Аня бросила сумку на пол и с наслаждением вытянулась на узкой кровати в своей новой комнате. После трёх месяцев поисков жилья в Москве она наконец нашла вариант: недорого, рядом с метро, и хозяйка, тётя Вера, казалась милой старушкой — седые волосы, тапочки с помпонами, голосок дрожащий. "Ну как тут не ужиться?" — думала Аня, подписывая договор. Это было неделю назад. Теперь она знала: тётя Вера — не старушка, а генерал в отставке, замаскированный под пенсионерку.
Всё началось в первый же вечер. Аня решила посмотреть сериал на ноутбуке, включила колонки, и тут из кухни раздался командный голос:
— Анна! Свет в одиннадцать гасим! У нас режим, как в армии. И колонки свои выключи, мне спать мешают.
— Тёть Вер, уже выключила, — крикнула Аня, удивлённо хлопая глазами. — А свет-то зачем гасить? Я же не сплю ещё.
Тётя Вера появилась в дверях, уперев руки в бока. Её тапочки с помпонами топорщились, как боевые знамёна.
— У нас порядок, поняла? Я сорок лет в ЖЭКе начальником проработала, дисциплину знаю. Свет в одиннадцать — и точка. Экономия и здоровье.
Аня вздохнула, закрыла ноутбук и мысленно пообещала себе потерпеть. "Это временно, — утешала она себя. — Зато дёшево".
Через пару дней Аня поняла, что "режим" тёти Веры — это не шутка. Каждое утро в 7:00 хозяйка стучала в дверь с воплем: "Подъём, молодёжь! Завтрак на столе!" Завтрак — овсянка на воде, без сахара, зато с лекцией о том, как "в наше время ели просто и жили до ста". Посуду Аня должна была мыть сразу, причём по графику: тарелка — 7:30, ложка — 7:35. Однажды она оставила чашку в раковине до обеда, и тётя Вера устроила разнос:
— Это что такое? — она ткнула пальцем в чашку, будто та была уликой на суде. — У нас тут не свинарник! Мой сейчас же, а то штраф дам!
— Штраф? — Аня чуть не поперхнулась чаем. — Это как?
— А так! За нарушение порядка — пятьсот рублей. Или выселю, выбирай.
Аня молча взяла губку и начала тереть чашку, представляя, как сбегает отсюда с чемоданом наперевес. Но найти другую комнату за такие деньги было нереально, и она решила потерпеть ещё немного.
Напряжение росло. Тётя Вера следила за каждым шагом. Аня не могла открыть окно без разрешения ("Сквозняк — враг здоровья!"), принять душ после десяти вечера ("Вода шумит, соседям мешает!") или даже заварить кофе ("От него нервы и запах гадкий!"). Хуже всего было с гостями. Когда подруга Маша зашла на чай, тётя Вера выскочила из своей комнаты с блокнотом:
— Это кто такая? Фамилия, имя, цель визита? У нас посторонних не пускают без проверки!
— Тёть Вер, это просто подруга, — начала Аня, но хозяйка перебила:
— Никаких подруг после шести! У нас режим, я тебе говорила. Пусть уходит, а ты мне объяснительную напиши.
Маша ушла, хихикая, а Аня осталась в комнате, сжимая кулаки. "Объяснительную?!" — мысленно кричала она. Это был уже не дом, а казарма. Но последней каплей стало другое.
В субботу утром Аня проснулась от шороха. Открыла глаза — тётя Вера стояла у её стола, роясь в сумке. На столе лежали Анины ключи, кошелёк и даже дневник, который она вела с детства.
— Тётя Вера, вы что делаете?! — Аня вскочила, натягивая кофту.
— Проверяю порядок, — спокойно ответила хозяйка, листая дневник. — У тебя тут бардак, Анна. Ключи разбросаны, бумажки какие-то. А это что за записи? Любовь-морковь? В моё время такого не писали.
— Это моё! — Аня выхватила дневник. — Вы не имеете права в мои вещи лезть!
