В редакцию пришла поэтесса. Признаюсь, давненько не слышал я хороших стихов, написанных в наши дни. А стихи у Марины Шумлянской действительно неплохие. Только она пришла не за тем, чтобы говорить о себе. Просто принесла несколько тетрадных страничек со своими стихами. Хотела было уходить, но я попросил остаться. Кое-как уговорил!
Приближается 23 февраля. Я спросил поэтессу, есть ли у неё стихи, соответствующие теме. Марина с радостью откликнулась, сообщив, что, когда только началась война в Афганистане, ей как будто бы свыше стали приходить строки.
И прочла одно из стихотворений, написанных в те годы. Не стану цитировать потому, что оно очень грустное, если не сказать трагичное. Стихотворение было написано в память о нашем земляке Алексее Байкове, погибшем в Афганистане. Я лично его знал, мы выросли в одном дворе. И помню его похороны: тогда, наверное, весь город пришёл проводить этого парня в последний путь…
На мой взгляд, сегодня человеческая жизнь как будто обесценивается. Мы в большинстве своём уже как-то спокойно воспринимаем очередные сообщения о погибших солдатах. Впрочем, возможно, я ошибаюсь: моя коллега однажды сказала, что не может без слез писать некрологи. Марина Шумлянская из той же породы. Она прочитала мне своё недавнее стихотворение, вот главные строки:
Провожаем вас в последний путь…
Виновато скатится слеза.
Лучшие из лучших – не вернуть.
Им не возвратиться никогда.
В её тетрадке – еще несколько стихотворений на тему армейской службы, войны и мира:
Бывает на войне затишье,
Когда снаряды не свистят.
И смерть уж никого не ищет,
Лишь отворачивает взгляд…
Переворачиваю страничку и читаю другое стихотворение:
Плачет небо над Гератом.
Что случилось вдруг?
Может быть, беда какая,
Иль сразил недуг?
Плачет, плачет безутешно,
Землю окропив.
Сыновей своих погибших
Щедро напоив…
Герат – это город в Афганистане. Стихотворение очень чувственное, даже несколько надрывное. Это женский взгляд на войну. К тому же Марина Шумлянская считает, что свою родную армию всегда нужно поддерживать и прославлять. Вот взять войну в Афганистане. Она не была напрасной, как сейчас утверждают некоторые деятели. Наши войска воевали умело, потери были минимальными (это мы сегодня начинаем понимать). Военная тактика была очень гуманной: мы не бомбили афганские поселения с воздуха, не истребляли мирных жителей, как это позже стали делать американцы. Советские солдаты строили в Афганистане больницы и школы. Тогда многие афганские дети впервые узнали, что Земля – круглая. Советский Союз нёс в Афганистан культуру, нисколько не пытаясь умалить древние традиции народов, населяющих эту страну. Кстати, поэтесса солидарна со всеми пунктами, перечисленными мной, но ее сердце откликается на военные события прошлой поры (да и настоящей) по-своему.
Чёрное солнце. Грязь и песок.
Ветер срывает последний листок,
Выдует землю…
Засохнет трава.
Тихо пророчит война…
Сегодня появилось много демагогов, которые готовы опровергать всё на свете. Они живут в парадигме критического сознания, где нет места любви и самопожертвованию. А главное, нет места здравому смыслу. И у них всё просто: Ленинград, мол, надо было сдать фашистам в годы Великой Отечественной войны, а война в Афганистане – ошибка, как и спецоперация на Украине, которая никому не нужна... Но необходимость войны в Афганистане подтвердили дальнейшие события, которые произошли после вывода советских войск из этой страны: в Россию прорвался поток афганских наркотиков, были попытки разжечь войну в Таджикистане, по всей стране началось распространение экстремистских взглядов и террористические акты. А ведь наша армия ушла из Афганистана с достоинством, а вот американцы бежали с позором… Кстати, поэтесса откликнулась эпиграммой на подобных критиков:
Ну а те судьи, кто вас судит,
Пошли бы лучше воевать.
Ведь это вам не на диване
Едою пузо набивать.
Хватит о войнах! Я попросил прочесть Марину стихи о любви и задал вопрос:
- Вы счастливый человек?
- Я счастлива хотя бы потому, что живу. А главное моё счастье - в поэзии.
