6 августа, в разгар наступления украинских сил в районе Курской области, десятки солдат срочной службы оказались отрезаны от основных сил. Среди них был и 19-летний Сергей Ершов, родом из Вологодской области. Его мать, Наталья Ершова, в беседе с журналисткой Ольгой Антоновой поделилась, что сына призвали из Череповца в декабре 2023 года. Он проходил службу в мотострелковом подразделении, а с апреля был направлен на позиции вблизи села Нижний Клин.
7 августа Сергей сумел связаться с матерью и сообщить о прорыве границы. После этого связь с ним оборвалась.
Родители пропавших ребят отчаянно пытались получить хоть какую-то информацию о них, но все их усилия были напрасны. Военный комиссариат хранил молчание. В новостных лентах мелькали противоречивые сведения, и определить правду было невозможно. Однако, Наталья вспомнила, что сын присылал ей фотографии жареных карпов, пойманных в местной реке Снагость. Через знакомых удалось найти человека, служившего в тех местах. Оказалось, что эти карпы водятся у села Нижний Клин.
"Я обращалась в прокуратуру, Министерство обороны, военкомат. Указывала местонахождение сына в момент вторжения. Но никакой реакции не последовало", - вспоминает женщина.
В чужой форме
Позже выяснилось, что Сергей потерял телефон и документы во время обстрела опорного пункта. Он успел схватить чужую форму и выскочить наружу. Вместе с группой из 11 человек они пытались прорваться к своим, но одного из них, Ваню Горюнова, найти не удалось.
В ходе отступления группа распалась. Вместе с Сергеем остались его товарищ Артём, по прозвищу "Коряга", и мобилизованный с позывным "Тринадцатый". Они втроём пытались выйти к своим, избегая контакта с местным населением из-за опасений предательства.
С "Тринадцатым" они разминулись. Он сумел добраться до своих только через 70 дней, поздней осенью, с ранением руки и в состоянии крайнего истощения. После этого он долго лечился в госпитале.
28 сентября Сергей и Артём вышли на позиции ахматовцев. Бойцы были удивлены, увидев грязного, хромого и истощённого парня, идущего к ним с автоматом. За несколько дней до этого Сергей получил ранение во время обстрела и, по его словам, был настолько измотан, что ему было всё равно, кто перед ним – свои или чужие. "Коряга" в это время прятался в кустах, ожидая выстрелов…
Всё это время парни не только выживали, но и собирали разведывательные данные. По пути они запоминали расположение вражеских сил, считали проходящую технику, понимая, что противник прочно закрепился в Курской области, и освобождение будет сопряжено с большими потерями.
По словам Натальи, все собранные данные ребята передали ахматовцам, которые выразили им благодарность за ценную информацию. Когда мать услышала голос сына, она не могла поверить:
"Данные о пропавших солдатах были в открытом доступе, и мошенники постоянно вымогали деньги за информацию о мальчиках. В этот раз мужчина спросил, ищу ли я сына. Я попросила назвать кодовое слово - домашнее прозвище Серёжи. Он назвал его (мама просила не публиковать. – Ред.). У меня всё поплыло перед глазами. Я попросила назвать марку нашей машины. Он ответил. Я расплакалась: это мой сын! 50 дней ужасной неизвестности…
Самое главное - он жив!
После лечения в нескольких госпиталях и месяцев реабилитации Сергея вернули дослуживать в свою часть. Он получил выплату за ранение, и родители купили ему квартиру. Однако вопрос с боевыми выплатами пока не решён.
"Пока не заплатили ни копейки. В областном военкомате разводят руками: мы ничего не можем сделать", - говорит Наталья.
Но главное - сын жив. Находясь в госпитале, Сергей записал обращение к матерям пропавших без вести солдат:
"Мы - русские люди, нас трудно сломить, и с нами Бог… Молюсь за ребят, чтобы все вышли. Если у меня получилось, то и у остальных получится."