Так. А что же наши винолюбы? А они решили перекусить. Но сделать это осмысленно.
Одно из мест, вычитанных в полезной литературе и обязательных к посещению, - ресторан «Золотой Лев». Согласно информационным источникам, он не только славится прекрасной местной кухней и вменяемыми ценами, но и является местом встречи медокских виноделов. Благо, что расположен в деревушке Арсен (О Медок, практически на границе с Марго) - по ходу трассы Д2, что идёт вдоль побережья Жиронды и прорезает Медок - от О до Ба (от верхнего до нижнего), охватывая все знаменитые винодельческие коммуны левобережья: Марго, Сен-Жюльен, Мулис, Листрак, Пойяк, Сент Эстеф…
Здесь можно было и не спрашивать (собственно, и не у кого), - один из немногих случаев, когда место обнаружилось сразу и однозначно. Этаким мысом на развилке главной дороги, - той самой трассы Д2, и одной из улочек населённого пункта Арсен (между прочим, Шато дАрсен, крю буржуа, - можно встретить на прилавках сетевого гиганта Ашан в Санкт-Петербурге по почти не заоблачной цене). Вполне достаточная асфальтированная парковка обнаружилась через дорогу, чуть в стороне слева. Несколько стоящих на ней традиционных автомобилей были единственными признаками жизни: тишина и спокойствие царили вокруг.
Само заведение, – невысокое плоское двухэтажное здание с длинной пологой черепичной крышей, - не представляло собой ничего особенного и выделялось, разве что, ухоженностью, парой витых уличных фонарей и фигурным кованым навесом. Вход был полускрыт аккуратно постриженной живой изгородью и низким белым штакетником; таблички с названием, выполненные в рукописной манере, были изящными и неброскими. Похоже, что в особой рекламе это место не нуждалось, - ни щитов, ни светящихся вывесок, - не было и в помине, да и смотрелись бы они здесь чужеродно и просто дико.
Подошли, поизучали меню, написанное шариковой ручкой аккуратным, крупным и неторопливым почерком, и помещённое за стекло на стенде наподобие доски объявлений советского периода. «Ладно, на месте разберёмся…» Снова дверь дачного типа – застеклённая и с кружевными занавесками, и в точности такие же окна рядом. Вошли неуверенно, звякнул колокольчик. Подобие прихожей, из которой ведут два пути: налево – в небольшой пустующий бар с полукруглой стойкой в углу возле окна, и направо – в обеденный зал мест на пятьдесят. Вдоль одной из стен зала расположены строгие классические диваны чёрной кожи под зеркалами в фигурных деревянных рамах. Изящные обводы зеркал, дубовые резные панели и бра с растительно-виноградным орнаментом; характерные стулья и официанты в соответствующих костюмах, - всё это навевало атмосферу столетней давности. Как и диваны с высокими спинками, служившие одним из вариантов посадочных мест. Противоположную стену занимал бесконечный буфет, где опять-таки дубовые резные панели чередовались с застеклёнными витринами, полными бутылок, расположенных горизонтально в специальных гнёздах.
Из недр зала появился строгий невысокий человек в старомодных очках и переднике официанта: «Добрый день, столик заказан?» «Боюсь, что нет…», - сразу почувствовали себя провинившимися учениками перед лицом директора. Строгость медленно перерастала в возмущение, однако, увидев растерянные и виноватые лица наших друзей, мэтр смягчился и с сомнением произнёс: «Ладно, попытаюсь что-нибудь для вас сделать». Тут же указал на единственный свободный не сервированный столик у самого входа в зал и, подозвав жестом долговязого официанта с характерным горбатым носом и надменным выражением лица, кивнул в сторону Вована с Сашей. Официант, вылитый персонаж кинокомедии «Ресторан господина Септима» (с неподражаемым Луи де Фюнесом в главной роли), мимоходом вручил меню и винную карту, затем подошёл уже с блокнотом в руках - спустя какое-то время. Ну, точно – персонаж! Весь облик его показывал, с каким трудом и неохотой берётся он за обслуживание незваных гостей. Однако заказ принял вполне благожелательно и даже подсказал типичное блюдо местной кухни – говяжьи щёки, тушёные в медокском вине: «Мсье за соседним столиком только что его получил». Окинув зал внимательным взглядом, Саша отметил широкую популярность рекомендованного блюда, имевшего, по совести говоря, достаточно спорный вид: на огромном блюде в густом озерце тёмно-бурого цвета пирамидами возвышались три мясных глыбы, окружённые ломтиками картофеля и гренками. Масштабы порции были явно недооценены на глаз, поскольку в качестве закуски друзья заказали, опять же типичную местную маринованную сардину. Зря. Ничего особенного: обычная маринованная сардина. Хотя для кого-то, возможно, - главное лакомство в мире… Винная карта озадачила высоким уровнем предложения и, соответственно, цен. Благо, что обнаружилось «вино дня» - довольно скромное по здешним меркам Шато Монграви (Марго, крю буржуа, 2006 год).
Зал, между тем, был фактически полон, да и входную дверь уже перекрыли, так что наши удачливые друзья оказались последними попавшими на этот праздник живота. Публика преобладала почтенного возраста; гудела непринуждённая беседа, - похоже, что многие были знакомы друг с другом. За соседним столиком - пара весьма солидных лет (лица – в густой сетке благородных морщин) и человек моложе, но с лысиной, - неспешно и обыденно общались за трапезой. На столике в приятной близости скромно отсвечивала желтоватой этикеткой початая бутылка Шато Фелан Сегюр, (Сент-Эстеф, крю буржуа эксепсьонель) 1990 года, - одного из выдающихся урожаев. Вован показал на неё взглядом и сделал уважительное лицо. Вообще-то в ресторанах имеет место такая практика: платишь, например, шесть евро, и употребляешь принесённый с собой спиртной напиток. Возможно, так было и здесь. Надо отметить, что бокалы тут подавались самые заурядные (какие там Ридели с Цвизелями!), даже не тонкого стекла, Саша с Вовой пару таких возили в своей чудо-коробке. И никакой паники во взглядах или брезгливых гримас. Отдыхайте, господа снобы!
