#цикломитридате
В предыдущих сериях: на обломках державы Александра Македонского возникли десятки государств, одним из которых стал Понт. В середине II века до н.э в Понте правил Митридат V, который расширил границы и был отравлен женой Лаодикой. Лаодика разбазарила все приобритения мужа, а вскоре попыталась убить старшего сына Митридата VI, но тот сбежал из Понта и, вскоре вернувшись, сверг мать. Митридат, сев на престол, обратил свой взор на Крым и Колхиду. Вскоре он присоединил эти земли и вступил в союз с Вифинией. Вместе они поделили Пафлагонию и хищно посмотрели на Каппадокию. Теперь вопрос, кто первым туда ворвется. В 103 году до н.э. Вифиния входит в Каппадокию.
Митридат немедленно поднимает войска и бросается на помощь своей любимой сестрице. Но вот Лаодика не так уж чтобы очень рада такой помощи братца. Тогда она делает, что-то нереальное, Лаодика Каппадокийская выходит замуж за завоевателя её царства Никомеда III. Тем самым она обезопасила и своих детей, которые стали пасынками Никомеда и себя саму и от Никомеда, и от Митридата. Никомеду это выгодно, да пускай наминально на троне Каппадокии сидит сын Лаодики, но фактически правит он, следовательно, смерть Лаодики и её детей ему не нужна. И теперь Митридат практически оккупант и любые его попытки что-то сделать будут нападением на семью Никомеда и он защитит права Лаодики и свои. Казалось, что она сумела обезопасить себя со всех сторон, но просчиталась с силами Никомеда. Митридат оказался намного сильнее её мужа. Войска Понта с легкостью выбили Никомеда из Каппадокии и получили в свои руки и царя Ариарата VII(фото 1). Казалось, что теперь под покровительством доброго дяди Каппадокия будет процветать. Но Митридат допустил одну маленькую ошибку. Он попросил племянника вернуть ко двору одного знатного каппадокийца, которого звали Гордий.
Этого Ариарат не мог стерпеть - Митридат просил вновь приблизить убийцу отца к себе. Да, это тот самый человек, который отравил Ариарата VI. И молодой царь Каппадокии восстаёт против дяди. Он бросает клич за свободу Каппадокии и собирает огромное войско в 80 тысяч человек. Гордый и непримиримый Митридат не собирается отступать и выводит своё 80 тысячное войско навстречу молодому царю Каппадокии. И вот два войска стоят друг напротив друга. Взмах двух рук и тысяч мужчин полягут на этом поле, Митридату такой расклад не нравится и он выходит навстречу к молодому Ариарату и предлагает переговоры. Ариарат посылает телохранителя осмотреть понтийского царя. Когда телохранитель приближается к одному месту, Митридат громко вскрикивает и по легенде говорит: “Ой, будь аккуратней, ещё чуть-чуть и найдешь кинжал другого рода.” Смущенный страж Ариарата пропускает царя и Митридат двигается к племяннику и начинает к нему обращаться. Неожиданно царь опускает руку к паху и что-то вытаскивает, на солнце блестит холодная сталь. Секунда и молодой каппадокиец падает на колени прикрывая рукой резанную рану на горле, на землю хлещет красная липкая кровь. А пока все стоят в шоке, к Митридату подводят мальчика, и понтийский царь провозглашает его новым царём Каппадокии Ариаратом IX. Битвы не будет: наёмники первыми перешли на сторону Митридата, за ними начинает тянуться каппадокийское ополчение, а вскоре на сторону понтийца переходит и стража мертвого царя. Вифинские полки, которые прибыли в качестве помощи от отчима и матери, бегут в Вифинию. В этой истории все правдиво, кроме одного эпизода.