Но о любви Марина нашла стихи не сразу. Зато вспомнила стихотворение о малой родине, вернее, о реке Белой. Посмотрите, какие светлые, ясные и трогательные строки:
Вот журчанье, щебетанье птиц,
Сотни поворотов, словно взмах ресниц.
Красота изгибов, как девичий стан,
Море обещаний, утренний туман.
А в ответ - молчание. Быстрая река…
Встречи, ожидания ждут меня всегда.
Плачу и тоскую, вслед реке смотрю,
Как она уносит вдаль мечту мою.
Её стихи лучше слушать, а не читать. Говорю Марине, что ей давно пора устраивать поэтические вечера в библиотеках города и на других площадках. Но она почему-то стесняется это делать. Чем напоминает мне Нину Зимину, которая тоже всю жизнь боялась ненароком задеть кого-нибудь и не особо любила выпячивать своё творчество. Всегда спорил с ней, потому что считаю, что талант должен пробиваться к цели настырно и жестко. Пример тому – Есенин. Он постоянно отправлял свои рукописи во все издания, пока одно из них не опубликовало стихи. Тогда его заметили!
Кстати, о Нине Зиминой. Рассказал нашей гостье, как мы с ней спорили о поэзии. То ли в шутку, то ли всерьез я говорил ей: «Почему все стихи о любви у поэтов непременно несчастные? Наоборот, надо писать о счастье! Вот, мол, Ваня посватался к Марусе. Они поженились, у них пятеро детей, дом, сарай и новая баня. В сарае – хряк, за перегородкой бурёнки и молодняк… Вот сам стихами заговорил!» Нина Николаевна смеялась на мои выпады: «В настоящей поэзии всегда должна быть драма!»
И Марина с мнением Нины Зиминой полностью согласна.
- Хотите, я прочитаю своё стихотворение, которое очень нравилось Нине Николаевне? – вдруг спросила она
- Конечно хочу!
Она читала по памяти и очень вдохновенно:
В осенних лужицах вода
Как будто замерла, застыла.
Ах, осень, рано ты пришла,
Зачем меня ты не спросила?
Зачем ворвалась в жизнь мою
Так беспардонно, безмятежно?
Вдруг ураганом пронеслась,
Оставив островок надежды…
На мой взгляд, её стихи замечательны своей чистой и безупречной искренностью. Еще раз повторюсь: их лучше слушать, а не читать. Каждое стихо-
творение – как песня.
Попросил ещё прочитать что-нибудь о любви. Марина откликнулась вот такими строками:
Что для меня весь этот белый свет?
В нём только ты, другого рядом нет…
Другого нет, так быть и не могло,
Ведь мы с тобою целое одно.
Два знака, две звезды,
Блуждающие по задворкам тьмы.
Спешившие наперекор всему
Найти себя и обмануть судьбу.
Потом она стала читать стихи Вероники Тушновой: «Всё в доме пасмурно и ветхо, скрипят ступени, мох в пазах… А за окном рассвет и ветка в аквамариновых слезах».
Я тоже хотел ей почитать любимого Пастернака, но наша встреча была несколько сумбурной и быстротечной, что просто не успел этого сделать. А хотелось продекламировать: «Февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд, пока грохочущая слякоть весною чёрную горит…»
Вот такая встреча с белорецкой поэтессой Мариной Шумлянской случилась в редакции. И я, отложив все прочие материалы, с удовольствием вам рассказал об этом. Очень светлое чувство оставила у меня эта женщина. Сегодня редко встречаешь людей, с которыми общаться легко и радостно. Чаще слышишь о проблемах, невзгодах и скорбях. По крайней мере, в редакцию приходят, как правило, с жалобами. А тут… Пришел человек и подарил радость. Спасибо!
Когда Марина ушла, я перечитал её стихотворение. Оно мне особенно понравилось:
Ночь совсем неспешно напустила полог,
В теплой колыбели дремлет мой ребёнок.
Звезды тоже дремлют и глядят в оконце,
Своим бледным светом обнажая донце.
Месяц одинокий глаз с окна не сводит,
Там, на небосводе, как бродяга, ходит.
Затаились гномы, и цветёт нимфея,
Сон твой охраняет, как в той сказке, фея.
Тихо всё, безмолвно, не кружат качели,
Дремлет мой младенец в тёплой колыбели.
Игорь Калугин.
Ещё больше новостей – на нашем канале. Читайте нас в Телеграм https://t.me/belrab