Найти в Дзене
Крымский объектив

Вечерние стихи с Тимофеем Николайцевым.

Друзья, сегодня мы вновь встречаемся с творчеством Тимофея Николайцева. Он писатель, поэт, читатель, социолог, инструктор, путешественник и волонтёр. Проще сказать где Тимофей не был, чем перечислить все пути-дороги, которыми он прошёл. Итак, сегодня, в преддверии Дня защитника Отечества, мы представляем вам цикл стихов. I Я здесь устал… Ты тоже? Так давай мы, на исходе сумрачного лета, с тобой уедем навсегда за край, очерченный для солнечного света. Найдём овраг. И меж сырых корней, меж пыльных лбов угрюмого гранита, мы втиснем хижину… и будем долго в ней смотреть, как непреклонно и сердито встаёт рассвет над мшистою скалой… Так, поселившись у её подножья, мы будем слушать с затаённой дрожью, тяжёлых этих вздохов тишину… Мы будем слушать эту тишину… Порывы ветра над тревожной высью. В наплывах туч, что твёрже сургуча вскипают наши сны. Они звучат как взмахи птичьих крыл — почти как выстрел… И так же гулко будет течь туман в рассветной мгле над ржавою осокой. Здесь мы поймём, что дове
Оглавление

Друзья, сегодня мы вновь встречаемся с творчеством Тимофея Николайцева.

Он писатель, поэт, читатель, социолог, инструктор, путешественник и волонтёр. Проще сказать где Тимофей не был, чем перечислить все пути-дороги, которыми он прошёл.

Тимофей Николайцев.
Тимофей Николайцев.

Итак, сегодня, в преддверии Дня защитника Отечества, мы представляем вам цикл стихов.

Тимофей Николайцев.

Смерть в изгнании.

I

Я здесь устал… Ты тоже? Так давай

мы, на исходе сумрачного лета,

с тобой уедем навсегда за край,

очерченный для солнечного света.

Найдём овраг. И меж сырых корней,

меж пыльных лбов угрюмого гранита,

мы втиснем хижину… и будем долго в ней

смотреть, как непреклонно и сердито

встаёт рассвет над мшистою скалой…

Так, поселившись у её подножья,

мы будем слушать с затаённой дрожью,

тяжёлых этих вздохов тишину…

II

Мы будем слушать эту тишину…

Порывы ветра над тревожной высью.

В наплывах туч, что твёрже сургуча

вскипают наши сны. Они звучат

как взмахи птичьих крыл — почти как выстрел…

И так же гулко будет течь туман

в рассветной мгле над ржавою осокой.

Здесь мы поймём, что доверять словам –

Напрасный труд. Тем временем просохнут

все зеркала из выплаканных луж,

и новых слёз из туч не выжать уж…

А потому — средь тишины густой,

я стану вспыльчив, резок и несносен…

И, напугав тебя угрюмо сжатым ртом,

взгляну с тоскою в небо… А потом

нас забросает палою листвой

холодная решительная осень.

III

Мы будем слушать дробный перестук

неистовых и суетливых капель,

что падают на кровлю к нам, спеша…

Ты, у окна, размеренно дыша,

быть может тоже перестанешь плакать,

Лишь скажешь: «Дождь-то вовсе не стихает,

стреляя в ночь отломанной щепой…»

Я — перестану говорить стихами

и снова буду чувствовать щекой

твоё почти неслышное дыханье.

А ты шепнёшь, что в общем, даже рада…

Отступит вечер в пелену дождя,

услужливо свой облик подводя

под ржавье глаз, под выцветанье взгляда.

Затем — падёт железная хвоя,

засыпав мир. Окажется внезапно

вдоль окон наших свалена буртом.

Сгустится воздух. Побелеет запад.

Остекленеет небо, а потом…

IV

Мы будем слышать лишь огонь в печи…

дыша настоем травяного чая,

нагретой пылью, снегом… и печалясь

о том лишь, что давно уже молчит

сверчок в углу за штабелями сучьев…

От этого намного станет тише…

и будет эхом басовитым скручен

скрип балок под промятой снегом крышей…

Так, каждый вечер будет глух и вьюжен.

Мы ни о чём друг друга не попросим,

когда увидим, что мороз снаружи

Врастает через щель грибом белёсым,

и внутрь сочится застоялый холод –

касаясь плеч, лица… и, еле-еле

касаясь сердца. Многие недели

в безвременье стекут сквозь доски пола,

сквозь мёртвый шелест бахромы паучьей…

И, маясь промороженным нутром,

друг другу всё простим — на всякий случай…

Так будет длиться долго, а потом…

V

Потом утихнет вой в печной трубе…

От окон отойдут сухой коростой

воспоминанья стужи. Лунный диск

истлеет в небе. Нас разбудит поступь

и шарканье когтей. Крысиный писк,

забившись под прогнутой половицей –

ополоснёт углы, заложит уши…

Нам ничего уже не будет сниться

и ничего не нужно будет слушать…

Мы просто выйдем в горькую весну –

не в поисках значенья и причины,

А просто приготовиться ко сну…

Разгладятся глубокие морщины

на дне оврага. Твёрдым небом под

На чёрном профиле смолой проступят слезы, и

седой лишайник мне затянет рот,

и скроет твои губы мох березовый…

Дотлеет год. Сорочия молва

не огорчит досужими словами.

Мы сможем слушать, как растёт трава,

над нашими сплетаясь головами.

_________________________________

На сегодня всё, друзья.

С наступающим праздником!

________________________________

Если кто-то хочет рассказать о себе на нашем канале, условия публикации в личке на вк https://vk.com/id159295768

Если вам понравилась статья, подпишитесь на канал, не жадничайте, поставьте лайк и напишите комментарий. А если кто-то хочет порадовать нас хотя бы чашечкой кофе или шоколадкой, то радовать можно сюда: +7978-751-95-23 Малышева Галина.

Аудиокнига здесь: https://www.litres.ru/audiobook/s-g-malinovski/vechnaya-istoriya-71462920/?lfrom_processed=222433540

Приобрести наши с Сергеем книги можно здесь: https://author.today/u/sgmalinovsky1/series

Новая книга здесь: https://author.today/work/407527

И напоминаем: Всем, кто хочет издать свою книгу или приобрести уже вышедшие книги нашего издательства, а также заказать рецензию на своё творчество, опубликоваться в нашем канале "Крымский объектив" - добро пожаловать к нам. Загляните на страницы издательства по ссылкам, может быть книга, которую вы ищете давно ждёт вас.

С. Г. Малиновски @sgmalinovsky1

#издательство_сежега_книги

#издательство_сежега_КСТ_книги

#издательство_сежега_авторы

#кст_издательство_сежега_авторы

Если вы хотите узнать что-то новое и интересно по книжным новинкам или прочитать хороший обзор фильма или книги, рекомендуем вам канал:

Фантастика на всю | Дзен

Подписки, репосты и лайки помогают развитию канала.

До новых встреч на канале "Крымский объектив".