Это я конечно про численность войск, какие нахрен, простите за выражение, 80 тысяч человек с каждой стороны. Да, представить, что Митридат Евпатор мог собрать такие силы - можно. Зная дальнейшую историю, мы знаем и о больших войсках понтийца. Хотя опять же тут надо понимать, что историю Митридата и Понта мы впервую очередь знаем из римских источников и 300 тысяч воинов Митридата против Сулланских 45 тысяч, выглядят, мягко говоря, легким преувеличением. Тут надо силы Митридата делить минимум на два, а то и на 3. А насчёт сил Суллы будем говорить, когда дойдем до него. Короче вернемся к войскам Ариарата. Так вот если Митридат мог набрать 80000 воинов, то представить такие же силы у каппадокийцев невозможно. Просто Каппадокия разорена, денег нет. Да если даже помощь от Вифинии считать, то, во первых, предоставить большую армию Никомед не может. Просто напомню, что его тоже только что разбили, да и с деньгами у вифинцев всё тоже мягко говоря сложно. Поэтому мне кажется, что собрать 80000 каппадокиец не мог. И если Митридат пошёл на риск с переговорами, значит, скорее всего, у него не было численного перевеса. Наверное, он его просто не успел собрать. Сбор войск особенно в то время, прямо скажем, дело не быстрое. Поэтому у них равные силы, но меньше чем представлено в источниках. Можно предположить, что у них было по 40 тысяч. Тут есть ещё вопросы о роли римлян во всей этой истории. Ясно, что армию Рим не предоставил противникам Митридата. Всё-таки на дворе 101 год - год битвы при Верцеллах (фото 2) . Просто так пустить всю эту ситуацию на самотёк Рим тоже не мог. Поэтому он, вероятно, помогал антимитридатовой коалиции деньгами. Именно на деньги Рима, скорее всего, и были куплены наёмники.
100-й год до н.э. Митридат усадил своего сына на Каппадокийский трон и, казалось, установился хрупкий мир. Да, тот мальчик был сыном понтийского царя, будем его звать Лжеариарат Понтийский(фото 3). Напомню, примерно такой же трюк провернул и Никомед III, когда посадил на трон Пафлагонии своего сына. Но в отличие от Лжепилемена, Лжеариарат был под пристальным присмотром Гордия. Этот соглядатай Митридата наконец вернулся на родину и умудрились настроить против себя всю знать и народ Каппадокии. Вскоре Каппадокия восстала, и Гордий с Лжеариаратом бегут в Понт. Каппадокийцы приглашают на трон второго сына Лаодики Ариарата VIII. Митридат хочет поддержать своего ставленника и готовит войска, но тут к нему прилетает послание из Рим. Напомню, что это уже где-то 98 год до н.э. в Риме наступает передышка. Германца разбиты, мятеж Сатурнина подавлен, а Марий отходит в тень и отправляется в путешествие с семьей в Грецию и Дельфийский храм, а потом решает заглянуть и в Малую Азию. В послании из Рима было примерно следующее: “Митридат, дорогой ты наш, ты постепенно начинаешь нас доставать, поэтому мы попросили бы тебя поумерить свои амбиции и сидеть в пределах своих границ. А то вместо послания приедут легионы Рима”. Митридат делает испуганное лицо и прекращает подготовку к вторжению. Но это почему-то никак не помогает Ариарату VIII удержаться на троне. Он с него падает, а на трон восседает вновь Лжеариарат Понтийский. Официально его обратно возводит простой народ, взбунтовавшийся против неправедного царя, но этот народ был подозрительно хорошо вооружен и обучен. Свергнутый сын Лаодики бежит в Вифинию, но до царства отчима он не доезжает и умирает от болезни.
Ну что же, теперь вроде всё, претендентов на престол Каппадокии со стороны Вифинии не осталось. У Лаодики было всего два сына и оба мертвы. Да как бы не так! Неожиданно из воздуха берётся ещё один сын Лаодики и Ариарата VI. Знакомьтесь, Лжеариарат Вифинский. Какой у нас там уже по счету Лжецарь? Третий? А вы говорите, с Лжедмитриями сложно. Лаодика и её лжесын едут в Рим. Узнав об этом, Митридат отправляет посольство в Рим уже от лица своего Лжеариарата.
О, Рим в предвкушение яркого зрелища! Сенаторы подбирают сундуки и мешки, которые будут подталкивать своими аристократическими ножками к посланцам из Азии. А плебс запасается “пивом и чипсами”. И посланцы оправдают приготовления римлян. В городе будет весело, когда и те и другие случайно столкнутся друг с другом. Римлянам - развлечения, а сенаторам - бабки. Но проблему это никак не решает. Славные римские мужи только и делают, что кормят посланцев, и тех, и других, завтраками, при этом постоянно нагло напоминая о подарках. Которые очень скоро закончились и у тех, и у других. Им пришлось ехать обратно за новой порцией, так сказать, мотивации для сената. Избавившись от назойливых мух, сенат начинает думать. Тут в игру вступает один из виднейших политиков эпохи, который буквально на днях остановил Мария и столкнул его с вершин политики.