Наши друзья уж приступили к основному блюду и радовали свои вкусовые рецепторы неописуемыми ощущениями, когда в зал вошёл сам Шеф – немолодой крепкий мужчина в очках, с лысиной и пышными седыми усами. Прямо с кухни, в белом рабочем поварском наряде. Послышались приветственные возгласы; обменявшись парой фраз с кем-то по пути, Шеф направился прямиком к Саше с Вованом, и без особых церемоний осведомился, - как, мол, кухня гостям? Саша, абсолютно искренне, рассыпался в похвалах и превосходных степенях, - поднаторел уже за время пребывания в таком благословенном для гурмана краю. Шеф был явно тронут пылкостью речей, суровое выражение лица его несколько смягчилось, и Саша удостоился дружеского похлопывания по плечу. Что наполнило нашего героя чувством собственной значимости, и придало дополнительные оттенки вкуса и без того превосходному блюду. Затем владыка кухни присел запросто к соседям за столик – поболтать по-свойски.
Между тем флагманское блюдо оказалось не только вкусным, сочным, сытным, но и непомерно объёмным. И тут наши друзья принялись клеймить несчастную сардину: дескать, - мало, что сама из себя ничего не представляла, так ещё и место в желудке заняла. А кто им виноват-то? Никакого насилия, - сами заказали. Вован, пыхтя и отдуваясь, загрузил-таки остатки порции в свой организм. Саша же, имея более скромные габариты, - страдал и мучился. Он уже понял, что обречён, однако делал слабые попытки, посылая в рот небольшие кусочки и пожирая глазами оставшееся на тарелке. Не смог, - сдался, наконец. И понимая, что до конца жизни, особенно, - в голодные её моменты, будет вспоминать своё фиаско, - с отчаяньем во взгляде провожал свою непобеждённую тарелку. Вован, как мог, утешал товарища и даже уговорил на пару глотков прекрасного ароматного кофе.
Несколько слов о вине. Допустим, - очередное отступление. Дело в том, что вербализация вкусовых ощущений всегда ставила в тупик желающих ими поделиться (как тут не вспомнить пресловутый анекдот про чукчу и апельсин). С этой же проблемой сталкиваются и звуколюбы. Тем не менее, выработан целый словарь (глоссарий) эпитетов и определений, позволяющих обмениваться впечатлениями от вкушённого напитка. То же касается и прослушивания музыкальных фонограмм. Однако всё это помогает, скорее, провести аналитическое сравнение, либо выявить характерные особенности. Ну, и – обозначить недостатки: ведь не секрет, что гораздо проще бывает - объяснить, почему тебе что-либо НЕ нравится. Опять же, – требуется некоторая подготовка, иначе, - воспринимать такие описания, как: «звук сухой, напряжённый и какой-то чёрно-белый, с царапающим верхом, плоской серединой и гудящими басами» или: «полнотелое, округлое, хорошо структурированное и в то же время, питкое вино», - будет довольно проблематично. Кроме того, необходимо ясно понимать, что всегда присутствует некий элемент условности, и «лёгкий аромат малины» или, скажем, «ощущение свинцового карандаша на языке» - не отменяют главного: вкуса и аромата ВИНОГРАДНОГО ВИНА. Так же, как «нотки сухофруктов» или «густой дымный и слегка йодистый привкус» - лишь обогащают доминирующий вкус и аромат доброго ячменного самогона… хотя, при определённом смещении акцентов в восприятии, - могут выходить на первый план.
Итак: вино было достаточно сбалансированным, с неплохим букетом, характерными нотками чёрных и красных ягод, хорошей структурой, но без особых чудес в послевкусии, - достойное вино за свою цену. Разговор – ни о чём, по большому счёту, - можно было ограничиться последней фразой. Да, и прекрасно сочеталось с основным блюдом!
Обеденный зал к двум часам опустел окончательно, официанты сворачивали белые хлопковые скатерти. Остановив строгого в очках, Саша всучил ему значок с пояснениями. Тот озадаченно выслушал, рассмотрел артефакт сквозь очки и вернул со словами: «Да, интересно». Саша: «Это - вам, сувенир!» Ещё более озадаченно поблагодарил и умчался по своим официантским делам.
Платить следовало в кассу за стойкой, - в соседнем зале-баре. Улыбчивая хозяйка благосклонно сфотографировалась с Сашей и даже приняла к оплате Вованский «Америкен Экспресс» (первый и единственный раз на территории Франции), с нескрываемым удивлением рассматривая абсолютно прозрачную карточку, где микрочип напоминал золотую рыбку, вмороженную в лёд. «Многие удивляются», - пояснил потом Вован. Денег вышло – немногим больше сотни. Нормально. Хотя, традиционный обед из трёх блюд с вином и десертом, пожалуй, не вписался бы в средний туристический бюджет.
Уходить долго не хотелось; посидели у входа, почитали ещё раз меню, прониклись духом места. Остальные посетители уже давно разошлись как круги по воде, и восстановилась всё та же покойная, сонная, почти нереальная атмосфера, к которой наши друзья уже успели привыкнуть.
Продолжение следует.
За музыкальную часть сегодня отвечает американский джазмен Билл Эванс (не пианист, а напротив - саксофонист🎷) А какие орлы ему помогают! И Стив Люкатер, и Джон Медески🎸🎹. И обложку сам нарисовал.
Всем - 🥩🍷🍷