели и устраивают этот мир, так как считают нужным, втолковывая рядовым правителям типа Луфара, что у человека попросту нет свободы – отличается лишь степень его несвободы, и у кого-то она меньше, а у кого-то больше, вот и все.

-3

По части политических козней Аберкромби тоже не подкачал и возвел их на византийский уровень, превращая и без того захватывающее повествование чуть ли не в политический триллер.

Словом, «Первый закон» стоит того, чтобы его прочесть, но со следующими оговорками.

Первое – это жесткое постмодерновое фэнтези, где нет табу и запретных тем. Насилие, ругань, секс – все это вы найдете на страницах романов с избытком. И если вы уже читали Мартина, то помножьте градус натурализма на два.

Второе – здесь нет традиционной героики жанра, все здесь сражаются и выживают как могут, а по части суровости заткнут за пояс любого, даже самого свирепого героя Мартина вроде Сандора Клигана.

Все предельно жестко, цинично, а о справедливости и вовсе речи не идет.

Все как в настоящей жизни.