— Я не верю, что люди меняются!
Как я это часто слышу. Почему не верят, что может такое происходить? Я заметил сам по своей жизни, смена вкусов в кинематографе. Раньше нравились боевики, теперь авторское кино, раньше нравились шумные компании, сейчас побыть одному, наедине подумать. Конечно, можно просто отмахнуться, сказать, что, мол, возраст. Особенно мне нравится, как рассуждает моя любимая супруга. Малейшее изменение в здоровье, так на всё есть ответ — погода, она поменялась. Я уже и сам втянулся в эту игру и реально с возрастом появляется метеозависимость. Но хотелось поговорить о другом, о другой зависимости и других изменениях. К примеру, вредные привычки, так их называют? В своих раздумьях я предположил, что это определение для отмазки перед собой. Подумаешь, привычка, что тут такого. Вот только правда, вредная. А кто не вредный?
Другое дело — страсть. Только при этом слове чаще приходят на ум романтические фильмы или книги, где страсть описывается чаще любовная, пылкая, и описание этого часто завораживает, особенно женщин. Конечно же, если автор мастер пера в этом деле.
Но мы говорим о страсти той, что нам не полезна, и с возрастом она в нас чаще укореняется и не меняется, а только усиливается. Я хочу поговорить и разобрать на примере свои бывшие страсти, как я с ними боролся, скажу только одно, со своим сильным характером, может, и скверным, это было сделать в одиночку, без Церкви и Господа, невозможно.
Обо всём по порядку.
Первое, о чём хотел рассказать. О незаметной, безобидной страсти курения. Хотя некоторые это не считают страстью и грехом, но с какой стороны посмотреть. Она в первую очередь вредит самому себе. Что тут такого, я же травлюсь, кому какое дело. В этом-то и вопрос, что дела никому никакого нет до тебя. Но вот, как ни странно, Богу не все равно. С Его помощью, возможно, говорят, и я решил просто проверить. Но, ещё раз скажу, пока мы не просим, Он и глазом не поведёт. Зачем давал Он волю, право выбора? Во-первых, Он говорил, что тело твоё есть храм твой. Получается, ты гадишь в собственном храме и, самое страшное, не можешь этого не делать, потому что неведомая сила влечёт и заставляет делать это всё больше с постоянной периодичностью. Значит, ты уже зависим.
Я об этом не знал. Про определение тела. И, придя в православие, создавал сам себе картину, что грех, что не грех. Но желание бросить, освободиться было, особенно когда дома сигареты кончились, бежать в магазин охота. Попытки расстаться с этим начались лет через пять. Я ещё раз говорю, не надо думать, что в церковь надо идти подготовленным, без грехов. Это как при детях в первом классе требуют, чтобы и считал, и писал, и стихи читал. Церковь — это больница души, но, излечивая тело, мы избавлям душу.
Почему я пишу это накануне подготовки к Великому посту, сейчас вы поймёте.
У меня есть друг, живёт в Беларуси. Верующий человек. И тогда он мне рассказал одну историю, которая заинтересовала.
Он мне рассказал, что когда он сидел в тюрьме, то у них в камере сидели обеспеченные люди, которым передачи часто передавали. От чиновников до коммерсантов. И вот сигарет у них было, как говорит кот Матроскин:
— Ну просто завались!
И при этом соблазниться просто, когда бросаешь, но он решил завязать с этим. И что Вы думаете? Бросил и по сей день не курит.
— Бросил? — с недоверием спросите вы. И я в том числе.
Хотя глупо было переспрашивать, за последние два года он точно не курил, так как он был на виду, так как работали вместе.
Мне интересно было узнать секрет, и он оказался прост. Причём реально проще, чем кажется, чем ты это себе представляешь. Всё дело было в этом Великом посте. Почему я так говорил? Для меня был первый это пост, и все мое представление об этом были, что бы такого нельзя есть. То есть все состояло из запретов, и как представишь, то уже видишь себя изнеможденным, голодным, опирающимся на кровати больницы, при смерти. Такие соображения рисовал мой больной мозг.
Но мой знакомый батюшка, а на этом пути нужно иметь такого советчика, сказал, если хочешь какую-то жертву отдать Богу, выбери ту страсть, которая тебе мешает, и отдай ему. А остальное по силам. Посоветовавшись с ним, я решил, буду бороться с куревом и постараюсь вместо мяса есть рыбу, чтобы не так страшно было.
Олег ещё мне говорил, что очень легко избавился, на что с трудом верилось. Но так как у меня пытливый мозг покоя не даёт, решил, естественно, сам проверить, ведь наглядный пример передо мной. Но с условием обязательного чтения утренних молитв и вечерних. Не пропуская, как бы тебя тангалашки не искушали. Тангалашками, чтобы не произносить их вслух, старец Паисий, а ныне возведённый в лик святых Паисий Святогорец, наш современник (1924–1994), называл бесов. Только так, потому что без молитвы не получится.