Марк Эмилий Скавр ярко выступает в сенате и предлагает вот что: “Раз, мы не можем решить дело в пользу ни одной из сторон, так давайте решим в пользу Рима”. Сенат радостно улыбается и принимает специальное постановление, которое предоставляет Скавру полномочия для решения этого вопроса. Принцепс сената едет в Азию в качестве посла к царям Вифинии и Понта. В этом постановлении было примерно следующее: “Цари, убирайтесь из Каппадокии! Мы сенат и народ Рима признаем династию Ариаратов прерванной и даруем народу Каппадокии высшее благо - демократию. И ещё кстати, из Пафлагонии тоже попросим вас уйти. Династия Пилеменов тоже прервана, и мы так же даруем пафлагонцам демократию.” Конечно, там всё было написано куда как дипломатичней. Хотя суть была именно такой, как я вам передал. Все попытки царей что-то возразить пресекаются Скавром. Все их попытки разбиваются о скалу Скавра. Это честный, гордый римлянин делает, то что ему велено сенатом и народом Рима и никакие попытки подкупа конечно не работают. Репутация Скавра оказывается правдой, он неподкупен и выше чести для него лишь благо республики.
Поэтому и Никомед, и Митридат покидают страны молодых демократий. Вот только сами каппадокийцы и пафлагонцы не рады такому подарку. Поэтому они приходят к римлянам благодарят их за то, что они подарили им демократию. Заканчивают правда свою речь просьбой вернуть царей. При этом они соглашаются провести демократические выборы один раз, избрать на них новых царей. Рим был не против и в Пафлагонии и в Каппадокии проходят выборы. А знаете кого выбрали пафлагонцы? Пилемен III! Да это тот самый Лжепилемен. В Каппадокии всё было посложнее, там Ариарат IХ не выставлял свою кандидатуру. Зато выдвинули Гордия, который развернул настоящую предвыборную кампанию. Тут Рим подсуетился и выдвинул своего кандидата – некоего знатного каппадокийца Ариобарзана. Ариобарзан выигрывает, а примерно в 94 году до н.э. Гордий при поддержке армянского царя Тиграна (фото 4) вторгается в Каппадокию. И да, мы вплотную подходим к истории, которую я рассказывал в цикле о Сулле. Внимательный читатель вспомнит, что в последнем посте о Сулле, я много и подробно говорил о его наместничестве в Киликии и борьбе за каппадокийский трон. Повторяться не буду, мы двинемся дальше.
О действиях Митридата мы поговорим чуть позже, а сейчас хочется рассказать одну историю. По дороге к царям, Скавр проехал по провинции Азия и с ужасам увидел положение дел в провинцие. Всадники и откупщики нещадно обирали местное население, делая на этом огромные состояния. За счёт богатого местного населения, Азия стала для Рима главной экономической иглой. Как в наше время та же самая территория приносит огромные деньги за счёт нефти, так и тогда за счет плодородных земель, развитого хозяйства и древних цивилизаций, накопивших огромные богатства. Рим подсел на азиатскую иглу. Общая казна пополнялась из Азии и личные состояния делались там же. Рим богател, а вот местное население страдало, римляне отбирали всё, что было съедобно и всё что хоть что-то стоило, оставляя местных с пустыми руками. А римские магистраты потакали откупщикам, конечно не бесплатно. Увидев всё это, Скавр осознал тяжесть положения. Провинция может взбунтоваться, а если в неё кто-нибудь вторгнется, то население не встанет на защиту Рима. А потеря Азии приведет к катастрофе, экономика Рима полетит в пропасть. Вернувшись в Рим Марк Эмилий Скавр поднял этот вопрос в сенате и предложил отправить наместником в Азию консула 95 года до н.э. Квинта Муция Сцеволу – блестящего юриста и специалиста по гражданскому праву с достаточно хорошей репутацией. Да, если кто-то вспомнит цикл о Союзнической войне, по-моему, ещё в первом посте я говорил о круге реформаторов, собравшихся вокруг Марка Ливия Друза. Так вот там были два Квинта Муция Сцеволы, и я обещал вам о них подробнее рассказать.
