Поиск пропавших в зоне СВО военнослужащих – это очень важная и нужная работа. Об этом не понаслышке знает журналист и военный обозреватель Арзу Мамедова, вот уже на протяжении трех лет помогающая жителям Южной Осетии искать и находить своих пропавших родственников и друзей. В интервью Sputnik она подробно рассказала о своей волонтерской деятельности, основных трудностях в поиске пропавших без вести, а также о планах после окончания СВО.
Поиск пропавших в зоне СВО военнослужащих – это очень важная и нужная работа. Об этом не понаслышке знает журналист и военный обозреватель Арзу Мамедова, вот уже на протяжении трех лет помогающая жителям Южной Осетии искать и находить своих пропавших родственников и друзей. В интервью Sputnik она подробно рассказала о своей волонтерской деятельности, основных трудностях в поиске пропавших без вести, а также о планах после окончания СВО.
По словам Мамедовой, она приняла решение заниматься поиском пропавших бойцов по причине того, что в начале СВО СМИ в целом, как она заметила, не уделяли должного внимания участию южноосетинских военных в боевых действиях.
"Когда началась спецоперация, я заметила, что о бойцах СВО из Южной Осетии очень мало говорят. Мне было очень обидно, что никто из коллег не сообщал о наших потерях, хотя, как известно, многие бойцы из республики воюют на Донбассе с 2014 года. И когда на СВО погиб первый южноосетинский военнослужащий, Андрей Бакаев, я решила взять эту ответственность на себя и начать заниматься вопросами освещения участия наших бойцов в зоне боевых действий, в том числе поиском пропавших без вести", – объясняет журналист.
Как отмечает Мамедова, поиск каждого пропавшего без вести начинается с того, что команда волонтеров выходит на связь с командованием пропавшего военного.
"Первое, что мы делаем – связываемся с командованием бойца, если такая возможность есть. Нам также помогают бойцы, которые находятся на месте и могут сообщить, что происходит на участке фронта, где мы ищем пропавшего. После этого все уже зависит от ситуации. Если мы обнаруживаем, что боец погиб, то ждем эвакуацию, на что может уйти определенное время. К сожалению, у нас есть бойцы, которые остаются на поле боя с 2022 года. То есть приходится ждать, чтобы просто уже привезти тело погибшего и похоронить его со всеми почестями. Основная проблема в нашей работе заключается в том, что не все, к сожалению, понимают, что мы не сможем найти всех пропавших. Воины пропадают в ходе каждой войны, как показывает практика, даже после войны в Южной Осетии в 2008 году у нас до сих пор есть без вести пропавшие, которых мы так и не смогли найти", – подчеркивает она.
Поиск пропавших военнослужащих, по словам журналиста, к сожалению, редко заканчивается хорошими новостями для родственников.
"К сожалению, мы редко находим пропавших бойцов живыми. Но при этом все то время, пока мы занимаемся поиском пропавших бойцов, мы проникаемся этими историями, чувствами их семей, и все эти моменты мы проживаем вместе. Когда нам удается найти бойца живым, мы, конечно же, стараемся сразу же сообщить об этом его семье и радуемся вместе с ними", – говорит она.
Мамедова считает важным в своей работе проверку информации, а также то, что информацию о пропавшем бойце нужно сначала сообщить его семье, а уже потом распространять в СМИ.
"В первую очередь нужно проверить информацию, потому что очень часто наши коллеги, к сожалению, ошибались. Также стоит помнить, что информацию о пропавшем нужно сперва сообщить его родным, поговорить с ними", – подчеркивает собеседница Sputnik.
Как отмечает журналист, в настоящее время в команду волонтеров, частью которой является и она, входит порядка 20 человек. Эта команда занимается поиском пропавших без вести бойцов не только из Южной Осетии, но из разных регионов России – всего в списках пропавших числятся более пяти тысяч.
Говоря о своих планах на будущее, Мамедова подчеркивает, что независимо от того, когда закончится СВО, у ее волонтерской команды работы останется еще на годы вперед, ведь, как считает журналистка, главное – найти и вернуть всех пропавших домой.