И вот пришло время поста. Как я ни настраивался, мне было страшно. Нет, не сам пост, не ограничения, с которыми придется столкнуться, до конца не понимая зачем. А было страшно, что меня сломает и придется самому себе признаться, что духом ты оказался слаб. Предстоял какой-то экзамен, до конца не веря, что он состоится.
Но наступил обычный день для многих, а для меня — борьба с самим собой. Да, если посмотреть обывательской стороной, то, казалось, не было в этом нужды. Я хорошо зарабатывал. Путешествовал. В кулинарии-то точно не ограничивал, летом музыкальный фестиваль, потом на море. Казалось бы, что ещё надо. Но я хотел создать себе трудности и через это понять, зачем пост и что он даёт.
Сначала было не выносимо, я постоянно думал о сигаретах и о еде. Со вторым ещё как-то полегче, но курить хотелось. Помимо молитвенного правила утром и вечером, я начал молиться, когда очень хотелось курить, останавливаясь на улице, глядя на курящего человека, с целью стрельнуть. Молился я про себя из двух слов, еще это называют Иисусовой молитвой. Как только находили такие порывы бросить всё и смачно затянуться, повторял:
— Господи, помилуй! Господи, помилуй!
До тех пор, пока меня не отпускало, и, что самое интересное, это работало. Как? Не знаю. Но какое-то время я не думал об этом, углубляясь в работу. С кулинарией всё обстояло сначала сносно, но потом, как многие, начинал искать послабление. Спрашивал в церкви у прихожан, мне незнакомых, что можно ещё съесть, в надежде на пробел в «законодательстве». Так прошли две недели. Уже про курево начал забывать, а через еще неделю перестал после обеда искать в кармане сигареты. Да, совсем забыл сказать, что курить я бросал на время поста, так мне было легче воспринимать действительность. В храм по воскресениям как штык. Это помогало мне в мотивации. Задаваясь вопросом: почему та девушка в платочке, маленькая, хрупкая, может поститься, а я здоровый человек, слабый, что ли? Так молитва и церковь помогала мне справляться с трудностями на этом пути.
Что касается духовной составляющей, то я заметил, что стал менее агрессивен, больше сочувствия появилось по отношению к людям.
Вот середина поста прошла, а у меня как второе дыхание открылось. Я решил, что и рыбу (мясо я не ел, внутренние жиры спасали 🤭) можно ограничить, а об алкашке вообще вопрос не стоял. Хотя какие-то послабления вроде как есть по этому поводу. Во время поста в голову приходили всякие полезные идеи, которые никак бы не возникли в обычный день. Решались бытовые и рабочие вопросы проще и быстрее. Но главное, пришло покаяние в моем сердце, в грехах, которых я не видел их. И вообще не считал за грех. В душе стояла необъяснимая лёгкость и, как ни странно, спокойствие.
Приближалась Пасха.
Точнее, Страстная седмица. Последняя неделя поста. Я не знаю, чего больше ждал: окончания поста или самого праздника. Наверное, второе. К этому кулинарному воздержанию уже привык, только изредка замечал. Та первичная цель — бросить курить — отошла на второй план. Правда, неделя тянулась очень долго. С четверга я ходил в храм каждый день, опять же не скажу, что мне нравилось, а скорее надо. Переминаясь с ноги на ногу. Периодически присаживаясь, чтобы думать о службе, о покаянных молитвах, а не о ногах. Так ноги отдыхали, и опять вставал. Ничего не понимал. Только потом священник объяснял, что происходило, или в процессе объяснял. Но я трудился тем, что уже присутствовал.
И вот настал этот день. Мы с женой поехали в деревню к теще. Я вернулся с очередной командировки на Пасху в деревенский храм, где я когда-то принял православие. День тянулся долго. Я готовился к причастию, читал специальные каноны и записал на листке бумаги свои грехи, что накопились за месяц. Готовился к исповеди по книге Михаила Шполянского «Как приготовиться к исповеди». Сейчас она есть в интернете. Благодаря этой книге узнал то, что никогда за грех не считал. Список получился «хозяйский». За время поста я понял, что не есть мясо и другие продукты, короче, кулинарный пост меркнет по сравнению с желанием кого-нибудь послать или обматерить. Это чувство сатана в человеке обостряет и противится твоей исповеди. И вообще странные вещи происходят в этот день. Поругались с женой между собой. Помирились уже перед службой. До сих пор в этот день стараемся говорить по делу. Потому что помним: на протяжении всех лет только перед одной Пасхой не удалось поругаться.
И вот служба началась:
.... Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, помилуй нас! Аминь!
Это самая долгая Литургия мне показалась, и спать охота, и ты держишься. И наконец, после трех часов службы (хорошо присаживался и в определённые молитвы вставал) я услышал: «Христос Воскресе», на протяжении всей службы тоже были возгласы, но финальные какие-то особые. Грехи скинуты, я принял Христа через Причастие, и происходит Воскресение. Всё это на столько трогает, и ты находишься в эйфории, что был пять минут уставший и валился спать, а сейчас готов прыгать и кричать:
— Христос Воскресе!
Пётр Мамонов не обманул, это самый лучший кайф на земле.
Благодать Божия!
Мой телеграм - канал. Жми 👆