Так вот сегодняшний Квинт - это который Великий Понтифик. Да, пока он еще не понтифик. Понтификом он станет после смерти Агенобарба. Это тот, который ездил послом к Силону, когда италик совершал свой марш на Рим после смерти Друза. Надо пожалуй пояснить, кто такой Великий Понтифик - это высший жрец в Древнем Риме, глава коллегии понтификов. Долгое время они избирались той самой коллегией, но со времён Агенобарба понтификов стали избирать на народном собрании, как например, преторов или консулов. Сейчас будут спойлеры. Если не хотите их, сразу же переходите к следующему абзацу. Чуть позже Сулла опят передаст право выбора в коллегию, но уже 60-х годах опять вернут всеобщие выборы понтификов. И да, кстати, в своё время Цезарь будет избираться в Великие Понтифики и устроит много огня на выборах, всё больше и больше раздражая консерваторов. Ведь другими претендентами на выборах в понтифики будут сторонники Суллы, которые бились с ним бок о бок, и которым за верность Сулла позволил избираться в консулы при своей жизни, короче сулланцы до мозга костей. И Цезарь, этот выскочка, посмел во-первых вообще с ними бороться, а во-вторых выиграть.
Сцевола, который авгур, нам понадобится позже, и мы о нём поговорим тогда. Они родственники, наверное двоюродные братья, хотя на сто процентов мы и не можем утверждать. Отцом сегодняшнего Сцеволы был Квинт Муций Сцевола, тоже кстати, в свое время Великий Понтифик. Он был сторонником Тиберия Гракха в своё время и в 133 году до н.э. он был консулом. Когда сенаторы потребовали повести их на схватку с Тиберием он отказался, но сенат все-равно пошел против Тиберия во главе с предшественником Сцеволы на посту Великого Понтифика Публием Корнелием Сципионом Назикой. И когда Тиберий пал, Сцевола всё-таки отвернулся от мертвого Гракха и в конце концов признал действия Назики справедливыми. Что же касается Квинта Муция Сцеволу младшего? Ну что же, он шёл по Cursus honorum как и полагалось, и уже в 45 лет, а именно в 95 году до н.э., стал консулом, всего на 3 года позже минимально разрешенного возраста, что очень неплохо. До этого он прошёл все ступени: был квестором, народным трибуном, на этом посту он поддержал законопроект Квинта Сервилия Цепиона о передаче судов о вымогательстве в провинциях обратно в сенат. Закон был принят, но вскоре после изгнания Цепиона отменён. Участвовал в разгоне мятежа Сатурнина, лично сражался на форуме в отрядах Мария. И вот наконец он консул! Hа этом посту Сцевола принимает закон о проверке всех италиков в Риме на наличие гражданства, и всех, кто не смог доказать наличие гражданства, изгоняли из города. Этот закон во многом приблизил союзническую войну. Вы же скажите, а как это Сцевола тогда поддерживал Друза? Да легко, он поддерживал все другие законы, а о последнем законе Друза о гражданстве для италиков, я напомню, до поры до времени вообще никто не знал. А на следующий год Квинта направляют в провинцию Азия в качестве наместника, цель Сцеволы - исправить положение дел в Азии, спасти ее жителей от произвола откупщиков. Для этого в помощники он берет Публия Рутилия Руфа.