— Имею, — тётя Вера выпрямилась, как генерал перед строем. — Это мой дом, мои правила. А ты, если не нравится, собирай чемодан.
Аня замерла. Уйти? Куда? Снимать студию за ползарплаты? Она глубоко вдохнула и решила: "Всё, хватит. Надо что-то делать". Но как перехитрить генерала в тапочках?
Спасение пришло неожиданно. В тот же день Аня столкнулась в подъезде с девушкой лет двадцати — чёрные волосы с розовыми прядями, кожаная куртка, наушники в ушах. Девушка тащила огромный рюкзак и чертыхалась, пытаясь открыть дверь.
— Помочь? — спросила Аня, подхватив рюкзак.
— О, спасибо! — девушка улыбнулась. — Я Соня, сюда на выходные приехала. К бабке своей, Вере Ивановне. Знаешь её?
Аня чуть не уронила рюкзак. "Бабка? Тётя Вера — её бабушка?!" Она быстро сообразила: это шанс.
— Знаю, — кивнула она. — Я у неё комнату снимаю. А ты часто приезжаешь?
— Да ну, редко, — Соня закатила глаза. — Она меня с детства строит: "Соня, не крась волосы, Соня, сними кольцо из носа". Достала уже. А ты как с ней уживаешься?
— Еле-еле, — призналась Аня и в двух словах рассказала про режим, проверки и дневник.
Соня присвистнула.
— Ну ты терпила! У меня бы уже дым из ушей шёл. Слушай, давай её проучим? Я знаю, как её достать.
— Как? — Аня даже подалась вперёд.
— Она тишину любит, да? И порядок? — Соня хитро улыбнулась. — Устроим ей бунт. У меня колонка с собой, панк-рок погромче, и шмотки свои разбросаю. Посмотрим, сколько она выдержит.
Аня замялась. Идея была рискованной, но мысль о тёте Вере, бегающей за Соней с тапочкой, вызвала у неё смех.
— Давай, — решилась она. — Только аккуратно, а то выселит меня.
Вечером началось шоу. Соня ввалилась в квартиру, громко хлопнув дверью. Тётя Вера выскочила из кухни с половником.
— Сонечка? Ты чего так поздно?
— Привет, ба! — Соня бросила рюкзак посреди коридора. — Я тут поживу пару дней. Учёба надоела, отдохну.
— А убирать кто будет? — тётя Вера нахмурилась, глядя на рюкзак.
— Да ладно, потом разберу, — Соня включила колонку, и по квартире разнёсся рёв гитар. — Классный трек, да?
— Выключи сейчас же! — крикнула тётя Вера. — У нас режим!
— Какой режим? — Соня плюхнулась на диван, скидывая ботинки прямо на ковёр. — Я в гостях, расслабься!
Аня наблюдала из комнаты, сдерживая смех. Тётя Вера побагровела, схватила ботинки и понеслась к шкафу, бормоча про "беспорядок". Соня подмигнула Ане и вытащила из рюкзака пакет чипсов, начав хрустеть прямо на диване.
— Софья, прекрати! — тётя Вера вернулась с тряпкой. — Ты мне крошишь всё!
— Ба, это жизнь, привыкай, — Соня включила музыку громче.
Через час тётя Вера сдалась. Она собрала сумку, бросив на Аню взгляд полный укора.
— Живите как хотите, я к сестре поеду! — крикнула она, хлопнув дверью.
Соня выключила колонку и рассмеялась.
— Ну что, сработало? Она ключ оставила, смотри.
Аня выглянула в коридор — на полке лежал запасной ключ от квартиры. Символ контроля тёти Веры остался позади.
— Ты гений, Соня, — Аня улыбнулась. — Давай чай пить, без режима.
На следующий день тётя Вера позвонила, бурча, что вернётся "когда вы одумаетесь". Аня только кивала в трубку, чувствуя, как дом снова стал её. Пусть временно, но свобода стоила того.