Депутат Госдумы Николай Бурляев потребовал провести «современное, честное, непредвзятое расследование с использованием современных технологий» гибели на дуэли поэта Михаила Лермонтова в 1841 году.
«Наши пули так не летают», – размышлял Бурляев над самым насущным, невольно пропуская мимо ушей выступления своих коллег в зале заседаний. Обсуждали всякую дребедень: как защитить россиян от телефонных мошенников, сокращение числа экзаменов в школе и запрет дистанционного обучения. Дуэлянты стрелялись, стоя лицом к лицу, и пуля Мартынова должна была лететь по прямой траектории, а попала в поэта под углом. Ствол, что ли, кривой попался? Или в Лермонтова предательски пальнули из-за угла, воспользовавшись моментом? Ничего, баллистика нынче на высоте, компьютерные расчёты доступны, жаль, повторную аутопсию не провести, вот судебная медицина у нас, похоже, в большом долгу. А ну как с Лермонтовым расправились из-за того, что он, вольно или невольно, раскрыл убийство Пушкина?! Верно-верно, вспоминал Бурляев, он же так и писал, мол, государь, «будь справедлив и накажи убийцу». Убили-таки, стало быть, наше всё! «Восстал он против мнений света. Один – как прежде, и – убит». Бурляева прошиб холодный пот: похоже, только что он сам раскрыл страшное преступление. «Его убийца хладнокровно навёл удар, спасенья нет». Что же выходит, это двойное убийство? Лермонтов описал расправу над своим старшим товарищем, а его за это прикончили? Значит – месть? Или заговор? Так и есть, Пушкина-то убил иностранец, подданный Бонапарта. Ну так и этот Мартынов тоже непрост – Соломонович, понимаешь! Полиция тут не помощница, контрразведку впору к расследованию подключать. Коллеги в зале тем временем обсуждали законопроект о прямых выборах мэров городов, комплексное развитие территорий и корректировку жилищного кодекса. Чепуху всякую. Отвлекаясь от по-настоящему важных вопросов.
А ведь работы непочатый край – своей ли смертью на германской чужбине умер Чехов, кто заказал убийство Грибоедова в Тегеране – неужто англичанка и тут нагадила?! И Гоголя, говорят, заживо похоронили – расправлялись с великой русской литературой забугорные супостаты. Всех, всех на карандаш и под суд! А насущное – телефонные мошенники, школьные экзамены и прямые выборы – подождёт. До такого завсегда руки дойдут. Хоть через 200 лет.