Публий Рутилий Руф - происходит из незнатного, но достаточно богатого всаднического рода. Он стал первым из Рутилиев, занявших высшие магистратуры. Так же он сможет породниться со многими известными семьями. Свою сестру он выдаст за Аврелия Котту, отца Гая Аврелия Котты и Марка Аврелия Котты, которые в будущем будут полководцами у Суллы, а Гай будет виднейшим оратором своей эпохи и, кстати, будет соперником Цезаря на судебном процессе Долабеллы и ещё понадобится нам сегодня. И скорее всего, именно их сестра Аврелия, мать самого Гая Юлия Цезаря (фото 5). А сам Руф был женат на тете Марка Ливия Друза, того самого. Свою карьеру Рутилий начал под Нуманцией. Да, это там, где были Гай Марий, Югурта, Квинт Цецилий Метелл, и где командовал Сципион Эмилиан Африканский. Там он познакомился с Марием, и стал клиентом Метеллов. Он участвовал в Нумидийской компания Квинта Цецилия Метелла в качестве легата и проявил прекрасные военные таланты. Он был военным теоретиком и писал книгу о правилах ведения войны. Кстати именно Рутилий передал командование Марию после того, как тот сместил с поста командующего Метелла, который не захотел лично передавать командование Марию и уехал. Публий - консул 105 года до н.э. По некоторым данным именно он получил командование над жалкими остатками легионов Цепиона и Максима после битвы под Араузионом. Он их смог вновь собрать, перековать и передать Марию уже как какую-то боевую единицу. И именно вокруг неё Марий соберёт свою победоносную армию, которая раскатает германцев. Быть может, если бы армию 105 года вручили ни Максиму, а Руфу, история бы пошла по другому. Может быть он смог бы найти общий язык с Цепионом, или же признал Цепиона командиром, как это в своё время сделал Катул с Марием, или же просто прибил Цепиона с его амбициями. Возможно, он смог бы не допустить той катастрофы.
Но почему именно Публий стал легатом Сцеволы? Ну, во-первых, из-за безупречной репутации, а, во-вторых, Публий Рутилий Руф в своё время был учеником отца Муция Сцеволы, тот учил Руфа юриспруденции.
И вот два видных политика с безупречными репутациями прибывают в Азию. И с головой бросаются в работу. Они упарядчивают сбор налогов откупщикам, и начинают чинить беспристрастный суд, для начала осуждая самых наглых из откупщиков. Они в явных ситуациях перебора со стороны публиканов встают на сторону местных и осуждают римских всадников. По некоторым данным, они даже не останавливались перед казнями. Нет конечно, они не казнили римлян, у них в принципе и не было такого права, а вот помощников откупщиков из местных или из рабов они спокойно могли казнить. Например, Диодор сообщает, как минимум, о распятии одного раба помощника откупщика. Так же они разрешили местным решать споры между собой по своим законам, а не римским. А также приказали представителям римской администрации в провинции жить за свой счёт, а не сидеть на шее у местных. Правда видимо они слишком активно взялись за работу, и уже через шесть месяцев сенаторы, заваленные кучей жалоб от публиканов, вынуждены отозвать Сцеволу в Рим. При возвращение Публия “жаждущие крови” всадники накидываются на него. Их попытки осудить Квинта не увенчались успехом. Всё-таки Сцевола происходил из сверх знатного рода и на его защиту встала абсолютно вся партия уважаемых сенаторов. А вот у безродного Рутилия такой поддержки не было. Обвинения были абсурдными: Рутилия обвинили в вымогательстве в провинции Азии. Да, в том самом, против чего боролся Руф. Рим возмущен такой наглостью. Тут же руку помощи протягивают лучшие ораторы эпохи Красс и Антоний, но Рутилий отказывается от их заступничества и сам защищает себя на суде. Лишь его племянник Гай Аврелий Котт встаёт и выступает в защиту дяди, а еще речь произнес Сцевола. Но судьи всё решили ещё до суда, Рутилий обвинен и изгнан из Рима. Ведь судьями были те самые всадники, против которых боролся Руф. И это приговор стал единственным обвинительным в истории суда всадников. А Публий уехал в Азию в город Смирна, где его встречают как триумфатора. Весь город высыпал на улицы и приветствовал Рутилия. Благодарные жители провинции Азии купили Рутилию большой дом в Смирне и обеспечили его деньгами до конца жизни. В Смирне Рутилий продолжал как мог отстаивать права местных, давая юридические консультации, а так же писал свою автобиографию и “ Историю Рима”. Автобиографию Руфа мы можем почитать до сих пор, а из его истории сохранились отрывки. Рутилий ещё появиться в наших постах, а Сцевола ещё сыграет свою важную роль в истории Рима, и о нём я тоже ещё скажу.
А про Митридата, нас ждёт ещё три поста, а потом мы вернемся в Рим и посмотрим на выборы Суллы и другие события в вечном городе.